"Фантастика 2023-181". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)

Впрочем, торжества и удовлетворения оно тоже не вызывало.
Крон чувствовал лишь бескрайнюю пустоту внутри, да еще, быть может, немного горечи.
Он не стал пинать Брюн ногой под ребра, хотя поначалу хотел это сделать. Маг подошел к часам и взялся за гирьку, выполненную в форме черепа. Цепь пошла вниз с тихим скрежетом. «Надо будет сказать, чтобы прислали мастера смазать часы», рассеянно подумал Крон. Он хотел перевести стрелки, но сообразил, что не знает, сколько сейчас времени. Часы остановились, когда была четверть первого – но какого дня или ночи, оставалось неизвестным. В кабинете царил полумрак, но это еще ни о чем не говорило – тяжелые шторы на окнах были опущены. Крон не испытывал ни малейшего желания поднимать их. Маг вдруг ощутил, какой затхлый воздух в кабинете. Аромат стухшей крови, пота, спермы, боли и слез смешались в густой коктейль. Крон из всех напитков предпочитал воду, а из всех запахов – чистый, терпкий аромат весеннего леса. «Все-таки придется поднять шторы», подумал маг. За окнами было темно. Когда Крон открыл раму, порыв ветра с площади принес откуда-то запах жареного мяса. Желудок свело судорогой. Маг попытался вспомнить, что он ел последние два дня и ел ли вообще, но память выбросила только солоноватый вкус человеческой крови и плоти.
В любом случае, этого было явно недостаточно.
Крон подошел к столу и извлек из-под груды разметанных бумаг зеленое нефритовое яблоко и такое же блюдце. Имперский маг катнул яблоко по блюдцу и заметил, что руки у него дрожат. Яблоко описало полкруга, и на блюдце появилось лицо Эмнера и его плечо в форменной черной куртке и фиолетовым шевроном в виде колокольчика с четырьмя лепестками. Кроме этого, в поле зрения мага попал угол хорошо знакомого серванта. Крон понял, что секретарь сейчас находится в Имперской Канцелярии. Эмнер заметил начальника и отложил перо, которым что-то строчил в разложенных перед ним бумагах.
– Какое сегодня число, Эмнер? – спросил имперский маг.
– Пятнадцатое червеня, господин Крон, – ответил секретарь. В лице его при этом ни дрогнул ни один мускул.
– А время?
В кабинете секретаря тоже были часы – уютный смешной хронометр с кукушкой производства экенских гномов, нелепый и неуместный. Однако именно эта нелепость и неуместность производила на подследственных больший ужас, чем черепа и серп на часах в кабинете Крона, и имперский маг об этом знал. Эмнер посмотрел вперед и вбок – часы висели напротив его стола.
– Двадцать два часа тридцать восемь минут, – сообщил секретарь.
Как и подумалось Крону, вспышка мести и безумия поглотила почти три дня.
– Я еще немного задержусь в Канцелярии, – медленно сказал маг. – Прикажите подать в мой кабинет ужин на двоих.
– Слушаюсь, господин Крон.
– А ты не знаешь, Эмнер, душевые сейчас свободны?
– Пыточных дел мастера сменялись час назад, так что я позволю себе предположить, что в душевых уже никого нет.
– Благодарю, Эмнер, – сказал Крон и катнул яблочко против часовой стрелки, разрывая контакт.
Он достал из стоявшего в углу шкафа форменную куртку и накинул ее на голое тело. Серый плащ Крон метнул в сторону Брюн.
– Одевайся, – сказал маг.
Крон открыл потайную дверцу в стене своего кабинета и обернулся, хмурясь. Женщина торопливо подошла к нему, на ходу завязывая шнурки на плаще. Имперский маг вошел в потайной ход и стал спускаться по лестнице. Шаги босой Брюн были почти не слышны. Крон подумал, что надо было дать ей и башмаки, но возвращаться ему не хотелось.
Они миновали несколько пролетов закрученной в спираль лестницы и оказались в одном из нижних ярусов Имперской Канцелярии. Здесь было необычно пустынно, что порадовало Крона – ему сейчас не хотелось встречаться ни с кем из подчиненных.
При постройке Имперской Канцелярии маг настоял на том, чтобы в проект третьего подземного этажа был включен блок с душевыми кабинами – для того, чтобы мастера заплечных дел могли помыться после работы, а не добираться до дому, благоухая кровью и потом. Имперским магом двигала не столько забота об условиях труда палачей, сколько нежелание выносить сор из избы. У Крона была хорошая память на чертежи, и он смог найти душевые без посторонней помощи.
 
В предбаннике имперский маг обнаружил две аккуратные стопочки. В каждой из них находилось два серых полотенца со штампом Имперской Канцелярии, кусок мыла и мочалка. Левая стопочка была чуть побольше – в ней так же лежала арестантская роба. Крон сбросил куртку и заляпанные сам Локи не знает чем штаны, взял мыло с мочалкой и толкнул дверь душевой. Они с Брюн услышали шум воды одновременно. В следующий миг Крон увидел в одной из отгороженных досками кабинок огромного рыжего мужчину. Тот как раз намылил голову и не мог видеть вошедших. Брюн нервно хихикнула, но за шумом воды палач ее не услышал. Крон не стал ему мешать. Маг взял некрома за плечо и толкнул к ближайшей свободной кабинке.
– Мойся, – сказал маг. – Тщательнее. Поняла?
Брюн быстро закивала. За прошедшие трое суток актриса вжилась в роль безропотной рабыни гораздо глубже, чем в любую из своих предыдущих. Возможно, это была не лучшая из ее ролей, но Брюн вложила в нее всю свою страсть. В любом случае, это было ее последнее выступление.
И они оба об этом знали.
Однако Крон еще и не подозревал, что маг, создавший некрома модификации 659А, был настолько добр, что подарил своему детищу ключ к вратам Нильфхеля. Крон собирался открыть их для Брюн традиционным способом и уже видел веселые языки пламени, ласкающие ее обнаженные ноги.
Но, очень, очень скоро ему предстояло об этом узнать. Брюн не сомневалась, что если бы Крон догадался о том, что у его пленницы есть волшебный клубочек, способный вывести ее на свободу из лабиринта мук и отчаяния, он тут же отрезал бы ей косы. Ключ Брюн от врат жизни был очень изящной формы. Тот некромант был большим затейником, если не сказать – поэтом. «На этот раз я не засну», думала Брюн, включая воду. Заклинание, которое нужно было произнести, она беззвучно повторяла про себя все это время, что они с Кроном провели в яростных играх.
И только это дало ей сил вынести все изыски фантазии имперского мага.
Маг перешагнул через темную струю, бегущую по кафельному полу к стоку, вошел в соседнюю кабинку и повернул кран. Крон бездумно подставил лицо под теплые струи. Он слизывал с лица капли, ощущая невыразимый покой. Маг услышал шаги и открыл глаза. Рыжий палач уже сполоснул голову и теперь с ужасом смотрел на него.
– Имя, звание? – спросил Крон и взял мочалку.
– Иван Ступка, палач третьей категории.
– Почему моетесь в неположенное время, Ступка? – осведомился Крон, намыливая мочалку. – Опоздали на смену?
Палач рухнул на колени.
– Никак нет, господин имперский маг, – пролепетал Иван. – Задержался с допроса… Работы сейчас много, все не успеваем…
– Следователь кто у тебя?
– Старший помощник руководителя по борьбе с сепаратизмом в экенском секторе Малюта Старгородский.
– Ну, ясно. Свободен.
Палач попятился, не вставая с колен и обдирая их в кровь об острый кафель. Ткнувшись задницей в дверь, он не оборачиваясь открыл ее и выскользнул вон.
За время их отсутствия кабинету придали тот вид, который должен быть у кабинета начальника секретной службы (а не вид борделя после пожара, который он имел до их ухода). На столе стояли два прибора.
– Ешь, – сказал Крон Мадлен, но сам снимать крышку с судка не стал. Вместо этого маг достал из ящика стола справочник внутренних кодов Имперской Канцелярии, нашел в нем Малюту Старгородского, написал несколько рун на шарике и снова крутанул его по нефритовому блюдцу.
На лице человека, появившегося в магическом экране, мелькнуло удивление.
И ужас.
– Малюта Старгородский? – осведомился Крон.
– Так точно, господин имперский маг, – пролепетал мужчина.
«А ведь он что-то скрывает», подумал Крон. – «Невиновный не мог испугаться так сильно».
– Если вам мало одного мастера пыточных дел, подайте заявку в отдел кадров, – сказал имперский маг. – А вообще, подумайте, как лучше организовать работу. Имперская казна не бездонна. И не забудьте выписать Ступке сверхурочные, Старгородский. Почему другие должны платить за ваши ошибки?