Восхождение Примарха 5 (СИ)

«Разумеется, — ответил маг. — Какие-то особые соображения есть, или мы действуем по собственному плану?»
«Соображение только одно, — ответил я мысленно, слушая приближающиеся шаги охраны. — Постарайтесь обойтись без лишних жертв. Простые люди ни при чём. И успехов вам, мы уже на подлёте».
«Принял, — коротко ответил Магнус. — Взаимно».
  
Глава 16
 
Обращались со мной сносно. Точнее, равнодушно. Я для своих охранников не был преступником, а просто очередным подопытным. Им надо было лишь проследить, чтобы я не убежал до того момента, пока меня успешно доставят в пункт назначения.
На взлётно-посадочной полосе, которая была вырублена прямо в скале, и дальше — в коридорах, постоянно спускающихся вниз уровень за уровнем, было достаточно много людей. Причём, большая их часть в военной форме, и весьма значительная — эфирники. Я вообще, мягко говоря, удивился, так как столько эфирников в одном месте видел впервые.
И даже испытал некоторое разочарование. Так бывает, когда сначала думаешь, что ты — уникальный, а потом выясняется, что похожих на тебя пруд пруди.
Чем дальше мы удалялись от входа и чем ниже опускались под горы, тем меньше становилось военных и эфирников. Основная часть обслуживающего персонала, к моему большому удивлению, состояла из обычных людей.
Наконец, меня привели в лабораторию, посадили в кресло и пристегнули к нему ремнями, оставив блокираторы.
Этому обстоятельству я порадовался. Если бы с меня сняли блокираторы, это означало бы, что магию стали бы глушить как-то иначе. А так меня всё устраивало, потому что блокираторы мои держались на честном слове и одной паутинке.
Спиной ко мне стоял плюгавенький мужичонка в халате и возился с аппаратурой. Он что-то бормотал себе под нос, кажется, даже напевал. И при этом вводил данные, перепроверял цифры и был рад каждому результату.
Обернувшись ко мне, он расплылся в улыбке.
— А вот и вы! Вот и вы! — проговорил он слегка визгливым, но каким-то шипящим голосом с сильным акцентом. — Мне давно уже хотелось вас увидеть.
Он разговаривал со мной так, что мне на какое-то время даже показалось, что никакой я не пленник. А, скажем, нахожусь в гостях у доброжелательного дядюшки, давно мечтавшего со мной познакомиться. Да вот никак не получалось. А тут вдруг — раз, и вышло.
— Никита Державин, — решил я представиться на всякий случай, а то вдруг человек перепутал.
— Никита, конечно, — ответил человечек и зачастил, — да я знаю, знаю. Вас тут все знают, уж больно вы деятельным в последнее время стали. Но я на вас обратил внимание гораздо раньше, — он повернулся к компьютеру и принялся щёлкать мышкой.
За его спиной мне было плохо видно, что он там хотел сделать, но я догадывался, что он открывает какой-то файл, чтобы показать мне важную, на его взгляд, вещь.
— Вот, смотрите, — он отошёл от компьютера, а я с удивлением увидел на экране тайфун, идущий к берегам Сахалина.
И не только его. Ещё я увидел своё воздействие, которым кое-как помогал дедам.
— Вот отсюда я вас помню и с тех пор постоянно слышал упоминания о вас. То в файлах, то в новостях. А в последнее время стал даже от шефа слышать. И тогда понял, что мы скоро увидимся. Меня зовут Кшиштоф, и я изобрёл это! — он подошёл ко мне, взял кресло за подлокотник и развернул его на сто восемьдесят градусов, чтобы я смог видеть нечто, находившееся до этого вне зоны зрения за моей спиной.
Сначала я даже ничего не увидел. А потом понял, что смотрю в часть чего-то, именно поэтому у меня не складывается общей картины. За стеклянной стеной лаборатории вздымалось на высоту в пятнадцать, а, может, и больше этажей огромная конструкция. Она мне что-то ужасно напоминала. Только вот что именно? Что-то прям… Не может быть!
— Поняли, да! — обрадовался Кшиштоф и едва не запрыгал на месте от восхищения, как Штопор. — Эфирное сердце вне мага.
— Укуси меня паук… — только и смог произнести я.
— Более того, — продолжал распаляться мужичонка, который, как я понял, был учёным и чуть ли не самым главным тут. А вот на суперзлодея он вообще никак не тянул. — Это тот самый артефакт, который портил вам жизнь в последнее время. Правда, это побочка, вы уж извините. С вашими ветряками мы его вообще просто проверяли, даже не думали про что-то плохое. Ну да, нам указали, кого потрепать можно. Но вы же знаете, другой маг воздуха был против вас, вот и подложил свинью.
 
У меня создавалось стойкое ощущение того, что я нахожусь в дурдоме. Кшиштоф словно оправдывался передо мной за содеянное. Но это полбеды, основной шок вызывали его откровения, которые ставили на места события вообще всех последних месяцев.
— А когда тайфун испытывали, там уже да, деда твоего заказали конкретно. Да и вообще надо было снести к чёрту весь Дальний Восток, чтобы ваш император, нуждаясь в деньгах, даже не задумываясь, одобрил бы телепорты. А мы бы уж там развернулись, ух! Европа, по сравнению с Россией, — он махнул рукой, словно даже обсуждать там было нечего. — Плюнь и переплюнешь. А магов, хоть и много, да все они какие-то, — он задумался, теребя полу грязноватого халата, — мелкие, что ли…
— То есть и ветряки вы останавливали, и тайфун наслали, и телепорты пытались внедрить тоже вы? — решил уточнить я, чтобы хоть как-то разбавить монолог безумного учёного и создать видимость беседы.
«Штопор, — сказал я одновременно с этим, — дуй на разведку. Мне нужно примерное расположение близлежащих коридоров. Возможные пути отступления. Тупики, коридоры, шахты, места, где можно затаиться».
«Будет сделано! — немного по-детски, но вполне серьёзно отрапортовал он. — Далеко не отхожу на случай форс-мажора».
— Да это мелочи! — восхищённо, чем снова напомнил мне моего фамильяра, ответил Кшиштоф. — Мы же только испытывали его, понимаете? Вообще не знали, будет ли оно работать, или нет. Его же сначала надо было магией напитать. А вы, Никита, себе представляете, сколько ему надо?
— Нет, понятия не имею, — честно признался я.
— О-о! Ему нужно много, — мужичонка поднял руки в молитвенном жесте, подобно богомолу, словно пытался обнять искусственное эфирное сердце. — Вы даже не представляете, сколько. А где взять? Сейчас же не Средневековье, чтобы безнаказанно убивать магов, выкачивая их энергию. И тогда я создал эфирных пиявок, которые откачивали магию у аристократов и передавали её сюда. Потери были сумасшедшие, что вы! — он отчаянно жестикулировал, словно пытаясь мне доказать что-то.
— То есть вы фактически убивали людей, но это было бессмысленно? — спросил я, надеясь, что у моего собеседника сойдёт с лица это восхищённое выражение.
Но нет, наоборот, он зажёгся ещё больше.
— Нет, Никита, не бессмысленно! Медленно, но верно мы начали наполнять наше эфирное сердце, — от волнения Кшиштоф принялся ходить туда-сюда по лаборатории. — Это же уникальная задача, понимаете? Которую до меня никто не решал! Подсаживая эфирных пиявок, которых вы называете магическими паразитами, я постепенно наполнял эфирное сердце магией. Ну вы знаете, перед тем, как отрастить его, обычный маг эфира, укрепляет свои каналы. Так и тут, только в нашем сердце все каналы внутри, поэтому на первом этапе мы подсаживали магических пиявок, которые обращали любую стихийную магию в эфир и передавали её сюда. Потери… Да, потери были бешенные, до девяноста процентов. Но мы справились! Никита, вы просто не представляете! Мы справились! Сейчас потери максимум пятнадцать процентов, а иногда и меньше.
— Так зачем нужен был тайфун? — я решил вернуть учёного в нужную мне колею рассказа. — Не в плане разрушений. Вам.
— Нам… — Кшиштоф, кажется, замялся, говорить ли мне, или нет, но быстро решился, видимо, ему совсем не с кем было разговаривать тут. — Это прототип, понимаете? Прототип будущего. С таким эфирным сердцем легко можно сделать эфирником почти любого. Даже не мага. Понимаете?
Ого! А вот эта новость уже действительно — бомба.