"Фантастика 2023-181". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)
А потом вдруг Анюта сказала:
– У меня теперь оружия нет, поэтому мне стрелять в вас не из чего. Так что я пошла, можете шмальнуть мне в спину.
– Я не могу, у меня патроны кончились, – хмыкнула Олюшка.
– А мне обидно в вас стрелять – зря я, что ли, вас спасала? – засмеялась Светуля.
И этот ее смех стал катализатором – засмеялись все. Сначала негромко и благопристойно, а вскоре уже попросту ржали, держась за животы.
А когда успокоились, Анюта вдруг выдала:
– На хрен нам какие-то группировки! Мы сами уже группировка и есть. Надо только вооружиться как следует.
– И пожрать! – сказала Светуля.
– Есть идеи? – обвела взглядом новых подруг Анюта.
– Есть, – кивнула Олюшка. – «Крутые» наверняка еще дрыхнут. А если и нет – охреневают, увидев укороченного Крутяка. Вот и возьмем их охреневшими. То есть положим, другого они не заслуживают. Только Наташку давайте отпустим – все же кормила, хоть в основном и гадостью.
С ней согласились, не споря. Только Анюта, когда троица решительных красавиц двинулась в сторону дома, где обитали «Крутые», сказала:
– И все-таки нам повезло. Никто еще из Агуши живым не возвращался, а мы смогли.
– Значит, удача на нашей стороне, – кивнула Светуля. – Повезет и в остальном, вот увидите.
– Нам потому еще повезло, – добавила Олюшка, – что мы друг друга защищали. Обычно-то каждый сам за себя, а один в продырявленной повсюду бочке не затычка.
– Один только в заднице затычка, – процедила Анюта. – Вот пусть туда и идут. Хоть поодиночке, хоть строем.
* * *Везение вообще странная штука. Кому-то ведь и впрямь везет, даже если он не особо ловок и умен, а порой и вовсе совершает глупости. И несчастья его стороной обходят, и дела в гору идут, хотя он вроде бы даже особых усилий к этому не прикладывает. Другой же и знает всего много, и пашет как папа Карло, а у него ничего не выходит. Мало того, еще и беды постоянно преследуют: то ногу сломает, то пожар в доме случится, то грабители нападут – как говорится, то понос, то золотуха.
Но девчонки поносом не страдали – ни в прямом, ни в переносном смысле. Им и в самом деле везло. Начавшись в особняке Агуновича, везение продолжилось в обиталище «Крутых», которых девушки, как и собирались, безжалостно покрошили, оставив в живых только повариху Наталью, которая умоляла взять ее в новую команду, но ничего этим не добилась. Зато случайно подсказала для группировки название. Напуганная, но в то же время восхищенная дерзостью девушек, она, заикаясь от испуга и волнения, проговорила, когда те, нагруженные едой и боеприпасами, покидали ее пристанище:
– Вы такие оса… оса… осатанелые!.. Как я вам з-за… з-за… завидую…
– Оса?.. – обернулась к ней Олюшка, а затем перевела взгляд на подруг: – Девчонки, а ведь мы и правда «ОСА» – Олюшка, Светуля, Анюта.
– Точно! – обрадовалась догадливая Светуля. – Это же по первым буквам получается!
– Вот и будем всех жалить, – кровожадно прищурилась Анюта. – Безжалостно, потому что мы без жал. И потому что нас тоже никто не жалел.
Следующими жертвами безжалостных осиц стали члены бывшей Анютиной группировки, обитавшие в небольшом, но добротном одноэтажном здании по адресу Беринга, семь, в котором до Помутнения располагался мебельный магазин. Его, конечно, давно разграбили, но о прошлом все еще напоминали большой дубовый шкаф, огромная двуспальная кровать и черный кожаный диван с прожженной и порезанной во многих местах обивкой, но все еще вполне пригодный к использованию, что «Икспроприаторы», как называлась безграмотная группировка, и делали, когда в помещение ворвались подруги. Правда, на нем расположились, хрустя ребрышками то ли голубей, то ли крыс, всего лишь пятеро, еще трое, уже насытившись, разлеглись поперек кровати и мирно похрапывали. Осицы даже не стали их будить – наоборот, сделали сон еще более крепким и теперь уже вечным. А перед тем как стрелять в сидящих… нет, быстро вскочивших с дивана… Анюта предупредила подруг:
– Осторожно! Обивку не портить, теперь я буду на нем спать!
Как-то само собой вышло, что командовать осицами стала именно Анюта, но возражать никто и не пытался – та и впрямь подходила на роль командирши лучше всего. А жить они, приведя обстановку в порядок, так и остались по этому ставшему вскоре известным всему Мончетундровску адресу: улица Беринга, дом номер семь. На улице перед входом осицы вбили кол, на который насадили голову Крутяка – и красиво, и посторонним сразу все ясно без лишних слов.
Глава 25
Выслушав Олюшкин рассказ, все какое-то время молчали, искоса поглядывая на осицу с разными выражениями на лицах – у кого-то проглядывала жалость, у кого-то даже некоторая неприязнь, но, несомненно, у всех – уважение к мужеству и целеустремленности этих трех девушек, которых поначалу все они считали просто злобными бандитками, а теперь узнали, что озлобили их как раз те, кто, лишая их свободы и человеческого достоинства, потом за это и поплатился.
Чтобы как-то снять повисшую в воздухе напряженность, Васюта, робко улыбнувшись, спросил:
– А шкаф ты, ясен пень, сразу книгами забила?
– Это не книжный шкаф, – сказала Олюшка. – Он для одежды. Но мы там еще и винтовки с автоматами храним, места хватает. А для книг я полок наделала. Вот только самих книг… – Тут ее глаза возмущенно расширились: – Кстати!.. Ты же обещал, что мы купим мне книгу! Читалку электрическую, или как ее там…
– Электронную, – кивнул Васюта. – Так я ее уже, – тут он сглотнул и, сильно вдруг покраснев, глухо пробормотал: – купил.
– Где это ты успел? – удивился Ломон.
– Я ее у своего начальника, Александра Анатольевича, купил, когда ходил увольняться. Ну да! – вскинул он голову. – Купил. Потому что я ему всю мою неполученную зарплату оставил! Всяко больше, чем этот ридер стоит…
– То есть сам Александр Анатольевич об этой сделке не в курсе?
– Сейчас уже, наверное, в курсе. Он ведь без чтения не может – каждую свободную минуту сидит, в читалку уткнувшись. Там у него столько книг, я уже заглянул!.. Наверняка несколько сотен. В основном, правда, фантастика. И не поверите, последним он как раз роман из серии «Сталкер» читал. Так что это прямо знак судьбы, словно кто-то свыше одобрил мой поступок.
– Был у нас один вор, – вздохнул Ломон, – стало два.
– Ничего, мент теперь тоже имеется, – ухмыльнулся Силадан.
– И что, арестуете меня? – с вызовом спросил Васюта.
– Да вроде как не за что. Ты ведь и впрямь ему заплатил, да еще и двойную цену.
– Какую двойную?! Там десятерная выйдет!
– Не понимаю, о чем вы спорите! – вспыхнула Олюшка. – Купил, украл – какая разница?! Главное, что она теперь моя! Давай, давай ее сюда скорее!
– Я ее в рюкзак упаковал. Доедем – достану. Не сейчас же ты читать будешь.
– Я буду теперь читать всегда и везде! Несколько сотен книг!.. Я жила не зря…
– Теперь-то все? – оглядел своих спутников бывший полковник. – Все проблемы здесь решили, ничего больше не нужно украсть? Тогда поехали, нечего резину тянуть.
* * *Бо́льшая часть пути прошла в полном молчании, если не считать негромкого похрапывания притулившегося к Олюшкиному плечу Васюты. И никто не заметил, как все больше и больше мрачнел Силадан. Проехав отворотку на Полярные Зори, он и вовсе остановил машину.
– Что такое? – встрепенулся Ломон. – Мы же еще не доехали.
– Не доехали. Но пока ехали, я понял, что допустил промах. То есть едва не допустил. Кое-что еще можно исправить, но боюсь, что не все.
– Да что тебя теперь может волновать? – удивился двуединый. – Ты навсегда исчезнешь из этого мира, какая тебе разница, что ты здесь можешь или не можешь исправить? Или… Ты что, передумал идти с ребятами?..
– Не передумал, – повернул к нему голову Силадан. – И мне на самом деле уже должно быть все равно, что будет здесь. Но почему-то мне не все равно. И в первую очередь меня волнует, что будет с тобой. Со здешним Андреем Кожуховым я имею в виду.