Огонь Изначальный

Я все же подняла на него взгляд и почувствовала, как перехватывает дыхание при виде мерцающих в темных глубинах серебристых искр. Так заманчиво, так притягательно…
В этот момент откуда-то приходит понимание, что за маской злости на весь мир скрывался страх, обыкновенный страх снова ошибиться и столкнуться с предательством. И что я действительно не могу испытывать эту злость постоянно. Не могу и не хочу.
И наверное, что-то такое промелькнуло в моих глазах… наверное, это было согласие. Потому что арэйн протянул руку, которую я не смогла не принять. А победная улыбка, заигравшая на его губах и так мало соответствующая романтичной обстановке, которую можно было бы сейчас придумать, нисколько не расстроила. Вдруг вспомнилось, что я в красивом платье выгляжу не менее прекрасно, чем все собравшиеся здесь арэйны. Иначе, да. И оттого, наверное, еще прекрасней, потому что выделяюсь на их фоне, потому что способна сверкать в таинственной ночной темноте, клубами наполняющей зал, не золотом и не серебром, а истинным пламенем, горячим и живым. Захотелось показать им себя, показать, какой обворожительной я могу быть и что для этого вовсе не обязательно владеть стихией Смерти.
Перед нами расступались. От пренебрежения ли, от удивления или еще по какой причине, однако те арэйны, что стояли на пути к танцующим, раздавались в стороны, чтобы освободить нам дорогу. И я шла, больше не глядя на них. А потом мы встали посреди освободившегося пространства, Ксай опустил руки на мою талию, поймал мой взгляд, и все остальные куда-то исчезли. Перестали существовать, растворились во тьме, оставив нас вдвоем. Я неуверенно улыбнулась и положила ладони ему на плечи. Шаг, второй – и вот мы уже кружимся по залу.
Я чувствую, как мягкий подол от плавных движений волнами струится вдоль ног, чувствую, как его руки касаются талии. Сначала легко и волнующе, на какое-то мгновение отстраняясь и отпуская, чтобы тут же вновь привлечь меня ближе. Я смотрю Ксаю в глаза, как будто вновь следуя за ним по сотканной серебряными искрами дороге. И вновь невесомость – кажется, будто взлетаем, отрываясь от пола. Большие черные крылья обдают прохладой, но не пугают веянием потусторонней силы и дыханием Смерти – наоборот, завораживают, растекаясь в пространстве, заполняя его собой, заставляют что-то внутри восторженно замирать. Два осторожных взмаха – и я понимаю, мне не почудилось – мы действительно летим! Мои ноги уже не касаются пола, зато руки Ксая крепко-крепко сжимают, и, наверное, нас поддерживает сама стихия Смерти, потому что мне не страшно, не боюсь соскользнуть.
Мы продолжаем кружиться, теперь в воздухе, среди черных частиц Смерти, поглощающих свет и в то же время как будто его излучающих, свой, неповторимый, сверкающий серебром. Уже непонятно, где крылья Ксая, где сила стихии, где просто темнота – все сливается в головокружительном танце на грани реальности, там, где Смерть вовсе не страшит. Хотя бы потому, что рядом тот, кто всегда найдет дорогу и проведет по ней, держа за руку.
А потом музыка закончилась, и мы медленно опустились на пол. Я еще не вернулась к реальности и не сразу сообразила, когда Ксай, наклонившись ко мне, тихо сказал:
– Я ненадолго отойду, отец зовет.
Отстраненно кивнув, я немного пошатнулась, поскольку голова действительно кружилась, и попыталась выровнять дыхание. Так, нужно взять себя в руки. Погодите. Что? Ксай отошел? Оставил меня одну?!
– Так-так-так, – раздался прямо над ухом незнакомый мужской голос, заставивший вздрогнуть. – А это у нас, значит, маленькая огненная арэйна.
Я резко развернулась и наткнулась на хищный взгляд черных глаз с золотистыми искрами. Неприятная, самодовольная улыбка на тонких аристократичных губах королевского арэйна мне понравилась еще меньше, чем пугающий взгляд, от которого по спине побежали мурашки.
– Огненный арэйн в нашем обществе, знаешь ли, довольно редкий гость, – заметил мужчина. – И как ты согласилась на это? Как согласилась пройти сквозь Мертвый лес?
Я поспешно опустила глаза, не желая раскрывать перед ним возможности встречать прямой взгляд. А неприятный тип тем временем продолжил:
 
– Как тебе, понравилось? Кошмары не мучают? – спросил он с неожиданной злостью.
Кошмары? Я настолько удивилась этому вопросу, что вновь подняла на арэйна глаза.
Как странно… я действительно вижу кошмары, но не из-за посещения Мертвого леса – страшные сны начались намного раньше, они преследуют меня с тех пор, как я умерла и вернулась назад, пройдя вместе с Ксаем по дороге Смерти.
– Ты… – он вдруг осекся, – что?.. – На секунду взгляд арэйна сделался растерянным. Наверное, заметил, что я забыла вовремя отвести глаза и почему-то продолжаю стоять, глядя на него, а не падаю замертво, как того можно было бы ожидать.
– Решил познакомиться с моей спутницей, Кериан? – успокоительной тяжестью на мое плечо опустилась ладонь Ксая.
Растерянность арэйна Смерти быстро сменилась ненавистью, настолько яростной, обжигающей, что мне стоило огромного труда не отшатнуться от него. Наверное, только из-за того, что незнакомец больше не смотрел на меня – сверлил уничтожающим взглядом Ксая, – а мое плечо уверенно сжимали сильные пальцы, удалось остаться на месте и даже не дернуться.
– О, ты все-таки завел себе пожизненную рабыню? – пренебрежительно усмехнулся арэйн.
Кажется, я совсем перестала что-либо понимать. При чем здесь рабство? Постойте! Неужели у спасения арэйном Смерти есть еще какой-то побочный эффект, помимо мучающих меня кошмаров?! Нет, только не говорите, что…
– Инира – не рабыня, – невозмутимо возразил Ксай, прервав цепочку панических размышлений. От облегченного вздоха удержалась благодаря нежеланию позориться перед столь неприятным типом.
– Вот как? – арэйн надменно заломил бровь. – Значит, сам подставился? – и, вновь неприятно улыбнувшись, со злым весельем заключил: – Да, знаю, ты мог. Ведь ты, безрогий арэйн, мог задолжать даже такой малютке.
– Как видишь, долг уплачен. И у меня теперь есть… не рабыня. – Рука с моего плеча двусмысленно опустилась на талию. Правда, возмущение вспыхнуть во мне не успело – последующие слова арэйна заставили усомниться в верности возникших подозрений: – Инира может смотреть нам в глаза и находится здесь по собственной воле.
Насчет воли можно поспорить, но… неужели он привел меня не для того, чтобы заставить родственников терпеть неугодную гостью, а, наоборот, досадить им тем, что у них такой гостьи нет? Совсем ничего не понимаю.
– Что же касается силы… – небрежно добавил Ксай, – мне вовсе не нужно окружать себя толпой рабынь, чтобы почувствовать себя значимым.
– Да. Тебе это не поможет, – зло выпалил незнакомец, названный Керианом. – Ты навсегда останешься безрогим арэйном, позором всего рода.
– Уверен? – Ксай стоял за мной, и я не могла этого увидеть, но почувствовала, как он улыбнулся. Ксай действительно был уверен в том, что выйдет из этого противостояния победителем. И, похоже, он знал что-то, чего не знал Кериан. Незнакомец тоже это понял. Перестал улыбаться, в один миг изменился в лице, скривившись еще больше – куда только подевались аристократичные манеры? Где выдержка, полагающаяся статусу королевского арэйна из знатного и могущественного рода? На фоне Ксая он, этот королевский арэйн, обладающий гораздо большей магической силой, выглядит смешно.
– Кериан! Ксай! Прекратите немедленно! – расталкивая гостей, старательно делавших вид, а может, и вправду не замечавших накалявшейся обстановки, к нам приближалась Илея. – Что вы опять устроили?
– Мы всего лишь беседовали, – улыбнулся Ксай.
– А ты будто не видишь, – зло выдохнул Кериан. Судя по всему, поддерживать Ксая и убеждать Илею, что ничего особенного здесь не происходит, он не собирался. – Этот безрогий притащил сюда какую-то девку из огненных и всем демонстрирует, что где-то уже успел подставиться! Позор рода, его вообще не нужно было приглашать сюда.
– Это не тебе решать! – воскликнула арэйна.