"Фантастика 2023-181". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)
Впрочем, эта давняя вина – да и вина ли?.. – не слишком тяготила Командора. Он выпил четвертую рюмку и решил, что долг Ксении и детям возмещен с лихвой – ведь не Марк Вальдес, а он защищал все эти годы Тхар, их медвежий угол в созвездии Молота, и все другие миры Федерации, бился с дроми сорок лет и в той войне терял любимых женщин и друзей. Сначала Монику-Паолу, а теперь вот Линду… Он вызвал их изображения, долго глядел в темные глаза Моники, любовался прекрасными чертами Линды, потом нахмурил брови и шепнул:
– Проклятая война! Проклятые дроми! Огонь, погибель и чума на ваше племя! Ну, вскоре рассчитаемся… Чумы не будет, а вот огня с погибелью – сколько угодно!
Он представил Файтарла-Ата, змеиное гнездо врагов, представил этот мир объятым пламенем, с горами, что растекаются лавой, с ураганом пыли и пепла, что кружат над океанским дном, с водами, что превратились в ядовитый пар, представил его лишенным жизни, зелени и воздуха, и усмехнулся. В этот миг почудилось Командору, что он гигант, сокрушитель планет, равный мощью древним даскинам; его броня – защитное поле, его руки – корабли, а в них – оружие, способное испепелить врага. Любого врага, который посягнет на Федерацию! Дроми, фаата, хапторов и тех еще неведомых, незримых, что таятся у ядра Галактики или, возможно, за ее пределами, в Великой Пустоте. Кто знает, как далеко протянулись тоннели даскинов! И если Флот проникнет в них, никому не уйти от возмездия! Разум во Вселенной многолик, и у его носителей нет одного языка, нет одинаковых понятий о жизни, о добре и зле, о низком и высоком, о справедливости и любви, но страх перед карой универсален, и он уравнивает всех.
– Даскины это знали, девочка, – пробормотал Олаф Питер, повернувшись к портрету Моники-Паолы. – Знали! Ну, за упокой твоей души!
Он выпил пятую рюмку стоя. В голове не шумело, ноги не дрожали, но настроение поднялось. Он был в полном порядке и мог хоть сейчас напялить тактический шлем, взойти на мостик и двинуть свои корабли на врага. Сон, однако, не помешает, решил Командор и принялся разоблачаться. Потом лег и закрыл глаза. Последней была мысль о сыновьях, о Павле и Никите. Надо спросить у Марка, что с парнями, где они, подумалось ему. Павел, кажется, улетел на Землю… Или он ошибается?..
* * *Утром Командор объявил учебную тревогу. Отрабатывалась ситуация, которая, согласно плану, возникнет в системе дроми: сход кораблей с орбиты и разделение на три тактические группировки. «Паллада» и «Один» в сопровождении «Вереска» направились к Земле, которая сейчас имитировала Файтарла-Ата, «Дракон» и «Шиповник» – к Марсу, а «Джинн» и «Анчар» легли на курс к Венере. Взаимодействие было четким, экипажи уверенно работали в боевом режиме, и Олаф Питер остался доволен. Маневры заняли восемь часов, после чего эскадра вернулась к Европе.
Не покидая мостика, Командор устроил разбор полетов, велел проверить ходовую часть и осмотреть аннигиляторы. Затем поднялся на смотровую палубу, трижды прошел по ней из конца в конец, посматривая временами на грозный лик Юпитера, сел в лифт, покинул его у стрелкового зала и велел Бондопадхаю принести винтовку. Сегодня тренировалась группа лейтенанта-коммандера Анны Бичевской. В их компании Олаф Питер расправился с дроми, потом заказал кни’лина и хапторов. С ними тоже были давние счеты, что неудивительно: сорок лет – достаточный срок, чтобы обменяться парой залпов со всеми гуманоидами в Галактике.
В четырнадцать ноль-ноль Командор отобедал – как всегда, с офицерами в звании лейтенанта-коммандера и старше. Их на борту «Паллады» было сорок семь. Подавали киренаикский салат из кактусов под майонезом, рыбную солянку и баранину – под белое и красное сухое. По традиции Перри поднял тост за дам, а Командор – за посрамление врага и неизбежную победу. Возможно, очень скорую.
После обеда Олаф Питер проследовал в адмиральский салон и до ужина читал мемуары адмирала Вентури о войнах с фаата. Больше заняться было нечем.
Глава 11
Тоннели Древних и орбита Европы
Во время последней войны с бино фаата, когда их силы вторжения были окончательно разгромлены, удалось захватить более тысячи пленных. В основном они принадлежали к кастам пилотов и бойцов-олков, но среди этих искусственно выведенных созданий обнаружился навигатор из сословия «полностью разумных». Его допрос был сопряжен с некоторыми трудностями, ибо меры физического воздействия не применялись из гуманных соображений, а предсказать реакцию на спецпрепараты и волновые средства медики не могли. После долгих, но безуспешных переговоров офицеры Секретной Службы заключили с навигатором соглашение, суть которого сводилась к следующему: его отошлют вместе со всеми пленными на другую сторону Провала, а за это он ответит на вопросы, выбранные по собственному желанию. Одна из поднятых тем касалась вражды фаата к сильмарри. Известно, что почти все расы не препятствуют свободному передвижению сильмарри в Галактике, и лишь дроми и фаата атакуют их суда-симбионты. Пленник сообщил, что корабли, вместе с населяющим их ульями сильмарри, могут (по неизвестной причине) перерождаться в существа иной природы, чрезвычайно опасные из-за своей ментальной силы и способности перемещаться в Лимбе. Объективность этих сведений сомнительна; вполне возможно, бино фаата демонизируют своих давних врагов.
Бейри «Анат» опять висел в сияющем пространстве Бездны, и спираль из жемчужных шариков неторопливо вращалась вокруг корабля. Как и раньше, Зеркала приближались одно за другим, росли, закрывая экраны «Аната», являли странные картины и пропадали в полной света пустоте. Их безостановочное вращение гипнотизировало Марка; казалось, вся Галактика проходит перед ним, предлагая взглянуть на свои сокровища и чудеса, на диковины, что таились в тысячах миров, безлюдных или обитаемых, но никогда не виданных человеком Земли. Это зрелище, как и Портулан Даскинов, [200] напоминало, что людям, в сущности, известна крохотная часть Вселенной, несколько сотен планет и три десятка рас, а значит, нет повода мнить себя великими звездопроходцами или тем более пионерами космических трасс. Эти дороги были пройдены задолго до людей, и оставалось лишь надеяться, что земляне когда-нибудь смогут продлить их хотя бы на сотню-другую парсеков.
– Через недолгое время мы будем в вашей солнечной системе и сможем провести эскадру к Файтарла-Ата, – бесстрастно произнес Первый Регистратор. – Вы довольны, Судья?
Марк, сидевший вместе с биороботом у пульта, пожал плечами.
– Я буду доволен, когда завершится операция, и просто счастлив, если мы покончим с войной. Слишком она затянулась… Длится дольше, чем все четыре Войны Провала, вместе взятые.
– Две первые – по восемнадцать лет, потом – сорок и восемь, итого восемьдесят четыре, – заметил Хийар, демонстрируя отличное знание земной истории. – Ты не ошибся, рини? Эта война началась в 2306-м по земному счету лет, а теперь у вас год 2352-й.
– Не ошибся, братец, ибо предпочитаю официальным датам реальность. – Марк отвел взгляд от экрана с очередным Зеркалом и повернулся к Хийару. – На самом деле мы сражаемся с дроми едва ли не век, с середины прошлого столетия. Знаешь, что тогда случилось? После Четвертой Войны Провала флот был сокращен, старые корабли демонтированы, половина новых встала на прикол, роботов и боевую технику запрятали в ангары. Солдаты вернулись домой, их было миллионы, и мирная жизнь устроила не всех. Лучшие бойцы, десантники, стрелки, пилоты отправились в сектор лоона эо, на Тинтах, Данвейт и в другие миры. Наш отец был с ними и моя мать… Вы взяли всех, вы щедро им платили, вы дали им оружие… Вспомни, Хийар! Вы использовали их не только для того, чтобы защитить Голубую Зону и свои караваны. Опыт этих воинов позволял развернуть наступление на дроми, что и было сделано. Тогда и началась эта война, а в нынешнем веке она лишь продолжилась.