Стэн. Книги 1-8 . Компиляция (СИ)

– Нет, нет, ничего.
– Я умею вязать, вышивать гладью, делать длинные стежки, короткие, крест-накрест, каррикмакросс, гофрировку, отделку перьями, англез, плести кружева, работать на пяльцах...
– Хватит, хватит, сержант, остановитесь. Признаться, вы меня сразили наповал. Я просто потрясен, услышав про ваши таланты. Будьте уверены, мы раздобудем для вас все необходимые материалы в ближайшее время.
Сержант отдал честь и вышел. Килгур проводил его недоуменным взглядом и тяжело вздохнул.
* * *
Завыла сирена. Имперские заключенные сбежались на вечернее построение. После переклички они продолжали стоять, глядя на лежавшую неподалеку пятиметровую груду пластиковых коробок, гадая об их предназначении и о том, что нового на сей раз могли придумать таанцы.
Комендант лагеря Держин выслушал рапорт полковника Вирунги и сказал, что хочет сделать объявление. Оно было коротким и произвело эффект взорвавшейся бомбы.
– Заключенные! Мы признали вашу работу удовлетворительной.
"Дьявол! – в сердцах чертыхнулся Стэн. – Почему мы вовремя не разработали программу саботажа?"
– В награду за это я распорядился выдать вам посылки из "Помощи заключенным". Это все. Полковник Вирунга, позаботьтесь о своих людях.
Вирунга отдал честь. Вид у полковника был такой, словно его огрели обухом по голове.
Заключенные были поражены не меньше, чем он.
Стэн приблизительно знал, из чего состояли посылки: за три года его заключения некий сердобольный офицер – которого быстро отправили на фронт – однажды раздавал подобные коробки.
"Помощью заключенным" называлась организация, созданная в нейтральной системе Манаби. В ее цели входили контроль за соблюдением некоторых прав военнопленных обеих враждующих сторон, в частности – за правом на апелляцию, и оказание гуманитарной помощи. Таанцы игнорировали первую цель организации, но одобряли последнюю.
Каждая посылка содержала в себе дополнительные продовольственные пайки, витамины, минералы и сменную одежду для десяти заключенных. Стэн не раз задавался вопросом, понимали ли добрые маленькие старушки – а именно такими он представлял себе щедрых благодетелей заключенных, – что все эти шарфы, перчатки и лакомства, находившиеся в посылках, почти никогда не попадали в руки тех, кому предназначались. Если они не исчезали в самой таанской системе снабжения, их растаскивали тюремные охранники. Посылка, доставшаяся Стэну по милости мягкосердечного таанского офицера, была основательно уполовинена еще до того, как попала в ворота лагеря.
– Жратва, – прошептал кто-то.
Строй заключенных подался вперед. Еще несколько мгновений промедления, и Вирунге вряд ли удалось бы удержать их от голодного бунта.
– Отделение! Смир-но! – Военная дисциплина одержала верх – по крайней мере на какое-то время. – Три человека... распаковку... посылок. Кристата... Килгур... Горацио!
Лей Ридер Кристата пробурчал что-то себе под нос, однако быстро понял, что задание вполне приемлемо, и шагнул вперед. За ним последовали Стэн и Алекс.
– Сэр, – обратился к Вирунге Стэн. – Прошу...
Вирунга не дал ему возможности закончить предложение.
– Совершенно верно... забыл... обязанность. Еще один. Старший сержант Исби!
Специалист по снабжению подошел к Вирунге, тяжело опираясь на костыли. Несколько лет назад в результате тяжелых ранений Исби стал одноногим. Ответственность за потерю ноги целиком и полностью лежала на таанцах, чья жестокость проявилась в неоказании ему своевременной медицинской помощи. Впрочем, такое пренебрежение к человеку могло быть списано на оплошность, какие часто допускаются в период военного времени. Однако тому, что Исби не поставили хотя бы протез, оправдания не было. Таанцы еще ответят за свои злодеяния. Однажды они предстанут перед судом над военными преступниками.
– Остальным... разойтись! Распределение посылок... два часа.
Строй распался, но ни один из заключенных не покинул двора. Они хотели пронаблюдать – очень внимательно – за сортировкой посылок. Впрочем, троим заключенным, которым это было поручено, они доверяли – более или менее.
 
Стэн многозначительно посмотрел на Алекса. Килгур понимающе кивнул головой. Он должен был отвести полковника Вирунгу в сторону и поделиться с ним очень интересной информацией. Стэну и Алексу она стала известна еще до войны с таанцами, в период прохождения подготовки в отряде "Богомолов". Если эта информация не устарела, посылки организации "Помощь заключенным" могли им очень пригодиться.
Продолжая строго соблюдать правила конспирации. Стэн отдал Вирунге честь и спешно удалился. Его ждало другое, не менее серьезное дело.
* * *
Двое охранников грубо окликнули Стэна.
Он остановился. Охранники открыли дверь карцера и снова рявкнули. Через минуту из крохотного помещения вышла Сент-Клер, щуря глаза от яркого света, – вышла ровной походкой, не спотыкаясь и не прихрамывая. За месяц, проведенный в изоляторе, ее раны и кровоподтеки почти зажили. Стэн отметил, что Сент-Клер сильно отощала – на урезанных наполовину пайках и воде не разжиреешь, – но держалась хорошо. Должно быть, она нашла способ делать какие-то физические упражнения даже в каменном мешке карцера.
– В следующий раз так легко не отделаешься, – процедил таанец.
– Следующего раза не будет, – парировала Сент-Клер.
Охранники толкнули ее вперед и закрыли дверь карцера. Сент-Клер приостановилась возле Стэна.
– А вот и мой радушный покровитель.
– Если хотите, да, – сказал Стэн.
– Что нового произошло в огромном мире?
– Ничего такого, о чем бы стоило упоминать.
– Значит, война все еще не закончилась. Между прочим, почему вы не обращаетесь ко мне по званию? Я ведь артиллерийский офицер.
– Простите, капитан.
– Да ладно, ерунда. Засиделась в этой конуре...
Они находились в пустынной части коридора.
– Нам нужно серьезно поговорить, – сказал Стэн.
– Валяй.
– Вы пытались выбраться отсюда в одиночку. Это просто какой-то ковбойский поступок.
– Ну так что теперь?
– Это не должно повториться. Любой побег будет зарегистрирован и совершен с разрешения комитета.
– Только не мой, – отрезала Сент-Клер. – Комитеты вечно все портят. Комитеты развязывают войны. Я предпочитаю вести свою личную кампанию.
– Это не просьба, капитан. Это приказ.
Сент-Клер прислонилась к стене.
– Ты Большой Икс?
– Прошу любить и жаловать.
– Рада познакомиться. Но, как я уже сказала...
– Слушай меня внимательно, капитан. Читай по губам. Я не стану посылать на твою голову проклятия, если ты решишь бежать в одиночку. Каждый, кто находит лазейку, чтобы выбраться из этого гроба, получает мое благословение. Но я должен знать о готовящемся побеге заранее и дать на него "добро".
Сент-Клер долго держала паузу, во время которой успела сделать шесть глубоких вздохов. Наконец она улыбнулась.
– Примите мои извинения. Я буду следовать вашим приказам. Конечно. Что бы вы и ваш комитет ни потребовали.
– А вы очень находчивы, капитан Сент-Клер. Не советую меня разыгрывать. Я потребую строгого выполнения моих приказов. И вы станете им подчиняться!
– А если нет?
Стэн говорил очень спокойно.
– Тогда я убью вас. – Выражение лица Сент-Клер оставалось бесстрастным. – И вот еще что, капитан. Во избежание лишних неприятностей я назначаю вас на должность главного карманника.
– Карманника? Но я не имею ни малейшего понятия...
– Вора.
Сент-Клер вспыхнула.
– Я – игрок, а не какая-нибудь там вульгарная аферистка!
– Не вижу разницы.
Сент-Клер едва сдерживала свой гнев.
– Будут еще какие-нибудь вопросы, артиллерийский офицер?
– Пока нет.
– В таком случае вы свободны!
Стэн вытянулся по стойке смирно и отдал честь.
Сент-Клер подождала, пока он завернул за угол, и позволила себе роскошь молча разразиться серией отборных ругательств. Лицо ее буквально перекосилось от злости. Вскоре она успокоилась и начала думать о долгожданном душе.