"Фантастика 2023-181". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)

— Да. — Бенедикт громко рыгнул.
— Значит, тебе предстоит испытать обратную сторону этой вкусовой оргии, и кажется… Что, уже?
Ангел пулей понесся в кусты. Через минуту по дну оврага поплыл тяжелый и очень неприятный запах. Гуча в ожидании продолжения шоу раскурил трубку и пустил длинную струю сизого дыма, чтобы немного перебить вонь.
Бенедикт появился не скоро, пунцовый от смущения и немного ошарашенный.
— Ну и как? — поинтересовался черт, наслаждаясь спектаклем.
— Странно, — ответил ангел, — в учебнике по анатомии человека это описано по-другому. Я думал, что это гораздо приятнее.
— Все, ангелок, зависит от того, с какой точки зрения ты подходишь к вопросу. Хотя, с какой ни посмотри, понос, он всегда приятней запора, — философски заметил Гуча.
— Как понос? Я думал, это оргазм! — почему-то обиженным тоном произнес Бенедикт.
— Ор… Ор-р-газм? — Гуча упал на траву и захохотал так, что с ближайших деревьев взлетели птицы. — Девственник!
— А что в этом смешного? — пробурчал ангел. — Дядя говорит, мне еще рано.
Гуча ничего не ответил. Ангел тоже притих — вспомнил последнюю встречу с дядей и события, которые привели их с Гучей в этот овраг.
Его дядя устал…
Ручеек маленьких недоразумений превратился в лавину катастроф и провалов. Многочисленные совещания и регулярные головомойки, которые Большой Босс устраивал подчиненным на частых совещаниях, только усиливали неразбериху и совершенно не помогали.
Когда-то, давным-давно, они жили совсем иначе.
Энергомир населяли подвижные, почти всемогущие существа, чуть-чуть отличавшиеся друг от друга. Вот это «чуть-чуть» и стало причиной долгой и выматывающей обе стороны войны.
Дело в том, что одни жители Энергомира — назовем их верхними — поглощали энергию из окружающей среды и запасали на будущее, сгущая вокруг головы таким образом, что она образовывала вокруг их одухотворенных лиц сияющие нимбы. Верхние отличались изящным сложением, светлой кожей и твердым убеждением, что именно они самые умные, добрые и красивые.
Нижние имели приятную на ощупь шерстку черного цвета, на голове — две маленькие антенны, а длинный хвост с кисточкой на конце был предметом их гордости.
Нимбоносные обладатели крыльев не могли понять, как можно гордиться явным атавизмом, и считали соседей дикарями, варварами и отсталой нацией. «Дикари» окрестили их занудами и то и дело интересовались, зачем они таскают за спиной крылья и уделяют столько времени уходу за ними. К чему эти крылья, когда есть такой простой способ передвижения в пространстве, как телепоргация? В общем, нижние не упускали случая уязвить гордецов, а то и подстроить какую-нибудь пакость.
Нимбоносцы долги привыкли платить и в ответ на провокации разворачивали боевые действия.
Среда, которую населяли воинственные существа, чутко реагировала на мысли аборигенов. В результате Энергомир, где реальность была очень зыбкой, грозил превратиться в руины.
И вот тогда-то Большой Босс придумал ИГРУ.
Он предложил перенести военные действия в параллельные миры и вести их руками существ, которые те миры населяют.
Предложение признали гениальным и срочно ввели в обращение такие величины, как Добро, Зло, Вера, Искушение, Соблазн и многие, многие другие. На общем собрании приняли правила игры и…
И игра стала смыслом жизни целого мира. Она помогла выплеснуть в параллельные измерения агрессию, напряжение, ненависть.
Миллионы людей, и не только они, жили по правилам, написанным здесь — в Энергомире. Отдел Веры придумывал религии, сектор Искушений давал определение порокам и проверял на прочность веру, в редакции писались сценарии жизни как целых миров, так и отдельных особей.
Бывшие непримиримые противники и сами не заметили, как стали коллегами, увлеченными общим делом.
Энергомир тоже менялся — его приспосабливали для новых нужд до тех пор, пока он не стал похож на огромный научно-исследовательский институт. Или на контору. Даже его обитатели, переняв где-то в параллельных мирах меткое людское выражение, стали называть свой дом канцелярией. А точнее — Небесной Канцелярией.
 
Верхних, опять-таки с легкой людской руки, стали называть ангелами, нижних — чертями и бесами, и только Большой Босс остался Большим Боссом, хотя…
В некоторых измерениях его называли БОГОМ.
И вот сейчас он сидел и размышлял о том, что его подчиненные слишком легко перенимают людские привычки, о том, что часто нарушается иерархия, участились случаи невозвращения, особенно среди молодежи. Им, видите ли, скучно в канцелярии.
Босс вздохнул и приказал себе успокоиться. Когда он нервничал, нимб перегревался, а это грозило облысением. Он сосредоточился на делах.
А дел было немало. В одном из параллельных измерений игра дала сбой. Мир живет вне сценария — сам по себе. Пропала одна из ключевых фигур — и все встало с ног на голову. И ни черти, ни ангелы не знают, что делать.
Этот мир использовался для обучения молодежи, и никто особо им не интересовался, а случился непорядок — и голова болит у него, у самого главного начальника.
Каждый отдел обвинял в неудаче соседний или конкурирующий, а в итоге все шли к нему. Шли, чтобы подстраховаться; шли с предложениями и доносами; шли ангелы и черти; шумными стайками прилетали амуры; телепортировались в кабинет архангелы. Все они считали, что раз он Большой Босс, то пусть и разбирается.
Господь устало прикрыл глаза и подавил искушение плюнуть на все, взять удочки и сбежать на рыбалку. Он представил, как качается поплавок, как дурманит голову аромат цветов, а он лежит на солнышке в Эдемском саду и… думает о том, как после отпуска будет разбирать горы проблем и проводить сотни совещаний!
В приемной что-то ухнуло, что-то разбилось, Босс вздрогнул, отвлекаясь от безрадостной картины возможного отдыха.
С надрывным скрипом отъехала в сторону массивная дверь, прервав неприятные размышления. В образовавшуюся щель просунулся длинный крючковатый нос с большой бородавкой на кончике. Так близко друг к другу, что, казалось, они сидят прямо на носу, моргали хитрые слезящиеся глазки. Над ними нависали лохматые брови, губы потерялись где-то среди морщин, а обрамляли несуразицу, каковую являло собой это лицо, кокетливые мелкие кудряшки грязно-серого цвета.
— Я тут по поводу пижамки, — сказало существо и улыбнулось, показав длинные клыки. Затем оно протиснуло в щель костлявое тело, одетое в бесформенное тряпье, горделиво прошествовало к столу и уперлось острыми кулаками в столешницу.
— Что? — несколько ошеломленный наглостью посетительницы растерянно спросил Босс, удивляясь про себя, куда подевалась охрана вкупе с секретарями, которым надлежит сидеть в приемной.
— Пижамка розового цвета, на карманах вышиты гусята, в комплекте с чепчиком, — прошамкала Гризелла, снова обнажая в подобострастной улыбке желтые клыки. — С двумя чепчиками.
— Что вы несете? — нашелся наконец начальник, чувствуя, что еще мгновение, и он полезет под стол.
Гризелла слегка покраснела, вспомнив о взводе херувимов и толпе посетителей, прилипших к своим местам в приемной, но тут же взяла себя в руки. Она изобразила на лице оскорбленное достоинство и заголосила:
— Да что это вы с ветераном-то полевых работ делаете? И пенсия-то никудышная, и льгот никаких нет, и здоровья совсем не осталось! Ночной работой аморальною характера загружаете, а расчет ни в одной кассе не получишь! Семнадцать лет пытаюсь пробиться к вам на прием — не пущають! У, бюрократы!
Гризелла увлеклась. Голосок становился все писклявее и пронзительнее.
— Яснее, пожалуйста, — прервал ее Большой Босс, вспомнив о том, что сам много лет назад распорядился не пускать настырную ведьму в кабинет.
— Я работу аморального характера выполнила? Выполнила! Принца умыкнула? Умыкнула! А расчет где? Я вам что — фея, бесплатно работать?
— Расскажите-ка поподробнее, — уже с интересом попросил Большой Босс, показывая рукой на стул.