"Фантастика 2023-181". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)
Геолог Сайрус Эттерби, хоть и был изрядным фантазером, строил крепко и надежно. Пол, потолок и стены горизонтального прохода покрывала вечная керамика, упрочненная металлоконструкциями, тоннель, терявшийся во тьме, выглядел ровным, высоким и широким, и никаких препятствий движению не наблюдалось. Марк послал вперед пару УБРов, стремительно преодолевших трассу, затем скомандовал «в седло», и через считанные минуты люди и роботы оказались в большом подземном вестибюле.
Команда «в седло» была реликтом, пришедшим в Десантный корпус с древнейших времен. Марк, разумеется, знал еще в детстве, что на Земле и в ряде колоний есть лошади, верблюды и ослы, что люди ездят на них до сих пор, что даже в эпоху танков и пулеметов существовала кавалерия, конные отряды с пиками, саблями и ружьями. Эти скромные познания расширил курс по истории войн и вооружений; выяснилось, что на коней надевали упряжь со множеством деталей, что ездили в седлах и упирались ногами в стремена. УБРы не имели ни седел, ни стремян, и для десантника «сесть в седло» означало сблокировать скафандр с корпусом робота с помощью магнитных захватов. Обычно такой мобильный «всадник» вел в сражение звено из четырех кибернетических бойцов, управляя ими голосом и через встроенный в скафандр пульт.
Помещение, где начиналась несостоявшаяся подземная магистраль Сайруса Эттерби, было просторным и пустым; вероятно, всю технику отсюда извлекли и вывезли в Северный и Никель. В одной из стен темным провалом зияла арка с выбитой наверху датой: 2154 год. Рой Макклоски, сверившись с планом, повел туда горных киберов, и вскоре до Марка долетели шипение разрядов и запах расплавляемого камня. Затем показался геолог и сообщил, что работа займет не больше получаса и что, судя по наклону хода, он выведет их на астродром.
— Отлично, — сказал Федор Тимофеев. — Будет проще сбить эмиттеры. Как думаешь, командир?
Марк кивнул. Дед Федор, старый десантник и его помощник в предстоящей операции, обращался к нему со всем почтением, как и остальные ветераны. Марк, однако, себя командиром не считал, скорее — координатором. Командовать такими людьми, как собравшиеся в этом отряде, было ему не по чину — тем более что до сих пор он вообще никем не командовал. Они сами знали, что и как делать.
Из-под арки потянуло густым черным дымом, кто-то кашлянул, но тут же заработали фильтры скафандров, очищая воздух. Макклоски, опустив лицевую пластину шлема, сунулся в проход. Через три-четыре минуты мигнуло переговорное устройство и послышался его голос: «Готово, Марк. Можете выходить».
Прожекторы разом погасли, люди зашевелились, вытянулись в недлинную цепочку Марк шел первым. Стены пробитого киберами тоннеля еще отливали багрянцем, но скафандр служил надежной защитой от жара и горячего дымного воздуха Пол под ногами был неровным и круто поднимался вверх, но движения почти не вызывали усилий — искусственные мышцы послушно сокращались в ритме шагов, и лишь иногда гибкая броня царапала по камню. Наконец Марк протиснулся в узкую щель и очутился под открытым небом.
Стояла обычная для ночного Тхара темнота, и он переключил визор шлема на инфракрасное изображение. Перед ним, шагах в двухстах, громоздились башни Хо, тонкие и высокие, если не считать более приземистых сооружений справа, где ночевали пленные. Отметив это, Марк уставился на ребристую конструкцию, торчащую над другими башнями как шестигранный карандаш. Дальномер уже засек расстояние — до этой обители Патриарха было примерно с километр, и дополнительная силовая защита ее не прикрывала.
Повернувшись, он оглядел пустынный астродром с широкими кольцами грунта у горловин готовых стартовых шахт и бесформенными насыпями там, где работы еще продолжались. Шахт, законченных и начатых, оказалось на удивление много, сотен пять или шесть; по их числу можно было прикинуть размеры флота дроми. Часть шахт выглядели заметно крупнее остальных — похоже, эти колодцы предназначались для дредноутов, не уступавших величиной земным фрегатам. Окаймляя взлетно-посадочное поле с юга, запада и востока, тянулось силовое заграждение, цепочка столбов с раструбами излучателей; в инфракрасном визоре пространство между ними сияло ровным желтоватым огнем. Марк знал, что где-то по ту сторону преграды ждут, скрытые темнотой, боевые и транспортные машины, сотни УБРов и тысячи живых бойцов — южная группа, которой предстояло заняться пленными. Там Ксения и Майя, подумалось ему. Если планы не будут нарушены, он их увидит совсем скоро, на рассвете…
Люди уже поднялись на поверхность, и теперь из щели в земле один за другим выныривали УБРы. Их полет был бесшумен; взмыв на небольшую высоту, они тут же опускались к каменистой почве и застывали подобно огромным круглым черепахам. На их горбатых спинах топорщились длинные цилиндры ракет.
— Старшие групп, к командиру! — раздался голос Тимофеева. Громоздкие фигуры в скафандрах зашагали к Марку: сам дед Федор, Барьега, Чания и Патрик Фьерри. Забрала шлемов скрывали их лица, движения были четкими и быстрыми. Остальные бойцы, оседлав своих УБРов, дожидались команды.
— Осмотрелся? — спросил Чания гулким басом. — Есть коррективы?
— Нет. Ни шума, ни шороха не слышно… Противник дремлет, и значит, действуем по плану. — Марк показал рукой на астродром. — Две группы — на юг, остальные атакуют башню.
— Тогда не будем медлить, — произнес дед Федор, сдвинул забрало и посмотрел Марку в глаза. От него исходили импульсы уверенности и спокойствия, словно он не в бой собрался, а на прогулку в поле или в ближний лес. В своем гражданском состоянии старик Тимофеев работал на местной ботанической станции.
— Раскочегарь реактор, лейтенант, — сказал он, подмигивая пергаментным веком. — Если не взлетим, так хоть согреемся.
Марк улыбнулся, чувствуя, как его покидает напряжение. Потом взглянул на таймер и произнес:
— Начинаем операцию. Все к своим группам.
Они разошлись, и тут же в темноте послышался тихий шепот звякнуло оружие, замелькали роботы и фигуры людей в боевых скафандрах. Отряд разделился на группы, в каждой — по три звена, двенадцать УБРов и трое управляющих ими всадников. Марк тоже направился к своей полусфере. Магнитные захваты соединили его с бронированным корпусом, он пошевелил пальцами, и робот, повинуясь команде с пульта, встроенного в перчатку, приподнялся над землей. Каменистая поверхность все быстрее и быстрее поплыла внизу, и, оглянувшись, он увидел, как удаляются два сгущения мрака — звенья, которые вели Тимофеев и Чания. Команды Барьеги и Фьерри мчались вместе с ним к башням Хо, пылающим на лицевых пластинах холодным синим пламенем.
Слева и справа замелькали высокие конструкции на круглых или многогранных пьедесталах, то ли ангары, то ли казармы, а может, то и другое вместе. Казалось, эти призмы и цилиндры высятся хаотически, без всякого порядка и намека на улицы; стоят, будто деревья в лесу, закрывая горизонт и пряча в чаще гигантских стволов обитель Патриарха. Но Марк, запечатлевший в памяти схему Хо, знал, что с некоторых точек центральная башня видна от самого подножия и что эти позиции удобны для ракетного залпа. Оставалось выбрать те из них, что позволяли нанести удар с трех сторон и уничтожить башню вместе с Патриархом, его ближайшим окружением и командным центром.
Дальнейший расклад был неясен. Люди и дроми редко бились врукопашную что в космосе, что на поверхности планетных тел; эта война, как и другие столкновения галактических рас, велась средствами высокой технологии, и мощь корабельных генераторов, питавших оружие и защитные экраны, значила больше физической силы, подвижности и личной храбрости. Конечно, тхары брали верх над мелкими отрядами дроми, но действовали из засад, нападая внезапно и скрываясь стремительно. Отец рассказывал Марку, что людям-Защитникам случалось сходиться с дроми грудь о грудь, но то были стычки, а не сражения; единственной крупной операцией являлась битва за космическую цитадель у границ лоона эо, но и в этом случае решающим фактором были орудия и корабли. Но здесь, на Тхаре, затевалось нечто иное, непохожее на схватки в космосе; здесь тысячи людей будут бороться с тысячами дроми, и в ход пойдут метатели и лазерные резаки, мачете и саперные лопатки — может быть, клыки и когти против кулаков. Даже без Патриарха дроми были страшным противником, безжалостным и многочисленным. В одном их клане имелось больше бойцов, чем все население Тхара в мирную эпоху.