Навстречу Империи: Начало (СИ)
— Так как же ты поступишь, Ордрин? — подначивал я того, пока Ведьма перемещалась к нам.
— Молча выслушаю, как минимум, — ответил он. — Но если там опять волки…
— Там не волки, — перебила уже подошедшая тёмная, — там феи бьются с крысюками. Как мне показалось, не только я, но и все гномы в отряде на очень краткое мгновение приостановились в недоумении: как это так, феи, одни из самых мирных созданий в игре — и бьются, пусть даже и с крысюками.
— Просто феи? — вкрадчиво спросил я. — Просто бьются с крысюками?
— Да, лорд, просто феи. Но не просто бьются, а защищают свой дом, — ответила Ведьма. — И крысюков гораздо больше.
Вот это уже звучит правдоподобнее, даже феи становятся бойцами, когда нападают на их Сад.
— На это надо посмотреть, — подал голос мечник.
— Пройдёмте, — тут же отозвалась Ведьма, показывая рукой правее направления тропы, по которой мы шли.
— Акрух, за старшего, — отдал распоряжение Ордрин — и пусть гномы не расшалившиеся первоклашки, старший в их обществе должен быть всегда — и двинулся вслед за эльфийкой; я пошёл за ним.
Идти оказалось совсем недалеко. Буквально за следующими кустами притаился один из Охотников, своим нахождением здесь отмечая безопасное место для наблюдения. Подойдя ближе и раздвинув ветки какого-то колючего кустарника, мы смогли увидеть эту невесёлую картину.
Прямо перед нами были серые шкуры спин крысюков, кучей-малой нападавших на фей, что всеми силами пытались отбиваться от такого нашествия. Крыс было, по моим неточным подсчетам, около полусотни, фей же девять штук, плюс две нимфы и одна дриада. По количеству убитых было соотношение одиннадцать к трём в пользу крылатых красавиц — да, они все, как одна, очень красивы, художники явно старались — но долго так продолжаться не могло. Большим запасом маны феи не страдали, боевых заклинаний в магии Природы раз, два — и обчёлся, да и те, в основном, связаны с призывами. И, судя по характерным рваным ранам на мертвых и специфическим оспинам на некоторых живых, Медведь и Осиный рой уже призывались. Поэтому сейчас феи летали над крысюками, осыпали их особой пыльцой, сбивающей с толку и заставляющей застывать на месте, и иногда кастовали Корни или Запутывающие травы. Дриада, что находилась чуть позади, держала какие-то ауры, либо целительные, либо укрепляющие, нимфы её охраняли. Но долго так продолжаться не могло.
— Надо им помочь, — сказал я сразу же, отползая от кустов.
— Лорд, тебе так жалко фей? — спросил Ордрин.
— Да, жалко, — ответил я.
— Но почему? Они нам даже не союзники, — недоуменно произнёс мечник. —
И если они сейчас погибнут, то никогда ими не станут! — чуть ли не крича, повернулся я к нему.
Во мне сейчас боролись две равных составляющих меня. Одна чем-то был в похожа на прожжённого игрока, ищущего усиления везде, где только можно и понимающего, что феи — это не только заклинания Природы, но и, какая-никакая, разведка и бесконечное дерево с лесопилки; другая же половина — один в один пятилетний я, слушающий рассказы дедушки о том, как их рота спасала мирное население в Польше от немецких карателей. И у этих двух составляющих было одно общее: ни та, ни другая не хотели, чтобы феи погибли. 4
— Но зачем нам эти летающие недоразумения? Они же ни на что не способны, — продолжал упорствовать гном. Ведьма предусмотрительно в нашу перепалку не лезла.
— Хотя бы для того, чтобы избавиться от этих крысюков, пока они заняты ими. Что-то подсказывает мне, что эти крысы как-то связаны с теми, о которых упоминали пришлые гномы. И если здесь их полсотни, боюсь представить, сколько их там, — попытался вразумить я гнома таким способом, раз на жалость давить бесполезно. — Да и Аркат не простит попустительство с нашей стороны при истреблении созданий Света.
Не знаю, что подействовало больше, но спустя секунд десять Ордрин произнёс:
— Хорошо, Лорд, поможем феям.
И он пошёл обратно к нашей армии, Ведьма поспешила за ним, я снова побрёл третьим. А по пути размышлял, что баланс — он везде баланс, особенно в желании облегчить себе жизнь. Назначение на ключевой пост — командование всей армией можно смело считать таким — кого-либо во второй день сбрасывает с игрока целый пласт грузов ответственности, лишая одной важной функции — прямого управления. Вот и я сейчас легко мог бы отдать приказ об атаке на крысюков, а вместо этого вынужден был потратить время на несговорчивого гнома. Решить это дело поможет Бюрократия, но до этого надо сначала дорасти.
За такими думами я вернулся к своим, и пока я десять метров шёл пять минут, мечник опять стал наезжать на Ведьму. Боюсь, в конечном итоге добром это не кончится и могут возникнуть серьёзные проблемы как общей моралью, так и с боевым духом. Надо что-то решать.
— Так! По какому делу шум! Я требую объяснений! — нетипичным для себя командным тоном вклинился я в развивающийся спор, сам от себя такого не ожидая. Да достало просто уже всё.
— Лорд, — начала Ведьма, — когда мы пришли и объявили, что нападаем на крыс, ваши бойцы справедливо отметили, что раненного Арбалетчика должен кто-то охранять, на случай если крысы найдут его. Я предложила Саттира и Эйрис, с чем казарег Ордрин не согласился.
А она, оказывается, неплохо подготовились, нужные слова выучила и научилась их применять в правильном месте. Впрочем, справедливости ради, как вчера метко заметил Ирсинд, за столько лет двусторонней войны можно, и даже нужно, многое узнать о противнике. А «казарег» — это высшее военное начальство у гномов, к чему я Ордрина и хочу привести.
— Просто не согласился? Поэтому шипел и плевался в разные стороны? — не поверил я, прекрасно понимая его отношение к дроу вообще и этим трём, что сейчас с нами, в частности.
— Нет, не просто, — слегка надломленным голосом произнесла Ведьма. — Он сказал… он сказал… — тут она запнулась, и ей на помощь пришёл Акрух, тот самый гном, которого мечник оставлял за старшего.
— «Ни один прихвостень этой суки не останется рядом с моим раненным бойцом», вот что он сказал, — и в его голосе совсем не слышалось одобрения.
— ЧТООО??? — взревел я буквально не своим голосом. — Раненный Арбалетчик остаётся под охраной Охотников, и это не обсуждается. Все остальные с максимальной скоростью идут помогать феям в битве с крысюками. Есть удобный проход туда? — обратился я к Охотникам, так как через интерфейс знал, что они подошли и стоят сзади меня.
Общая мораль +1
— Есть. Сразу слева от кустов, из-за которых мы наблюдали, — ответила явно Эйрис, потому что голос был женский.
— Ну, так не вижу причин стоять и сиськи мять. Пошли-пошли.
— Но, лорд…
— Никаких «но», Ордрин, это приказ. Или ты забыл, что такое приказ и как его выполнять?
— Никак нет, лорд.
— Тогда живо к крысам.
И он даже побежал, а не просто пошёл, так как все остальные уже бились, слышны были звуки врубания металла в плоть и предсмертные попискивания.
— Надеюсь на вас, — напоследок сказал я Охотникам, убедившись, что Арбалетчик ещё жив, и ломанулся прямо через кусты на крыс.
На первого же крысюка я прыгнул мечом вперёд, пронзая того насквозь. Крит, удар со спины, моя ярость, низкий уровень противника — всё сошлось в этом броске, серошкурый умер мгновенно, наверное, даже не поняв, что его убило. Сверху пролетела фея, с её крылышек посыпалась ты самая обездвиживающая пыльца, и я спешно отпрыгнул назад, чтобы не попасть под её действие. Ближайшие ко мне крысюки застыли с обожанием в глазах, что позволило их беспрепятственно поубивать. Четверых я прикончил лично, где с двух, а где и с трёх ударов в шею. Ещё троих — совместно с одним из Топорщиков, а одного так и вовсе всем миром — ему достался и мой шип, и арбалетный болт, и сгусток тьмы от Ведьмы, и древесная стрела, скастованная явно одной из нимф. Кроме того, постарался ещё и Ас, собственнозубно убив двух крысюков, вернее, второго он прямо на глазах у всех догрызал, так сказать, в прямом эфире. Причём эта мелочь пузатая никак не проявила себя ни в одной из битв с волками, ни разу не попалась мне на глаза за всё время пути, даже не засоряла эфир болтовнёй. А тут вдруг он решил поучаствовать в самом настоящем бою… Надо будет разобраться.