Навстречу Империи: Начало (СИ)
— Просто так говорил? Ни с того ни с сего?
— Нет, леди его целенаправленно об этом спрашивала. А он отвечал. О том, что впал в бесконтрольную ярость, о том, что ничего не помнит из того, что делал, а знает всё лишь по рассказам тех, кто был рядом. Я просто сопоставила это с тем, что было у вас, и всё поняла. Именно от того гнома я знаю, что первые сутки вы слабее, чем до этого, хоть и не показываете это. Поэтому прошу, лорд, не надо геройствовать, возьмите поклажи как и все. Хотите, я Аркатом попрошу?
— Не надо Аркатом! — вскинул я руки, останавливая её от необдуманных действий, не хватало мне только просьб, скреплённых не родным дриаде богом. — Лучше скажи, Сираниэль только это спрашивала у гнома?
— Нет, не только это. Это как раз больше к слову пришлось, целенаправленно леди интересовалась политикой и экономикой каких-то враждебных нам территорий. Ну так что, лорд, не будете много нести?
— Не буду, Аастия, уговор есть уговор.
На том и порешили. Я не собирался обманывать дриаду, поэтому с виду шёл минимально загруженным — три связки дятлового мяса, полсотни перьев, скреплённых воедино, да две шкуры, скатанные единым одеялом. Но это только с виду, ещё много чего влезло по ячейкам сумки, купленной у дракона. Именно сейчас я и оценил совет из «Гайда» о том, что такой способ переноса и временного хранения удобен во время длительных походов, и скупиться на него не надо. Если бы можно было ещё занимать ячейки, отведённые под ресурсы, я бы обязательно это сделал. Но, увы, предусмотрено это не было. И всё равно обещание дриаде я не нарушал — взятого мной груза оказалось меньше, чем у любого другого гнома.
— Лорд, что делать будем? — спросил Ордрин, когда мы остановились возле наглухо закрытых ворот деревни.
— Что значит «что»? Нас не могли не заметить. Значит, как минимум выглянуть и спросить кто мы такие должны. Ну, а нет — мы сами постучим.
— Как постучим? — не понял мечник.
— Как-как… дятлом об косяк. Точно живых не осталось?
— Нет, лорд, ты всех… того, в общем…
— А жаль! — почти искренне воскликнул я. — Сейчас парочка дятлов, клювом вниз прилетевших на их территорию, не помешала бы.
На последних словах я не смог сдержать улыбки и Ордрин понял, что я его разыгрываю.
— Да ну тебя, лорд, как ребёнок, честное слово! Я ведь серьёзно сейчас…
— И совершенно зря! Быть серьёзным в тот момент, когда от тебя ничего не зависит — верх глупости. Да и вообще, надо уметь расслабляться. Вон, орки для этого дела придумали смертельные кулачные дуэли, дроу — кровавые жертвоприношения, эльфы — танцы под луной…
— А гномы? — спросил кто-то из наших сзади.
— А гномы сварили пиво, — поднял я указательный палец вверх. — О, кажется, зашевелились.
И вправду, над калиткой, что справа от ворот, открылось окошечко, пара глаз посмотрела на нас туда-сюда и… окошечко закрылось. Дежавю, однако.
— Что-то напоминает… — словно прочтя мои мысли, сказал Ордрин.
— Кто такие? Зачем пришли к нам? Мы вас не звали! — раздалось откуда-то сверху. Я задрал голову вверх и увидел чёрную, густо заросшую волосами, голову явно гномьего происхождения.
— Эй, бородатый, глаза разуй, соплеменников не узнаёшь? — прокричал я голове.
— Гномы?! — изумлённо завопила голова. — Спаткар, открывай, свои пришли.
За воротами кто-то забегал, что-то металлически загремело, послышался мат, затем скрип, потом стук железа о камень и следом створки стали медленно открываться.
— Нет, ну точно, гномы! — воскликнула всё та же черноволосая голова, на этот раз оказавшаяся с вполне видимыми шеей, туловищем и конечностями. — Слава Аркату, а то мы уж думали, что опять разбойники пожаловали, с поклажей, на постоянное место жительства.
— И у вас тоже разбойнички Прошки шалят? — спросил я, осознавая, что этот спрут слишком далеко пустил свои щупальца. — Приходили угрожать или вполне мирно беседовали?
Гном оглянулся через плечо. За ним стояло, наверное, всё население посёлка, кто с чем: топоры, копья, булавы, даже молотки-клевцы у некоторых имелись. Гномье ополчение пусть и не так многочисленно, как человеческое, зато вооружены все не в пример лучше, нормальным оружием. Щиты и те у каждого третьего в наличии. По бокам от импровизированного строя стояли четверо уже профессиональных бойцов: справа — два Топорщика, слева — два Берсерка. Здесь явно готовились дорого продать свои жизни.
— Нет, никакого мирного пути они не предлагали, их ультиматум звучал предельно понятно: или мы переходим под них, или переходить будет некому.
— И когда они были?
— Позавчера. Вот, сегодня обещали прийти за ответом. Мы вас за них и приняли. А чего вы такие нагруженные? Ограбили что ль кого?
— Ага, ограбили… Пять сотен дятлов и прочей разной шушеры сотни на три.
— Сколько? — округлив глаза до размера шариков для гольфа, не меньше, проскрипел черноголовый гном. Удивление стоящих за них жителей деревеньки было ничуть не меньшим. — Скольких же вы потеряли?
— Ни одного, — ответил за меня Ордрин. — Нас изначально было так мало.
— Ладно, проходите внутрь, не ровен час — разбойники и впрямь заявятся, а у нас ворота гостеприимно распахнуты.
— И то верно, поговорить, опять же, сможем значительно удобнее, — не без намёка сказал я.
— Поговорить? — не понял намёка гном. — О чём?
— Моё имя Ярогрейв…
— ЛОРД ЯРОГРЕЙВ!!!
— Тем более, — назидательно поднял я указательный палец. — Я — владелец окрестных земель, вы — на моей территории. Надо как-то договариваться. Я так понимаю, вы — староста?
— Да, я староста Наург. И, судя по всему, нашей вольной жизни пришел окончательный и бесповоротный конец. Ладно, таки не стойте в дверях, гостям мы всегда рады.
Мы зашли, а пока мы заходили, староста успокоил жителей и отправил их по домам. Чувствуется, что авторитет у него огромный, ни слова против, ни намёка на обеспокоенность своей дальнейшей судьбой, раз староста сказал им, что всё будет хорошо, значит так и будет. Живое воплощение тезиса «репутация решает».
— Я даже не знаю, где всех вас таких нагруженных разместить… — проговорил староста, оглядев вошедшую ораву нас.
— Если позволите, мы бы прямо тут, у ворот, разбили бы импровизированный лагерь, — предложил Ордрин. — Мы ведь всё равно уйдём, а так нам будет проще, раз — и уже за пределами деревни.
— Хорошо, — согласился староста, — пусть таки будет так. Лорд, пройдемте в таверну, там будет проще поговорить.
— Э-э-э… Насколько проще? — не понимаю, почему он не хочет говорить здесь. Что-то скрывает?
— Намного, лорд, — усмехнулся тот. — Сейчас Хомш таки заведёт свой кузнечный молот — и будет не до разговоров.
— А, ну раз дело в самой возможности говорить, тогда можно и в таверне, — понимающе сказал я, скидывая свою поклажу, но только ту, что была снаружи. — Ордрин, за старшего. И смотри, чтобы этот чешуйчатый любитель дятлов не нашёл ещё приключений.
— Будет сделано, лорд, — ответил мечник и начал отдавать приказы по лагерю. А мы со старостой отправились прямиком в местное питейное и, как я надеюсь, едальное заведение.
— Лорд, скажите, зачем вы тащите за собой эту палку? — спросил, наконец, староста, долго рассматривавший мою ветку, не поместившуюся в инвентарь, а потому видимую всем.
— Это, староста Наург, не палка, это оружие, — ответил я.
— Чьё?
— Моё.
Он крепко задумался, а мы тем временем как раз подошли к таверне. И в этот момент на всю деревню оглушительно забухало. Грохот стоял такой, что и правду на улице не поговоришь. А таверна вот она, в одном шаге, заходи и общайся.
Ну, что сказать… Была она примерно такой же, как в Большом топоре, вплоть до количества столов, размера окон и способа укладки половых досок. По-гномьи стандартно, если можно так выразиться. А вот запах из кухни был совсем другим, победнее, я бы сказал.
Староста провел меня за центральный стол, который был ближе всех к традиционной барной стойке. К нам подошёл, надо думать, сам хозяин, во всяком случае, со старостой он общался на равных. Приняв заказ «что так у тебя готово, то и неси», он удалился, одарив меня заинтересованным взглядом.