Девушка индиго

Я твердо намерена быть хорошей хозяйкой для своих слуг,
обращаться с ними по-человечески, по-доброму,
дать им в достатке удобной одежды и пропитания
и всего того, что им еще потребно.
Быть заботливой и ласковой с ними, коли занедужат.
Хвалить за хорошую работу и прощать мелкие оплошности.
Не быть деспотичной, сварливой или раздражительной по отношению к ним,
но сделать их жизнь спокойной и сносной.
Помоги мне в том Господь. Аминь. Отрывок из молитвы, написанной Элизой Лукас
 17 
Прошло несколько тягостных дней – Сара отказывалась помогать мне, а я не хотела заставлять ее силой и в конце концов послала приглашение мистеру Дево заглянуть к нам. Но он не смог посоветовать ничего толкового.
– Вроде бы надо замочить листья в чистой воде. Еще известь туда, кажется, добавляют. А вот сколько извести, этого уж я не знаю, – развел руками мистер Дево.
Я вздохнула. Оба пункта мне тоже были известны. Но как долго замачивать листья? И в какой пропорции?
А потом все это потеряло смысл, потому что какие-то страшные паразиты совершили набег на наши многострадальные кусты индигоферы и устроили себе пир.
Несколько дней мы с Того, сурово насупив брови, обдирали желтых козявок с листьев. Неделю спустя стало ясно, что битва нами проиграна и надо признать поражение.
Мы потеряли индигоферу третьего посева.
Я попросила Того оставить меня на минутку.
Желание рухнуть на землю во всех своих пышных юбках и разрыдаться от горького разочарования было таким острым, что мне казалось, будто чьи-то руки подталкивают меня в спину и тянут вниз.
Я стояла посреди поля битвы. Земля у меня под ногами была в закладе. Плантация Уаккамо тоже была в закладе. Со временем та же участь постигнет и Гарден-Хилл, если этого еще не случилось. Нужно будет потребовать четкого ответа от мистера Маниго или от отца.
Мой взор устремился на восток вдоль полей, мимо нашего дома, к сверкающим водам Уаппу-Крик. Прохладный ветерок долетел оттуда, чтобы ослабить немного зной, исходивший, казалось, от самой земли и душивший меня в объятиях. Капля пота щекотно скатилась у меня по щеке и скользнула ниже, в ложбинку груди. Справа в отдалении Квош показывал Саре и сидевшей у нее за спиной Эббе их новое жилище, строительство которого наконец завершилось.
При виде рабыни меня снова накрыла волна горького разочарования и злости. Такая мощная волна, что у меня перехватило дыхание.
И, словно почувствовав это, Сара вдруг обернулась.
Я сглотнула.
Мы стояли и смотрели друг на друга поверх поля.
Потом я увидела, как она что-то говорит Квошу. Он тоже посмотрел на меня и ответил Саре.
В тот же день, чуть позже, когда я переписывала в большую тетрадь последние деловые письма, ко мне в отцовский кабинет вошла Эсси.
– Сара хочет тебя видеть, – сообщила она с загадочным выражением лица. Кажется, Эсси улыбалась.
– Она сказала, что ей от меня нужно?
– Лучше пусть сама тебе скажет.
И снова порог этой комнаты переступила Сара. Как и в прошлый раз, я поразилась силе духа, намного превосходившей ее физическую силу и сквозившую в каждом ее движении.
– Здравствуй, Сара.
Она кивнула, а я испустила вздох.
– Надеюсь, ты рада, что переехала из дома Мэри-Энн в свой?
Она несколько мгновений молчала, и я ждала, тщетно надеясь на благодарность.
– Я покажу тебе, как делаю краситель, – неожиданно произнесла Сара.
Меня охватило ликование, но я немедленно призвала себя к сдержанности: раньше мои ожидания столько раз не оправдывались, принося лишь разочарование, что я не хотела пережить это снова.
Она ждала моей реакции.
– Ты умеешь фасовать готовый краситель в бруски? – невозмутимо уточнила я.
Сара поджала губы и помотала головой.
– Но ты можешь извлечь краситель из листьев?
 
Она кивнула.
Неизвестно было, когда папенькин мастер индиго доберется до Чарльз-Тауна. Отношения с испанцами ухудшились до предела. Оглторп уже бросил клич из Саванны – призвал всех мужчин Чарльз-Тауна, способных держать оружие, вступить в войско, которое даст отпор испанцам во Флориде. Так что, возможно, корабль с островов к нам так и не прорвется, а сырье для индиго надобно готовить уже сейчас.
По крайней мере, частично процесс производства красителя мне был известен. Я сомневалась, что могу вполне доверять Саре – она наверняка потребует что-нибудь взамен. Но оставался ли у меня выбор? Сара в тот момент была моим единственным шансом узнать еще хоть что-то об изготовлении индиго. Научиться у нее всему, что мне было нужно, вряд ли получится, но все-таки это будет хоть что-то.
Я кивнула Саре:
– Хорошо. Покажи.
Ранним утром следующего дня мы с Того брели за Сарой, которая осматривала пораженные болезнью листья индигоферы, прицокивая языком и качая головой.
– Мы пропустили момент сбора листьев? – спросила я ее.
Она пожала плечами.
Я посмотрела на Того, и он тоже пожал плечами.
Сара наслаждалась сейчас собственным всевластием, я это понимала. И еще я понимала, что в ее жизни таких моментов ничтожно мало, потому не стала ей мешать.
Перед нашим походом в поле она сказала, что понадобится неглубокая емкость, и, не найдя таковой в пределах досягаемости, я в конце концов отправила Квоша попросить у Мэри-Энн и Эсси круглое деревянное корыто для стирки. Потом, конечно, придется с ними объясняться, но надо – значит надо. Сара велела наполнить корыто водой и оставить на солнце, чтобы вода прогрелась.
По пути она то здесь, то там срывала чистые листочки индигоферы, а когда мы дошли до участка, меньше других пострадавшего от паразитов, взяла у Того серп и принялась срезать с кустов целые ветки. Я достала свой маленький нож, который годился разве что для тонких черенков, и тоже взялась за дело, не обращая внимания на скептические взгляды их обоих.
Кое-где козявки на кустах уже начали окукливаться, а это означало, что паразиты наелись и уже не страшны растениям. Но там, где они вольготно разгуливали по листьям, мы собирали их в миску; Того потом отнес ее подальше и сжег.
Вскоре висевший на груди у Того мешок, в который мы складывали ветки с листьями, заполнился, и Того пошел высыпать добычу. Некоторые кусты оказались в хорошем состоянии и могли в ближайшем времени дать семена. Мне, конечно, хотелось собрать как можно больше сырья для индиго, но я понимала, что семена нам тоже еще пригодятся – кто знает, долго ли будут оставаться годными к посеву те, что прислал папенька.
Все ветки с личинками мы тоже сожгли, а прочие кусты тщательно осмотрели и очистили от паразитов.
К тому часу, как мы закончили, солнце уже стояло высоко в небе, и я взмокла от пота. Да еще испортила платье – порвала подол и рукав по шву. Если маменька увидит – визгу не оберешься.
– Продолжим завтра? – спросила я Сару, окинув взглядом усталые лица вокруг и тоже чувствуя слабость во всем теле.
Тыльной стороной ладони, выпачканной засохшей землей, вытерла мокрый лоб и наверняка оставила на нем грязный след. Впрочем, я так переживала из-за индигоферы, что предпочла бы не останавливать сейчас работу.
Сара цокнула языком в ответ на мой вопрос и помотала головой.
За последние пару часов к нам присоединились Сони и еще несколько рабов. Сейчас они молча наблюдали за нашим диалогом.
От необходимости продолжать меня избавил шум на подъездной дороге – застучали копыта и показался незнакомый экипаж.
Насколько мне было известно, в гости мы никого не ждали.
Квош покосился на меня, на мое платье и как будто слегка поморщился. Я тоже невольно скорчила гримасу, представив себе, как сейчас выгляжу.