Стэн. Книги 1-8 . Компиляция (СИ)
– И чего тут смешного? – обиженно и не без угрозы в голосе сказал старший. Дело происходило в одном из баров космопорта, и за столом сидели еще трое мужчин – все астролетчики, старшие офицеры торгового флота. – Вот мои офицеры, и они не слышали, чтоб их капитан сказал что-то смешное. Так, ребята?
Рашид обвел насмешливым взглядом троицу, которая пьяным хором торопливо подтвердила: «так точно, сэр!». Обеими руками он взял свою кружку и осушил ее до дна.
– Еще по кружечке – и я скажу вам все как на духу. Вы не первый курчавый маразматик, который талдычит мне про то, что все, дескать, летит в тартарары и нынешние времена не чета прежним. Я слышу эти дебильные разговоры с тех пор, как начал службу в космосе на побегушках у стюарда.
Барменша – кроме нее в этой забегаловке, пожалуй, не было ничего привлекательного – толкнула шесть кружек по гладкой алюминиевой стойке. Рашид встал, взял кружку пива, сдул пену и сделал длинный глоток.
– От разговора с дураком у меня горло пересыхает, – сказал он. – Даже если это многоуважаемый капитан большой космической колымаги.
Помощник капитана грозно насупился и повел могучими плечами неописуемой ширины, испепеляя наглеца взглядом. Этого бывало достаточно, чтобы осадить кого угодно, и срабатывало на тысяче планет в разных уголках Вселенной. Но Рашид только рассмеялся.
– Стареющий мужчина, когда уже не может постоять за себя, обычно таскает с собой молодого костолома для грязной работы. Вот что я вам скажу, капитан. Приведите мне хоть один пример – хоть один! – того, что наш мир клонится к закату, и я, быть может, сниму перед вами шляпу.
Капитан залпом осушил кружку, проливая пиво на свою форменную сорочку – и без того уже мокрую на груди.
– Извольте! Вот вам пример: то, как обращаются с офицерами космофлота. Поглядите на нас. Водим огромные торговые корабли. От наших действий зависит судьба сделок на многие миллиарды кредиток. Но посмотрите вокруг. Мы на Прайм-Уорлде. Эта планета – столица Империи, сердце Империи и прочие высокие слова. Но разве здесь относятся к нам, офицерам космофлота, с должным уважением? Ничего подобного, черт побери!
– Мы те шестеренки, благодаря которой функционирует Империя! – рявкнул в поддержку своего капитана один из офицеров.
– А какого отношения к себе вы бы хотели?
– Я же сказал – чтоб уважали! Лет триста назад каждый прилетающий корабль встречали с огромной помпой. Все рвались узнать, как там – в далеком открытом космосе. Женщины сходили с ума... И послушайте слово человека в возрасте...
Капитан вконец разволновался, вскочил и наставительно поднял палец, но одновременно так громко рыгнул, что торжественность момента была несколько смазана.
– Когда Империя забывает своих героев – это и есть вернейший признак всеобщего развала! – Капитан победно тряхнул головой и посмотрел на своих подчиненных. – Верно я говорю? Убедительно доказал?
Рашид проигнорировал согласные выкрики.
– Неужели вы и впрямь думаете, что энтузиазм может длиться на протяжении столетий? И что все должно быть, как во времена первых примитивных космических кораблей на жидком топливе?
– Зачем лезть в историю так далеко? Еще пива!.. Иронизируйте сколько хотите, а я не прочь вернуться к временам не ахти каких надежных кораблей с ионными двигателями, которыми командовали по-настоящему мужественные люди!
– Мужественные жопочесы, – фыркнул Рашид и презрительно сплюнул на пол. – Вы что, не знаете, как летали эти корабли? С земли их поднимал компьютер. И он же их вел – вплоть до посадки.
Пятерка звездолетчиков оторопело уставилась на него.
– А что же делала команда? – спросил самый молоденький офицер.
– Сейчас скажу про команду! Первые герои взяли привычку помирать во цвете лет. Выяснилось, что на этих ионных кораблях, мягко говоря, жарковато – в прямом и переносном смысле. Именно в той части, где команда, – от носа корабля до Барьера-33, который экранировал от излучения грузовой и пассажирский отсеки. Прошло не так уж много лет, и возникли очень большие трудности с набором новых молодых героев, потому что прежние молодые герои как один стали инвалидами или дали дубаря – после двух-трех рейсов.
И знаете, как решили кадровый вопрос? Стали набирать экипажи из бездомных алкашей, отиравшихся в окрестностях космопортов. Таких, которые не окончательно пропили мозги и могли при необходимости выполнить нужные команды и быстренько остудить двигатель, когда жар грозил перевалить за Барьер-33. Парням давали достаточно синтетического пойла, чтобы не просыхали, – а не то глянут с трезвых глаз, на каком ядерном костре они сидят голой задницей, и со страха повыпрыгивают в открытый космос. Вот вам и достославные герои, водившие ионные корабли, и их замечательные офицеры, которых набирали в тюрьмах среди более-менее образованных рецидивистов!
И вы что думаете, народ об этом не знал? Вы верите, что этих межзвездных алкашей, если им удавалось дожить до конца рейса (а порой приходилось добирать команду на промежуточных остановках), встречали в космопортах фанфарами и речами, а женщины с визгом кидались им на шею? Если вы этому верите, вы даже глупее, чем кажетесь.
Капитан нервно облизал губы и обвел взглядом своих подчиненных. Они ждали от него знака – как им реагировать на речь инженера.
– Откуда вам известно так много? И про Барьер-33... Умник нашелся! Небось, сам не летал на тех кораблях. – Престарелый капитан со стуком опустил свою кружку на стол. – Эх, никакой жизни! Пришли в кабак, чтобы тихо-мирно пропустить кружечку-другую, покалякать, потравить байки... и нате – путается под ногами какое-то ничтожество, которое считает нас дураками, способными поверить...
– Я летал на корабле с ионным двигателем, – обронил Рашид, перебивая капитана.
Тот мгновенно покраснел от ярости. Его широкоплечий помощник с кулаками-кувалдами вскочил на ноги.
– Хочешь сказать, что тебе тысяча лет, начальник? – насмешливо скривился помощник капитана, поигрывая мускулами.
– Нет. Я значительно старше.
Капитан коротко кивнул своему помощнику, и тот размахнулся кулачищем, который можно было бы использовать как чугунный шар при сносе зданий.
Но кулачище ударил в пустое пространство – Рашид пригнулся, рванулся вперед и ударил одного из офицеров макушкой в лоб. Тот опрокинулся, увлекая за собой другого. Пока с грохотом падали стулья, Рашид вскочил и, когда помощник капитана вторично размахнулся, молниеносным движением ударил противника сложенными пальцами в болевую точку на предплечье. Помощник капитана согнулся от боли. Рашид быстро обернулся в сторону двух других офицеров, которые уже вскочили с пола и наступали на него. От первого удара он уклонился, но тут в его голову попала кружка, запущенная капитаном, и Рашида отшвырнуло к стойке бара.
Еще на полу он с силой разогнул ногу и ударил одного из нападавших в живот. Тот охнул и повалился. Рашид дважды перекатился и вскочил, готовый отразить новую атаку помощника капитана.
Перехватив в воздухе руку противника, Рашид рванул ее и швырнул помощника капитана на стойку бара. Тот перелетел через нее, стукнулся лбом о кран пивной бочки и камнем рухнул вниз.
Капитан тем временем запустил в Рашида стулом. Тот перехватил стул в воздухе и огрел им самого капитана, чем на минуту вывел его из драки. Весело смеясь, Рашид схватил того офицера, который еще остался на ногах, за лацканы форменного кителя... но в этот момент офицер, которого Рашид уложил ударом в живот, пришел в себя, подполз к инженеру на четвереньках и рванул его за ноги.
Рашид упал, потащив за собой офицера, которого он держал за лацканы. Тот осыпал его ударами. Через секунду образовалась свалка – трое дерущихся катались по полу, а капитан, который успел оклематься, с неожиданной для его возраста прытью пританцовывал вокруг них и приговаривал: «Бей его, ребята! Так его, так!» При возможности он сам носком ботинка наподдавал Рашиду в ребра.
Две руки возникли из ниоткуда и почти нежно стукнули капитана по ушам – так, что он оловянным солдатиком бухнулся на пол.