"Фантастика 2023-181". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)
– Если попасть по красному, паук замрет, – сказал Ринке. – Минут на двадцать. Вполне хватит, чтобы убраться так далеко, чтобы он нас не почуял и не смог догнать.
Мандреченка задумчиво посмотрела на часы на запястье сидха, потом на остальные «пуговицы» на брюхе паука и спросила:
– А эти разноцветные кружочки?
Ринке одобрительно улыбнулся. Подняв копье, он коснулся синей вставки на хитиновой кольчуге паука. Три левые задние левые лапы чудовища, которые Карина поначалу приняла за колья, поднялись, зависли в воздухе. Ведьма моргнула.
– Через две минуты они опустятся сами, – сообщил Ринке и ткнул в зеленое пятно.
За спиной Карины что-то стукнулось об мох. Мандреченка вздрогнула, обернулась – хотя вертеться в замкнутом пространстве было ох как неудобно – и увидела, как раздвинулись огромные жвалы на безвольно склоненной голове.
– Желтое пятно поднимает правые ноги, – сказал сидх. – А оранжевое убирает жало. Но чтобы попасть по ним, нужен некоторый навык. Так что я бы тебе советовал всегда бить в красное.
– Я поняла, – пробормотала Карина.
Ринке улыбнулся и спросил:
– Тебе все еще нравится мой лес?
– Вот уж не знаю почему, но он мне больше напоминает давно не стриженный парк, – задумчиво ответила мандреченка. – А эти пауки – словно игрушки какого-то великана. Он разбросал их здесь и забыл…
Ринке уважительно хмыкнул и сказал:
– Этого великана звали Аулэ, он был нашим богом ремесел… Ты права. Они с Мелькором создали гоблинов, троллей и пауков. Но Аулэ не забыл о своих детях, а погиб. Мы поклялись, что будем присматривать за ними.
– Понятно, – произнесла ведьма и добавила задумчиво: – А ведь ты спас мне жизнь. Когда между Мандрой и Лихим Лесом будет мир, приезжай ко мне в гости, можешь вместе с Вилли. Я обычно зимую в станице Пламенной. Погуляем по нашему лесу. На медведя сходим, из берлоги поднимем… Не подумай, что я хвастаюсь, но все же наши медведи побольше ваших пауков будут.
Сидх улыбнулся, чуть наклонил голову. Этот церемонный жест под брюхом едва не сожравшего их паука, в дебрях Лихого Леса должен был смотреться смешно – но у Ринке это получилось очень естественно.
– Почту за честь, – ответил он. – Нам пора идти.
Сидх ловко вылез из-под паука. Ведьма последовала за Ринке. Взглянув на чудовище со стороны, мандреченка почувствовала противную слабость в коленках. Лапы паука были длиной почти с нее саму, а тело чудовища по размеру превосходило двух лошадей.
– Сейчас выберемся на просеку, там будет безопаснее, – угадав ее мысли, сказал Ринке и положил копье на плечо. – Звери ее обходят, по старой памяти.
Вода в ванне казалась зеленой от добавленной в нее соли.
– Посидеть с тобой, пока ты купаешься? – предложил Искандер.
– Боишься, что я вскрою себе вены? – спросил Крон.
– Есть немного, – признался император.
– Не бойся.
Искандер вышел из ванной и притворил за собой дверь. Императорские покои, как и вся восточная часть дворца, были построены еще Владимиром Солнце. Они сразу не понравились Искандеру из-за своей пышной отделки и росписи на стенах, изображавшей славные деяния Тайнеридов, к которым нынешний император Мандры не имел никакого отношения. Едва въехав, император приказал сбить лепнину и побелить стены. Во дворце Тайнеридов императору больше всего нравились покои княжича Алексея – маленькие и уютные. Но их Искандер отдал Крону. А эти покои подавляли Искандера своими размерами. Для того, чтобы пересечь спальню, императору надо было сделать не меньше тридцати шагов. Для человека, который провел большую часть своей жизни в походной палатке, такая спальня была слишком велика. Хотя род Гургенидов, из которого происходил император, считался не самым последним среди знатных семей Мандры, таких огромных покоев не было даже в их родовом гнезде, крепости Аль-Шассин. Сам Искандер бывал в Аль-Шассин всего один раз, на похоронах деда. Ибрагим ибн Всеволод преставился, когда будущему императору Мандры едва исполнилось пять лет. Искандер вынес из той поездки весьма неприятные воспоминания, но не печаль о дедушке, которого почти не знал. Маленький мальчик потерялся в пиршественном зале, когда нянька улизнула в сад на свидание с местным конюхом. Так что если бы не вопрос престижа, Искандер никогда бы не поселился здесь.
Он устроился в кресле у окна, взял со стола колокольчик и позвонил.
– Подай нам позавтракать что-нибудь, – рассеянно сказал император явившемуся на зов лакею. – Отнеси одежду Крона в прачечную и принеси чистую смену.
Лакей собрал разбросанные на кровати брюки и рубаху мага в охапку и удалился, бесшумно ступая по толстому ковру. Форменную куртку из черной кожи он не забрал. Взгляд Искандера зацепился за нашивку на левом рукаве, изображавшую фиолетовый колокольчик с четырьмя раскрытыми лепестками – эмблему Чистильщиков, нового отдела при Имперской Канцелярии. Руководил им Крон, и это был тот случай, когда служба создается под руководителя. Первое дело Чистильщиков очень дурно пахло, и если бы император меньше доверял своему магу, подразделение по борьбе за чистоту расы было бы распущено сегодня же, не просуществовав и месяца.
Но Искандер доверял своему магу.
Слуга принес завтрак, но император даже не заметил его появления. Искандер рассеянно смотрел на площадь перед дворцом, по которой суетливыми муравьями спешили редкие прохожие. Поднос, на котором дымилась джезва с кофе и подмигивал оранжевым бочком апельсин – для императора, и фарфоровые судки, откуда пахло тушеной в бобах говядиной – для имперского мага, был торжественно и ловко водружен на ореховый столик, украшенный богатой резьбой. Второй прислужник, стоявший со стопкой одежды в руках, негромко кашлянул. Искандер посмотрел на него.
– Куда прикажете положить костюм господина имперского мага? – спросил слуга.
– Повесь на стул, – сказал император.
Слуги покинули покои. Искандер выпил кофе, подождал еще немного и крикнул:
– Иди есть.
Когда император решил, что за шумом воды маг не разобрал его голоса, обнаженный Крон появился в дверях. Волшебник посмотрел на сервированный стол, и щека его дернулась. Украшавшие стол фигурки бегущих зверей и птиц, любовно выточенные ветви с крохотными листочками и выглядывающими из-за них птицами всегда нравились Крону. Да и перекусить бы совсем не помешало. Мага остановило совсем другое. Волшебник прошел к постели и лег на нее.
– Он не приходил ко мне уже больше месяца, – сказал Искандер. – Я хочу просто позавтракать с тобой.
Крон повернулся в его сторону, и император увидел, что маг улыбается – очень некрасивой улыбкой.
– А я хотел бы не только позавтракать, – сказал Крон.
– Нет.
– Сандро, пожалуйста.
Когда Крон проснулся, Искандер сидел в кресле, курил и читал какую-то бумагу. Услышав, как маг недовольно зашевелился, Искандер отложил документ, притушил трубку и открыл окно. Употребление наркотиков лишало магов их дара. Крон был магом Воздуха, и табачный дым был для него тем опаснее, что портил легкие, которыми маг впитывал Чи.
– Спасибо, – сказал Крон. – Просто я вот так же с одним человеком… помылся… позавтракал… а когда я проснулся, она уже умерла. Повесилась на своей косе.
– Не дождешься, – сказал император. – Да и косы у меня нет.
– Я хотел изменить последовательность событий, – ответил маг. – Ванна – тушеное мясо – труп…
Крон встал. Искандер смотрел, как он одевается. Когда маг закончил со своим туалетом, император жестом указал Крону место за столом. Волшебник вежливо кивнул и присел. Крон снял крышку с судка, взял ложку и запустил ее в остывшие уже бобы. Искандер взял апельсин и принялся его чистить. Крон жевал мясо и смотрел, как оранжевые завитки падают на стол.
– На Старом Тракте разграблен караван. Он шел из Эребора в Бьонгард, вез зерно, – сказал император. – Никто не выжил, а напоследок партизаны сделали «Ежа».
– Давно? – спросил Крон с набитым ртом.