"Фантастика 2023-181". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)
Он не отказался бы разглядеть подробнее этот мир, но Зеркало сдвинулось. В следующем кипели тучи, стремительно неслись лиловые и фиолетовые облака, сверкали молнии; вероятно, то был один из газовых гигантов, подобный Юпитеру. Эта картина была довольно частой и отражалась во множестве Зеркал; в других Марку являлись космические дали с рисунком незнакомых созвездий, некие сооружения, висевшие то в пустоте, то рядом с раскаленными светилами, девственные миры, поражавшие буйством красок, кипением жизни, или мертвые планеты, где ветер кружил пыль над руинами городов и руслами высохших рек. Такие пейзажи угнетали – особенно мир с почти беззвездным небом, темный и мрачный, как сама преисподняя. Марк решил, что то была планета, затерянная в Провале среди витков Галактики; возможно, ее забросил туда какой-то древний катаклизм.
Он забыл о времени, но, должно быть, прошло не больше часа. Зеркала вращались вокруг корабля нескончаемой чередой, и каждое являло новую картину, великолепную, страшную, ужасающую либо по крайней мере удивительную. Этот танец Зеркал вершился в полной тишине; трое находившихся в рубке молчали, и Анат, обычно разговорчивый, тоже не произнес ни слова. Марк и Первый Регистратор сидели у пульта в ложементах, Хийар стоял, запрокинув голову и обратившись взглядом к экрану. Могущество древней исчезнувшей расы открывалось им: сотни, тысячи миров, мертвых или породивших жизнь, безлюдных или обитаемых, соединенных неразрывной цепью. Поистине даскины были владыками Галактики! Во всяком случае, их власть над пространством мнилась бесспорной: в любой момент они могли перенестись на огромное расстояние и появиться там, где их не ждали. Как настоящие боги… Боги вознаграждающие, боги карающие, боги судящие…
«Почти как я», – подумал Марк и смутился при этой мысли. Она казалась кощунственной.
Наконец Первый нарушил тишину.
– Вот Зеркало, в котором нам предстоит отразиться, – молвил он, вытягивая тонкую руку к экрану. – Зеркало, что ведет к Файтарла-Ата. Оно приближается. Приготовься, Анат.
Бейри откликнулся короткой музыкальной трелью.
Он многое знает, подумал Марк, бросив взгляд на серва. Слишком многое!
Хоть рини признался, что Первый – существо необычное, хранитель знаний о даскинах, меньше вопросов у Марка не стало. Хранить знания – это одно, а получить их – совсем другое! Кто наполнил этот кладезь информации? Кто заложил ее в серва? И каков источник сведений? Правда, Хийар говорил про мудрецов, изучающих Древних… Значит ли это, что у лоона эо есть артефакты и некие записи, что-то подлежащее изучению? И если так, откуда они это получили?..
Бейри двигался к Зеркалу. На первый взгляд оно ничем не отличалось от других таких же, служивших для перехода в атмосферы прото-звезд. Как над Красным Пятном Юпитера, в нем бурлили бурые и желтые потоки газа, сталкивались облачные массы, блистали ветвистые молнии, таранившие пелену туч. Чудилось, что в этом гигантском котле сражаются сотни чудовищных спрутов, переплетают щупальцы, терзают облачную плоть, бьют друг друга электрическими стрелами. Но яркие росчерки молний не походили на письмена, и никаких иных сигналов на борт не поступало – будь это так, Анат бы сообщил. Протозвезд в Галактике было множество, и Зеркало, к которому шел корабль, могло вести к любой из них. Однако Первый сказал: ведет к Файтарла-Ата…
Марк повернул голову, и его взгляд скрестился со взглядом серва. Глаза биоробота казались бездонными и темными, как мрак Провала, – глаза существа, прожившего бездну лет и повидавшего такое, что человеку не представить, не вообразить. Что это было? Возможно, взрывы сверхновых пожирателей звезд и планет? Столкновения галактик? Полеты на край реального мира, скитания в Великой Пустоте? Расцвет и гибель цивилизаций, некогда могучих, но обратившихся в прах? Память о ничтожности сущего перед ликом Вселенной?..
– Ты обладаешь знанием, но мне непонятен его источник, – произнес Марк. – Эта станция с Зеркалами… Кто рассказал тебе о ней? Кто объяснил, как нужно действовать?
Лицо серва было непроницаемым, ладони покоились на пульте.
– Знание, Судья, пришло издревле, – тихо молвил он. – Не могу сказать, из каких эпох, ибо счет годам потерян. Но мы, слуги лоона эо, храним его и бережем. Таково наше предназначение. – Первый коснулся лба и прошептал: – Некоторых из нас… те, кому…
– Мы в точке отражения, – раздался голос Аната.
Время опять остановилось.
Глава 9
Файтарла-Ата
Дроми нередко называют заложниками их собственной физиологии, которая ведет к постоянно возрастающей демографической напряженности. Как известно, темп размножения у дроми очень высок, а в технологическую эпоху рост популяции только ускорился. На материнской планете молодь халлаха появлялась сначала в естественных водоемах, а затем, по мере развития цивилизации, в особых бассейнах. Но и в последнем случае многие халлаха погибали, как в борьбе за пищу, так и от агрессии старших поколений, прежде всего синн-ко (здесь следует отметить, что дроми, с их коллективным актом оплодотворения, лишены родительского инстинкта). С выходом в космос и появлением высоких технологий, частью полученных от лоона эо, началась экспансия к звездам и заселение других миров, а некоторые боевые и рабочие кланы перебрались в космические поселения. Бассейны все чаще заменяли орбитальные станции (цистерны или контейнеры размножения), в которых халлаха развивались в большей безопасности. Это привело к демографическому взрыву, который подстегнули противоборство дроми с хапторами и наемниками лоона эо, а также долгая война с Федерацией. Дроми нуждались в работниках и солдатах, но более всего – в интеллектуальном ресурсе, в аналитиках, стратегах и правителях. Поэтому сосредоточенные на Файтарла-Ата правящие кланы…
Музыка. Мелодия была незнакомой, и Марк, еще не очнувшийся от дремоты, подумал, что эти звуки рождены не на Земле. Угадывались в них журчание ручья и посвист ветра, шуршание листвы и рокот волн, а временами – птичий щебет, шелест крыльев и зов летящих в поднебесье журавлей. Чудилось в этих звуках что-то гипнотическое – они снимали напряжение, прогоняя дурманы снов.
– Фаза релаксации закончена, – послышался голос Аната. – Проснитесь, Судья Вальдес. Прошло семь часов земного времени.
Марк открыл глаза. На потолке каюты плескалось розовое зарево с алыми проблесками – очевидно, имитация зари. Воздух был свеж и прохладен, как в желтый месяц Тхара, и пах яблоневым цветом – приятное напоминание о родине. Гравитация казалась чуть меньше привычной – ровно настолько, чтобы породить телесную бодрость и чувство легкости.
Пробудившая его мелодия вдруг изменилась, стала быстрой, и в едином ритме с нею наплывали ментальные импульсы. Он ощущал их как удары колокола, но не тревожные, а звонкие, бодрящие.
– Желаете кормление, Судья? – спросил Анат. Интонация была такой же, как у дона Оливареса, когда тот осведомлялся о завтраке или обеде.
– Кормиться будем через десять минут, – ответил Марк, направляясь к санитарному блоку.
Хрустальная дверца сдвинулась, пропустив его внутрь. У лоона эо были свои понятия о гигиене – точнее, об аналогах таких земных приспособлений, как ванна, душ и прочие интимные удобства. Но Марка это не смущало; приходилось ему бывать у хапторов и кни’лина, быт которых выглядел довольно странным, если не сказать шокирующим. Разумеется, не всегда – что-то похоже на земные устройства, а что-то совсем иное при том же функциональном назначении. Судья Справедливости привычен к таким вещам.
Когда он вернулся в каюту, постель была уже прибрана, на потолке сияло солнце и плыли облака, а в воздухе разливались ароматы свежих яблок, кофе и яичницы с гренками и беконом. Пища синтезировалась по земным стандартам, и Марк не улавливал разницы – даже в яблоках все, как положено, вплоть до зернышек и черенка. Но на пассажирских лайнерах кухня была не хуже, и в этом смысле «Анат» не мог удивить бывалого странника. Удивляло другое: когда и чем питается Хийар и ест ли вообще? Об этой стороне жизни лоона эо в Федерации не знали ровным счетом ничего.