"Фантастика 2023-181". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)
— Чем вы это докажете?
— Фактом нашей встречи. Здесь нет других кораблей, кроме посланных моим Столпом Порядка. Если хотите, мы можем подождать… Но уверяю вас, больше никто не появится.
Элейна и Моргана одновременно чирикнули, и посредник, словно прислушиваясь к ним, закрыл глаза. Потом буркнул:
— Мы будем думать. Связь прерывается.
Экран погас. Тимохин расстегнул крепления кресла, затем вместе с Тойдзе и Джарвисом переместился из салона в штабные отсеки. Там, плавая в невесомости у пультов и консолей, трудились эксперты и десяток офицеров. Связисты и два лейтенанта информационной службы готовили под руководством Мяги полную запись для передачи на Землю, в Совбез, и сокращённый вариант для прессы. В группе наблюдателей и аналитиков, собравшихся вокруг коммодора Шенгелия, первого заместителя и помощника по тактике, что-то обсуждали. Дублирующие экраны были включены, и на каждом застыла физиономия Айве с белесыми, как у варёной рыбины, глазами.
— Адмирал на борту! — рявкнул Шенгелия.
— Вольно. — Тимохин махнул рукой офицерам и, зацепившись за скобу, повернулся к помощнику: — Что скажешь, Арчил?
— Скажу, что девушки у них красивые. Ещё скажу, что им знакомы обман, интриги и концепция угрозы. Всё это его не удивляет. — Коммодор кивнул на экран. — И что-то ещё… что-то…
— Лицемерие, — подсказал Тойдзе.
— Да, правильно. Вы угрожали ему, он угрожал вам, но не открыто. Так, махал кулаком за спиной.
— Плюс попытка подкупа, — добавил один из аналитиков.
— Слишком много обещано благ, — сказал другой. — Не верю я этим бинюкам.
— Я тоже, — кивнул Тимохин и посмотрел на световой тактический планшет. В его глубине повис звездолёт фаата, цилиндрик размером с палец, а вокруг него поблёскивали стрелки крейсеров. Такие крохотные, но затаившие сокрушительную мощь… Внезапно ему вспомнились чилийский астродром и Гюнтер Фосс, шутник из «Шпигеля». Что-то о лазерах толковал и ракетах… Юморист! Но расторопный, первым разнюхал про наблюдения китайца. Хотя никто сейчас не скажет, что там привиделось этому Лю: была ли вспышка вообще и связана ли с кораблём пришельцев? Может, всё-таки с «Жаворонком»? Но «Барракуда» ничего не обнаружила — ни обломков, ни радиоактивной пыли, ровным счётом ничего…
Он снова кивнул, на этот раз Шенгелия.
— Обобщите информацию, коммодор, и сводку мне на стол. Буду у себя.
Люк закрылся за его спиной, стоявший на часах десантник отдал честь. Цепляясь за скобы и предвкушая отдых, Тимохин двинулся к своей каюте, но мысль о «Жаворонке» не покидала его. Что же случилось там, у Юпитера? Может, что-то известно бинюкам? Этому посреднику? Он насупился и мрачно хмыкнул. Если знает, то не скажет… Одно слово: обманщик, лицемер.
* * *На этот раз они совещались ментально. Айве, Говорящий С Бино Тегари, находился рядом с передатчиком, Держатель Тийч — в изолированной полости у нервного узла, откуда удобно связываться с Кораблём, Кайа, Хранитель Небес и Стратег, был погружён в контактную массу, что позволяло ему контролировать сотни больших и малых модулей. Сам Столп Порядка плавал у сферы наблюдений, в которой мерцали двенадцать серебристых искорок, жалкий флот бино тегари.
«Какие выводы, Посредник?» — осведомился Йата. Мысль его была холодной и требовательной.
«Они не пропустят нас к обитаемому миру. Их Стратег уверен в своём превосходстве и в том, что группа, пославшая его, наиболее сильна. Фактически правит их планетой».
«Что ты предлагаешь?»
«Дать им урок — так это называется у землян».
«Уничтожить?»
«Да. Но до того отправить сообщение на Землю, всем противоборствующим группам. Не скупиться на обещания. Их социальная система неустойчива, миллиарды живут хуже наших тхо. Они воспримут гибель флота как акт справедливого возмездия».
«Принято, — сказал Йата. — Что у тебя, Хранитель Небес?»
«Мне нужно три четверти цикла, чтобы расконсервировать все модули. Но тридцать два уже готовы. Этого хватит».
От Кайи пришла эмоция радостного возбуждения — как все Стратеги, он был свиреп и жил предвкушением битвы. Ответная мысль Йаты его охладила. Он недовольно заворочался в контактной массе, похожей на зеленоватое желе, и тридцать два пилота-тхо в расконсервированных модулях ощутили импульс гнева.
«Не торопись, Стратег. Поспешивший в малом замедлит шаг великого. Пусть Айве отошлёт на Землю наши обещания. Жди. Ударишь через цикл».
Затем Столп Порядка обратился к Тийчу, четвёртому в Связке, соприкоснувшись с его разумом:
«Ты нашёл сбежавшего бино тегари?»
«Он затерялся среди термических источников. Возможно, стоит проверить их скопления?»
«Залы т’хами патрулируются. В грузовых и резервных полостях его тоже нет. Что ещё нужно сделать?» — Йата излучил неудовольствие, и Держатель вздрогнул.
«Пока ничего, Столп Порядка. Корабль не сообщает, где беглец, но в остальном его реакции нормальны. Я придумаю какой-нибудь способ, но это требует времени. Непросто обмануть Корабль».
Непросто, молча согласился Йата. У квазиразумных бывают странные прихоти — ведь каждый из них почти живое существо и, значит, избыточная система. Избыточность — цена надёжности и гибкости, которыми не обладает мёртвый механизм. Он помнил, что из-за таких устройств, которым слишком доверяли, рухнули две предыдущие Фазы.
«Ищи его, но осторожно, — велел Йата Держателю и закончил традиционной формулой: — Пусть не увидим мы мрака Затмения!»
Они прервали связь.
* * *— Это канал JBC, и с вами, как в предыдущие дни, снова Патрик Маккефри с обзором новостей. За несколько последних часов около ста сорока информационных агентств, теле— и радиоканалов, имеющих мощные орбитальные антенны, распространили сообщение, полученное от бино фаата. Да-да, вы не ослышались, это не очередная сводка ОКС, что поступают в урезанном цензурой виде, а послание самих пришельцев. Отмечу, что видеоряд отсутствует; мы слышим только женский голос, который обращается к нам на безукоризненном английском. Но вероятность мистификации полностью исключена: передача направленная, и все антенны ориентированы одинаково — к той части небесной сферы, где находятся в данный момент наши космические гости и корабли Третьего флота. Уверен, что это не шутка адмирала Тимохина и его подчинённых.
Итак, что сообщают нам пришельцы? В первой части их послания упрёк, который, надо думать, адресован ООН, Совету Безопасности и ОКС. Как выяснилось, Третий флот блокирует продвижение фаата к Земле, и переговоры по этому вопросу пока безрезультатны. Пришельцы считают, что СШК, Британия, ЕАС и другие доминирующие в земном социуме державы намерены использовать преимущества контакта, получив в одностороннем порядке техническую и научную информацию, которая предназначена всем странам и нациям Земли. Это первое. А вторую часть я бы назвал Большим Обещанием, поскольку в ней приводится список технологий, намеченных для передачи человечеству. Ближайший час мы посвятим анализу всех пунктов списка, от новых материалов с уникальными свойствами до антиграва, то есть устройства, регулирующего тяготение, но прежде всего я коснусь особой позиции. Особой, ибо её влияние на наше общество будет огромным и не имеющим аналогов в истории цивилизации! Как вы уже поняли, я говорю о продлении жизни, причём не на десять или двадцать лет, а минимум вдвое или втрое. Как заявляют бино фаата, физиологически они почти тождественны людям Земли, но живут по пять, шесть и более столетий, что достигается комплексом мер — волновой терапией, криогенными процедурами и набором замедляющих старение препаратов. Будет ли это доступно землянам? Да! — отвечают гости из космоса. И это значит, что вековая мечта человечества…
* * *Обзор Патрика Маккефри, весьма содержательный и полный оптимистических прогнозов, был тем не менее выслушан не всеми. В тот вечер Борис Сергеевич Горчаков беседовал с Асадиным по секретному каналу; всё же дошла очередь и до мандата на расширение военной базы в Сирии. Йозеф Калих, диспетчер марсианской станции «Маринер», спал, и рядом с ним тихо посвистывала носом симпатичная связистка Кристина. В этом регионе Марса царили холод, тьма и ночь, но планетологи с «Коперника», засидевшись в гостиничном баре, продолжали давний спор: что же такое Красное Пятно — пространственная сингулярность или темпоральная червоточина? Другие темы их не интересовали — по крайней мере, до разрешения этого вопроса. На тяжёлом крейсере «Тайга» было не до обзоров Маккефри — корабль, сближаясь с Эросом, маневрировал, чтобы уравнять свою скорость с прихотливым движением каменной глыбы. Коммандер Чернов, старший связист, по-прежнему торчал у приёмника, но не новости вылавливал, а ругался с геофизиками из астероидной службы. Им хотелось, чтобы крейсер завис над самым лагерем, у остроконечных скал, и развернулся грузовыми люками к стаду горных комбайнов и бурильных роботов. Джон Э. Брэдфорд, экс-директор обсерватории «Кеплер», четыре дня не слушал радио и не смотрел ти-ви, а накачивался бренди, проклинал Лю Чена и оплакивал свою карьеру. Адмирал Чавес на Лунной базе и адмирал Хейли, подлетавший к Марсу, не интересовались ни обзорами Маккефри, ни вообще каналом JBC, так как имели доступ к более серьёзной информации — секретным справкам, рапортам, докладам, отчётам экспертов и аналитиков.