Стэн. Книги 1-8 . Компиляция (СИ)

Комната, куда он попал, отличалась красным вельветом и старинными картинами. Стеклянные лампы едва рассеивали мрак. Зато мебель тут оказалась довольно необычная – три или четыре широких, очень крепких на вид гамака. Прислонившись спиной к стене, Килгур ждал.
Дверь на другом конце комнаты бесшумно отворилась.
– Я не ошибся, вы хотели бы поступить ко мне телохранителем?
"Вилли Саттон" почти вкатился в комнату. Он был спиндарцем, огромным двухметровым – в любом направлении – чешуйчатым существом, немного напоминающим доисторического земного ящера с лишней парой рук. Речевой аппарат человека не мог произнести настоящие имена спиндарцев, и потому они брали себе имена более привычные для большинства населения Галактики. Причем не какое попало имя, а какого-нибудь прославленного в избранной спиндарцем области деятеля.
Килгур понятия не имел, кто такой был Вилли Саттон, но он не сомневался, что филантропом тот не был.
– Унтер-офицер Алекс Килгур.
На заданный ему вопрос он решил не отвечать.
– Наверное, дезертир?
– Нет, Саттон. Но я подумывал об этом.
– Ты не из военной полиции, по выражению лица вижу. Так как же мое заведение и я сам можем тебе помочь? Это, конечно, если считать, что ты не желаешь мне вреда.
– Мы хотим, чтобы ты вернулся.
Запыхтев, спиндарец уселся на свой хвост.
– Во Флот? Это вряд ли. За годы службы я повидал достаточно трибуналов, и повторение опыта меня как-то не привлекает.
Саттон говорил чистую правду. Во всем Императорском Флоте, вероятно, не существовало другого снабженца, которого судили бы столько раз. И всегда за одно и то же: незаконное присвоение имперских запасов и оборудования.
А еще во всем Императорском Флоте, вероятно, не существовало другого снабженца, которого бы так быстро повышали снова. И опять всегда за одно и то же: за отличную службу.
– Нам нужен вор, – сказал Килгур.
Спиндарец запыхтел еще сильнее. Алекс тем временем объяснил суть проблем, с которыми пришлось столкнуться Стэну.
Задумавшись, спиндарец выпустил спрятанные в руке когти и в клочья разодрал перед собой ковер. Оглядевшись, Килгур заметил, что ковер разодран и в других частях этой комнаты.
– А как насчет обвинений из-за которых, скажем так, мне было желательно удалиться с последнего места службы?
Килгур вынул пару фишей и протянул их Саттону.
– Первая – твое настоящее личное дело. Возьми ее в подарок.
Спиндарец почесался.
– Вторая – твое новое личное дело. Не хочу хвастать, но чище просто не бывает. Работаешь с нами – и через несколько минут ты уже другой человек.
– Начать новую жизнь... – Спиндарец задумчиво покачал головой.
– Мой босс ставит только одно условие. Если ты думаешь, что сможешь и нас водить за нос, то сильно ошибаешься. Только пихни какую-нибудь мелочевку на сторону, и мы живо накрутим тебе хвост. Много чего неприятного может с тобой случиться. Так что об этом я больше говорить не стану.
– В сводничестве и проституции все так однообразно, – вполголоса пробормотал спиндарец. – У людей крайне ограниченная сексуальная фантазия. – Он опять запыхтел. – Вернуться на службу. Какое необычное предложение... Передай своему командиру, что я сообщу ответ завтра к этому часу.
  
Глаза 38
 
Задрав ноги на стол, Стэн развалился в кресле. Bceм своим видом капитан старался показать, какой он спокойный и невозмутимый. Но внутри у него все так и кипело. Стэн нервничал и надеялся, что этого никто не заметит.
Про себя Стэн полагал, что в этой позе он выглядит как последний дурак. Все, чего ему не хватает, это стука в дверь, тревоги, и классно он будет смотреться, распутывая ноги в каюте размерами два метра на три.
И тут в дверь действительно постучали – тревожно и настойчиво. В следующий миг дверь распахнулась. Стэн чуть не снял ног со стола. Он даже согнул колени, но в последний миг заставил себя расслабиться. Какое выражение лица должно быть у командира в такой момент? Что лучше – усталое равнодушие или спокойная озабоченность?
 
В каюту, насколько это было возможно, ввалились Алекс и спиндарец по имени Саттон.
– Что еще за... – начал Стэн.
– Сэр! – прервал его Саттон. – Нас сейчас будут брать!
Стэн инстинктивно оглянулся. Может, враги захватили планету? Или изнасилована адмиральская дочка?.. Будут брать? Кто?
Опустив "почему" и "где", Стэн решил, что "брать будут" прямо сейчас.
Впрочем, сию секунду Стэна больше всего беспокоило, как бы ему распутать ноги так, чтобы это выглядело солидно. Главное – не торопиться. Хорошо еще, что Алекс пустился в объяснения и тем самым подарил ему немного времени.
– Мистер Саттон хочет сказать, что нас заложили. Я не знаю, за что именно, но в последние дни мы, возможно, и впрямь несколько зарвались.
Стэн едва сдерживал смех. Он уже понял, в чем дело. Но Алекс и вправду в последнее время здорово полагался на свою удачу. Пора было его немного приструнить.
С выражением озабоченности на лице Стэн поднялся из кресла.
– Итак, господа, в чем же, собственно, проблема? – Голос его звучал небрежно и спокойно.
– Мы как раз и пытаемся вам объяснить, сэр, – воскликнул Саттон. – Нас окружила полиция!
Стэн позволил отвести себя к выходному люку. В доках возле "Гэмбла" выстроилась фаланга черных полицейских гравитолетов – пять машин с каждой стороны, по два полицейских в машине.
– Я же говорил, сэр, – зашептал Саттон. – Нас собираются брать! – Он повернулся к Алексу: – Ты меня выдал!
– Тебя? Да кто ты такой, черт возьми? У тебя мания величия, парень. Они сейчас накроют нас всех! – Алекс покосился на Стэна. – Не знаю, можешь ли ты что-то сделать, но, Стэн, попытайся, ладно?
Стэн хранил гордое молчание. Как ни странно, это отчасти успокоило и Алекса, и Саттона.
Дверь переднего гравитолета с шипением распахнулась, и оттуда вылез огромный представитель полицейских сил. Еще секунда оправления формы и разглаживания всклокоченных волос, и, цокая каблуками по бетону, представитель пошел к Стэну. В вытянутой руке он держал какую-то официального вида бумагу.
– Ордер на обыск и арест, – прошептал Алекс. – Я же говорил.
Стэн хранил молчание.
Полицейский подошел к Стэну, четко отдал честь и протянул бумагу.
Не удержавшись, Алекс заглянул через плечо своего командира и ошалело замотал головой.
– Ты не мог этого сделать!
– Я это сделал, – невозмутимо ответил Стэн и, повернувшись к полицейскому, сказал: – Спасибо, констебль Фосс.
– Пожалуйста, сэр, – почтительно ответил Фосс. – Простите, сэр, но вы сможете за час принять двадцать добровольцев? Или кому-то из нас надо подъехать попозже?
– Двадцать добровольцев? – наконец пришел в себя Алекс. – Давайте, давайте ко мне, как сказал паук мухам.
Пару минут спустя они с Саттоном уже строили завербовавшихся на такшипы полицейских.
– Вот, значит, до чего дошло, – на ходу шепнул он Стэну. – Набираем чертовых легавых.
Стэн бросил на Алекса свой, лучше других отработанный, Командирский Взгляд.
– Жуткое дело война, правда?
Первый лейтенант Над Эстил был чудом, которое следовало бы держать под стеклянным колпаком. Он выглядел просто супер! Он звучал просто супер. Он был просто супер!
Эстил отдал Стэну идеальный, острый, как неизвестно что, салют, и каблуки его щелкнули, словно выстрел.
– Если это все, сэр...
Стэну не часто приходилось встречать такое совершенство. Эстил был офицером, невольно заставлявшим даже капитана чувствовать грязь на своем воротничке. Сравнение получалось особенно тягостным, потому что Стэн и Алекс щеголяли сейчас в промасленных рабочих комбинезонах. Они не планировали интервью с добровольцем. Это вышло как-то случайно – краткий перерыв в бесконечном техобслуживании корабля. И сейчас Стэну было так же трудно отпустить Эстила, как недавно в него поверить. Ну как разговаривать с ходячей рекламой военного Флота?