Женюсь. Срочно! (СИ)

– Вы хоть и родные сестры, Вики, но как небо и земля, совсем не похожи. Ты искренняя, светлая, добрая…
– …дурочка, – закончила за нее я. – А она – королева эпатажа и драмы.
– Злобная  мелкая стерва, – резюмировала Ира. – А Эдик… Мужики по природе своей неспособны на моногамию.
– Ты своего Андрея тоже с такой философией погулять отпускаешь и потом утешаешься его полигамностью по природе? – вызверилась я.
– Андрей мне не изменяет! – возмутилась Ларина.
– Ты так уверена в этом? – изогнула брови я. – Как показал мой сегодняшний опыт, доверять нельзя никому. Страховку от предательства не выдают.
С этими словами я посчитала разговор оконченным и, схватив сумочку, выбежала из кабинета.
– Вика! – понеслась за мной следом Ларина и преградила мне дорогу, едва не плача. – Ну прости ты меня. Я боялась влезать в твою семейную жизнь со своими ненужными подозрениями.
– Уйди, Ира. Видеть тебя сейчас не могу.
Разве замалчивание такой важной информации не предательство?
Больше Ларина задерживать меня не стала. Я села за руль и так резко сорвалась с места, точно мне черти пятки лизали. Правда, спокойно проехала всего полквартала.
Нет, столб я не сбивала, но была близка к этому. Пальцы подрагивали, как бы крепко я ни сжимала баранку, а перед глазами мутнело.
Раз уж у меня жизнь дала крен, это не повод, чтобы забирать ее у других. Поэтому я аккуратно припарковалась и воспользовалась услугами перегона автомобилей. Пусть моя малышка спокойно стоит во дворе у дома, а я безопасно доберусь на такси.
Квартира встретила тишиной и ароматом корицы. Еще вчера я, счастливая, пекла булочки, а сегодня хочу разломать противень о голову мужа.
Егор предупреждал, что прием гормональных препаратов для поддержки беременности может сказываться на моем настроении. Только вряд ли причина в таблетках, просто никому не нравятся увесистые рога, которыми задеваешь потолок.
Даже не разуваясь, я прошла в гостиную и присела на диван. Каждая мелочь, каждая деталь в этой квартире сейчас напоминала мне о рухнувшем браке. И совместные фотографии с Эдом, и шторы, которые я выбирала под новый ремонт ко дню рождения мужа, и персидский ковер, где мы частенько валялись, обложившись подушками.
Говорят, жена знает, когда ее муж пошел налево. Об этом нам твердят в телешоу, пишут в журналах и кричат чуть ли не отовсюду. Наглая ложь!
Моя родная сестра кувыркалась с моим же мужем два долгих года, а я ни сном ни духом… Мало того, не подозревала даже!
Наши отношения с Эдом после свадьбы видоизменились, это правда. Восемь лет – приличный срок, чтобы страсть поугасла. Только я упорно считала, что любовь способна преодолеть любые трудности, и казалось, мы с Эдом были живым тому примером.
Муж поддержал меня в желании забеременеть, даже прошел нужные обследования, когда это понадобилось. Самым странным оказалось то, что мы оба физически были здоровы, но… зачать не получалось.
И в постели проблем у нас не было.
«Ты как костыль между нами!» – в моей голове вновь прозвучали злые слова сестры.
Эд всегда ночевал дома, не задерживался после работы, не отлучался к друзьям по выходным… В нашей семье скорее я была трудоголиком, который частенько забывал, какой день недели или что ели на завтрак, кофейня отнимала много сил. Тем, кто верит, что поднять даже маленький бизнес с нуля легко, пора снять розовые очки и смотреть на мир реалистичнее.
Муж же, когда попал под плановое сокращение и потерял работу программиста, устроился фитнес-тренером. Фигура у него всегда была отличной, да и спорт Эд уважал.
Именно тогда у них с Лидой все началось? Или нет? Что стало причиной?
Чем дольше я думала, тем быстрее множились вопросы, вызывая тупую головную боль. Ответов у меня все равно не было, и это самокопание ни к чему хорошему не привело бы, я выбрала действие.
Плакать не стала. Для этого позже времени у меня будет предостаточно. И этот момент я выберу сама, когда никто не помешает и никто не станет свидетелем моей слабости. Отгорюю.
После трагической гибели отца – он был пожарным – мне пришлось рано повзрослеть. Я помогала матери по дому, присматривала за Лидой и даже умудрялась подрабатывать контрольными и рефератами. Именно тогда я научилась быть сильной и сейчас не сломаюсь.
 
Заставить себя переодеться, выпить чай и поесть оказалось почти непосильной задачей, но я справилась. Хотя вкуса еды и не почувствовала, могла бы даже резину сжевать, не уловив разницы.
После работы Эд вернулся вовремя. Когда он зашел в квартиру, я была уже готова.
– Привет, котенок, – улыбнулся муж, как только меня заметил. – Ты сегодня рано.
В этом высоком подтянутом блондине все еще просматривались черты, которые я когда-то обожала. И запах был родным. Только теперь вместо любви и нежности Эд вызывал у меня лишь отвращение с болью.
– Решила внести разнообразие в наши семейные будни, – ответила я.
– Что у нас сегодня на ужин? – поинтересовался муж.
– Измена под соусом тартар. Тебе сколько порций?
  
ГЛАВА 2
 
– Что? – Эд настолько растерялся, что впору было смеяться с его глупого выражения лица, но мне почему-то оказалось совсем не до смеха.
– Я все знаю, – это прозвучало как в слезливых мелодрамах, но из песни, как говорится, слов не выкинуть.
– И что ты знаешь? – еще более настороженно поинтересовался муж.
– Ой, перестань! – закатила глаза я. – Роль не обремененного умом идиота тебе совсем не идет. Про вас с Лидой я все знаю.
– Про нас с Лидой, значит? – Эд держал лицо.
За столько лет совместной жизни я научилась улавливать в нем малейшие перемены, поэтому заметила, что муж испугался, хоть и по-прежнему пытался меня одурачить.
– Погоди, – прищурилась я. – А может, Лида не единственная? Сколько их у тебя вообще было за эти восемь лет нашего брака? Хотя нет, не говори, в грязи копаться – это точно не мое.
Я рванула в гостиную, Эд тут же ринулся за мной.
– Вика, подожди!
И хорошо, что он отмер и не стал стоять истуканом в коридоре, мне хоть не придется два тяжелых чемодана тащить. Как прилежная жена, я собрала мужу вещи. Еще готова была дать пинок под зад для ускорения, но очень надеялась, что этого не понадобится. Все же у нас разные весовые категории.
– Вот, – известила я Эда ровным тоном.
– Это что? – выпучил глаза мужчина, отчего я все же не сдержалась от нервного смешка.
– Чемоданы, Эд. Их люди используют для переноса всех необходимых личных вещей, – как маленькому ребенку принялась объяснять ему. – Я все тебе собрала.
– А я никуда не собираюсь, Вика.
– Понравилось жить гаремом? – изогнула брови я. Кто бы знал, как долго я репетировала перед зеркалом безучастную маску, которой сейчас изо всех сил и придерживалась. – Может, еще предложишь официальную шведскую семью создать? Одна жена умная, другая красивая, одна для быта, другая для души, так?
– Зачем шведскую семью? Меня все и так устраивает, – выдал он, а я впервые онемела от человеческой наглости. – Вика, давай ты сейчас успокоишься и мы поговорим?
– А я спокойна, Эд. Или нет, Эдик, – протянула приторным голоском, как делала это Лида. – Так же тебе больше нравится, да?
– Вика… – поморщился муж. – Быть стервой тебе идет так же, как…
– …как тебе идиотом, – закончила за него я. – Но что поделать, жизнь сурова, милый, и людям приходится нести тяжкое бремя выбранных ролей.
– Что ты ерничаешь! – вспыхнул Эд. – Разве я многого прошу?
– По правде говоря, да, – сделала страшные глаза я. – Но ладно, раз без этого ты все равно уходить отказываешься, давай поговорим. Я внимаю твоему дошираку. Можешь начинать вешать лапшу мне на уши.
 
Мой сарказм никак не был прокомментирован, Эд просто потянул меня на кухню и заставил присесть за стол переговоров.
Мы всегда так делали, если намечались какие-то конфликты. Семья без них не обходится, нужно искать компромиссы. И у нас все восемь лет отлично получалось. Только вот сейчас из сложившейся ситуации я видела единственный возможный выход – развод. О чем тут вообще еще говорить?