Если вы дадите миллиардеру невесту (ЛП)

— Ты в порядке? — спрашивает он, осторожно касаясь моей руки.
— Ты не просто так спросил меня об этом. — Я стряхиваю его руку, но тепло от нее остается на моей коже. — Твои братья больше тебя озадачены серьезностью вопроса, и не они проснулись женатыми этим утром, — напоминаю я ему. — Нет ничего плохого в том, чтобы не поддаваться на уговоры, но мы говорим о браке. Мне нужно, чтобы ты отнесся к этому серьезно.
— Эв, расслабься, — говорит он успокаивающим тоном. — Мы все уладим, я обещаю. Давай последуем совету моей мамы и немного отдохнем. Уверен, завтра все покажется не таким страшным.
Я делаю длинный вдох через нос и считаю до пяти, прежде чем выдохнуть. Меньше всего нам нужно, чтобы Джоанна поднялась наверх, чтобы проверить нас и поинтересоваться, почему мы ссоримся в наш первый день в качестве молодоженов.
— Откладывая этот разговор, мы не уйдем от него, — бормочу я, складывая руки на груди.
— Ты хочешь что-то сказать? — спрашивает Кэш.
— Да, на самом деле несколько вещей, — честно отвечаю я. — Для начала ты должен был рассказать мне о приобретении, когда мы были в отеле. Даже если бы я знала, мы должны обсудить это заранее. То, что ты и твои братья застали меня врасплох сегодня днем, было унизительно.
С точки зрения логики, я понимаю, что Кэш не умышленно скрывал информацию. Он предполагал, что я знаю о деловой сделке, но это не мешает мне выразить свое раздражение.
— И с твоей стороны было нечестно ставить меня в такое положение — семейные фотографии и ночевка здесь. — Я обвожу жестом комнату. — Я понимаю, что ты близок к своей семье, но они заслуживают правды. Мне не нравится идея хранить от них секреты.
Он не тот, кого возненавидят его родители и Пресли, когда правда выйдет наружу. К тому же не факт, что братья уволят его, если все пойдет наперекосяк. Я могу потерять гораздо больше.
— И это все? — отвечает он. — Не сдерживайся. Я могу быть честным.
— Это спорно, — бормочу я себе под нос. — Ты ведешь себя так, будто это несерьезное положение.
— По крайней мере, у меня есть чувство юмора, — говорит он. — Ты достаточно серьезна для нас обоих.
— Боже мой, ты просто невыносим, — громко говорю я, вскидывая руки в воздух от разочарования.
Взгляд Кэша смягчается от моей реакции.
— Прости, Эв. Я не специально пытаюсь все усложнить. — Его тон извиняющийся.
Он всегда использовал юмор, чтобы справиться с трудными ситуациями, в которых не знал, как себя вести. Хотя я не предпочитаю такой подход, но признаю важность понимания и поддержки. Мы вместе, к лучшему или худшему.
— Мы оба делаем все, что в наших силах. — Я одариваю его язвительной улыбкой. — Нет такого руководства, чтобы понять, как быть, если ты случайно оказалась жената на лучшем друге своего брата.
Глаза Кэша загораются весельем.
— У нее есть забавная сторона.
— Ты открываешь во мне все самое худшее, — поддразниваю я, и он широко улыбается. — Слушай, сейчас самая насущная проблема в том, что у нас нет чемоданов. В чем же мне спать?
Мы оставили свой багаж в самолете, так как должны были пробыть здесь всего несколько часов.
— Ты можешь надеть одну из моих футболок, — говорит Кэш, подходя к комоду в углу. Он достает серую футболку и бросает ее в мою сторону.
— Я не могу ее надеть, — говорю я ему, ловя ее.
При ближайшем рассмотрении я вижу, что это футболка «Linkin Park», которую он разрешил мне одолжить еще в школе.
Они с Тео были одержимы этой группой, когда мы учились в одиннадцатом классе. Когда они приехали в Мэн во время своего тура, Кэш и Тео купили билеты, а я пошла с ними. Одно из многих преимуществ близнецов — наличие друзей.
Кто-то, стоявший рядом с нами, пролил напиток на мою футболку, и Кэш спас положение, позволив мне надеть футболку группы, которую купил в качестве сувенира.
Мы вернулись в Аспен Гроув поздно, и Джоанна настояла, чтобы мы остановились у них. В итоге мы с Тео спали на полу в комнате Кэша. Не помню, когда в последний раз мне было так весело, как в ту ночь.
— Либо так, либо спать в нижнем белье. Я не против в любом случае. — Кэш ухмыляется.
 
Делаю глубокий вдох, чтобы сохранить самообладание. Он лишь разряжает обстановку, и я должна ценить его старания. Было бы гораздо хуже, если бы он был еще более ворчливым, чем я.
— Ты помнишь, где находится ванная? — Он кивает в сторону смежной двери.
— Ага.
Я прижимаю футболку к груди и бегу в ванную, закрывая за собой дверь. Оставшись одна, кладу футболку на стойку и смотрю в зеркало. Мое отражение — отполированная, ухоженная бизнес-леди, но внутри у меня полный бардак.
— Боже, это такая катастрофа, — бормочу я, сдерживая слезы.
Как я могла допустить, чтобы обычная деловая поездка в Лас-Вегас закончилась спонтанной свадьбой, и потенциально столкнуться с реальностью, в которой я не смогу выбраться из нее в обозримом будущем из-за сделки между нашими семейными предприятиями, о которой я ничего не знала?
— Что же мне делать? — спрашиваю я свое отражение.
Тишина оглушает. Я подумываю позвонить Августу, но сейчас в Лондоне глубокая ночь. Кроме того, он ничем не сможет помочь. Кого я обманываю? Он бы похвалил меня за безответственное поведение.
Неприятно это говорить, но, возможно, Кэш прав. Завтра наступит новый день; надеюсь, утром все не будет казаться таким мрачным.
Ступни моих ног пульсируют, и я хватаюсь за стойку, чтобы не упасть, когда снимаю туфли на каблуках и с облегчением вздыхаю, когда ноги касаются прохладной плитки.
Это мои любимые туфли на каблуках, но они не самые практичные, если стоять часами.
Я проверяю верхний ящик и нахожу там несколько зубных щеток, все еще в упаковке. Похоже, за последние четырнадцать лет Джоанна мало что изменила в доме.
Почистив зубы и умывшись, переодеваюсь в футболку Кэша. Даже пролежав в ящике много лет, она хранит слабый запах его одеколона — цитрусовых, мускуса и сандалового дерева. Футболка доходит мне до середины бедер, и я проклинаю себя за то, что не попросила пару треников.
На мгновение задумываюсь о том, чтобы уснуть на полу в ванной, но быстро решаю отказаться от этого. Несколько минут назад я ругала Кэша за незрелость, а теперь прячусь, что не менее плохо.
Крепко стянув футболку, я открываю дверь и заглядываю в спальню. Кэш сидит в кровати, прислонившись спиной к изголовью, с натянутыми до пояса одеялами и читает что-то на своем телефоне. Должно быть, он воспользовался ванной в коридоре, чтобы подготовиться.
Его обнаженная грудь выставлена напоказ, и я мельком вижу его рельефный живот. Пока он занят, мой взгляд изучает его четкие контуры.
К счастью, я успеваю опомниться, прежде чем он застает меня за разглядыванием его…снова. У меня есть плохая привычка, когда дело касается Кэша, но это не моя вина, что он так чертовски сексуален.
Выпрямляю позвоночник и пересекаю комнату. Я уже на полпути к кровати, когда он поднимает глаза и бесстыдно скользит взглядом по моим голым ногам.
— Ты пялишься, — огрызаюсь я, не заботясь о том, что поступаю лицемерно.
Он же не видел, как я его разглядывала, так что это не имеет значения.
— Я помню ту ночь, когда купил эту футболку, — говорит он, показывая на меня с ленивой ухмылкой.
Мышцы моего желудка спазмируют, и я ощущаю прилив тепла, зная, что он вспоминает ту ночь с такой же нежностью, как и я.
Прочищаю горло.
— Кстати, о футболках, а где твоя? — Киваю на его голую грудь.
— Я сплю голым, — огорчает он меня, и его глаза мерцают, когда он замечает, что у меня отвисает челюсть. — Не волнуйся, только по пояс. К тому же, учитывая, как ты пялилась на меня, когда выходила из ванной, не думаю, что ты против.
По моим щекам разливается румянец.
— Конечно, издалека на тебя легко смотреть, но стоит тебе открыть рот, и все ставки сделаны, — поддразниваю я.
— И все же ты вышла за меня замуж, — говорит он, возвращаясь взглядом к моим ногам.