Турбулентность (ЛП)

       
 
Выход на посадку В10
ДЖЕЙК
        
В полете -> Лондон (HTW)
За свою жизнь я слышал много всякой хрени, но «Я должна быть твоей единственной» только что обеспечила себе первое место в этом списке.
Я смотрел прямо перед собой, сидя в кабине пилота и гадая, какого хрена женщина, которую едва знаю, имеет на меня хоть какое-то влияние. Дважды, после того, как ушел от нее, я выбирался из кабины в туалет и замечал ее, улыбающуюся и развлекающей пассажиров мужчин. Оба раза это были мужчины по типу волков с Уолл-стрит.
Мудак с 3А рассказал ей шутку о «занятии сексом на высоте в милю». Она смеялась над ней, и даже несмотря на то, что ее смех был притворным, я знал, что она не лгала, сказав ему, что никогда не занималась сексом в самолете. Румянец на щеках выдавал ее.
Еще один мудила с 4С поцеловал ее руку после того, как она принесла ему бокал вина. Затем он гладил ее ладонь, пока флиртовал с ней, по крайней мере три минуты. (Я, на фиг, считал.) Я был в секунде от того, чтобы подойти к нему и что-то сказать, но в последнюю минуту пришел в себя и вернулся в кабину, пообещав оставаться там до конца полета.
Ее требование моногамии было охренительно несправедливым и совершенно нереалистичным, но пока мы пролетали через еще одну полосу облаков, я кратко обдумал возможность существования данного соглашения.
По крайней мере временно.
Да, я не мог бы поставить точку с большинством женщин в своем списке контактов на несколько недель, но ведь никто не говорил, что это продлится вечно. До того, как пересекся с Джиллиан в трамвае SkyLink, женщина из списка контактов в Лондоне написала мне, что «отчаянно» нуждается в повторении нашего секса, но она настаивала на том, что сперва мне нужно сводить ее на настоящее свидание.
Я все еще не ответил ей, так как знал, что за одним свиданием, она захочет второе. Затем последовали бы случайные сообщения поздней ночью: «Я думаю о тебе», «Что делаешь?», и в конечном счете разговор о чем-то большем. Это всегда так заканчивалось – всегда женщины хотели большего, и именно поэтому не стоит заниматься сексом с одним и тем же человеком. Это не должно напоминать обычные отношения.
Мне не нужно было думать о Джиллиан, как о «единственной» ни секундой дольше.
Нужно было выбросить ее из моей гребанной головы... 
Выход на посадку В11
       
Джиллиан
        
Лондон (HTW)
– Стюардессы, подготовьтесь к посадке. – Приказал глубокий голос Джейка, доносясь из динамиков за минуту до снижения, в результате чего я прошла через борт еще раз, убеждаясь, что все ремни безопасности застегнуты.
Двое мужчин, что флиртовали со мной несколько часов назад, слава богу, смотрели в иллюминаторы, так что мне не нужно было тратить время на то, чтобы отклонять их предложения насчет свиданий после приземления.
Спустя несколько минут посадка прошла гладко и быстро, и как только самолет остановился на взлетной полосе, я ждала, что команда аэропорта откроет дверь. Когда все было готово, я заняла место рядом с мисс Коннорс у дверей.
– Здесь у нас есть два дня на отдых, – сообщила она. – Так что предполагаю, вы сможете понежиться в отельном халате столько, сколько будет возможно, и наконец найдете время, чтобы проветрить мозги и прийти в следующий раз на борт со светлой головой.
Я сомневалась, как на это ответить, так что просто кивнула и отвернулась от нее.
– Хорошего времяпровождения в Лондоне! – Ее голос мгновенно стал жизнерадостным, когда мисс Коннорс обратилась к подошедшему к нам пассажиру. – Спасибо, что летаете с Элитой! Приходите к нам снова!
Я начала тоже прощаться с ними, но почувствовала, как Джейк встал за нашими спинами.
– Отличная речь, командир Уэстон. – Мисс Коннорс взглянула на него. – Вы не произнесли обязательную фразу Элиты и вели себя анти-дружественно, потому что забыли о манерах, или сделали это намеренно, в надежде, что я включу это в свой рапорт?
 
– Надеюсь, на меня хоть кто-то доложит.
– Вам повезло, я сегодня в хорошем настроении. – Она бросила на него сердитый взгляд. – В следующий раз, когда мы будем лететь вместе, могу гарантировать, что это не повторится.
– Жду с нетерпением. – Он смотрел на нее, пока Коннорс не отвернулась, продолжая прощаться на приятной ноте с пассажирами.
В отличие от других пилотов, с которыми мне доводилось летать, он не присоединился к нам, желая пассажирам всего хорошего.
Вместо этого, Джейк стоял молча и выглядел так, словно размышлял о том, как сделать, чтобы пассажиры покинули борт побыстрее.
Когда с самолета сошел последний посажир, я ожидала, что Джейк что-то скажет, по крайней мере посмотрит на меня, но он обратился к старшему помощнику, а затем ко всем нам разом:
– Еще увидимся, дамы. – Он вытянул ручку на своем чемодане и, сказав пару слов старшему помощнику, направился по трапу к аэропорту.
Я схватила свой чемодан и покатила его следом, ловя тут и там похотливые взгляды других стюардесс в сторону Джейка.
Мы все прошли через терминал в наземный транспортный док, где нас ждал белый микроавтобус. Старший помощник и мисс Коннорс заняли передний ряд, я расположилась на среднем, а Джейк сел за мной с Джаннет и Элизабет.
       – Итак, командир Уэстон... – замурлыкала Элизабет, говоря настолько тихо, чтобы не услышала мисс Коннорс. – Сколько дней вы пробудете в Лондоне?
 – Лишь сегодняшнюю ночь.
 – О! – Джаннет откашлялась. – Так как у вас есть всего одна ночь, не хотите ли присоединиться к нам в баре сегодня вечером?
– Я подумаю об этом.
– О чем тут думать? Или у вас уже есть планы?
– Есть, – сказал он, и я могла почувствовать его взгляд на себе. – Но договоренность кажется слишком сложной, так что, возможно, я отменю свои планы.
– Понятно. Ну, это нам на руку.
Я почувствовала внезапный укол ревности, когда он разговаривал с ними, что в целом было мне не свойственно. Я никогда не ощущала подобного по отношению к предыдущим любовникам или парням, когда те разговаривали с другими женщинами. Черт, Бен ездил веселить свою бывшую дважды в год в их совместном поло-клубе, и даже тогда у меня не было ни одной задней мысли. Я никогда не чувствовала себя обделенной или ревнующей.
Но сейчас, этот мужчина, который был внутри меня лишь дважды, подталкивал меня к тому, чтобы развернуться и что-то сказать.
В течение десяти минут, пока мы проезжали пять выездов на шоссе, я сидела и беспомощно слушала, как мои коллеги использовали весь свой шарм. Пока он встречал его практически с равнозначным интересом.
В ту секунду, как микроавтобус остановился перед отелем, я открыла дверь и практически выскочила на улицу.
– Я проверю, все ли нормально с нашим заселением, – сказала, бросаясь через двери, тогда как мисс Коннорс попыталась меня догнать.
– Что-то не так, мисс Тэйлор? – Она казалась действительно взволнованной. – Вы в норме?
– Да, просто действительно устала. Вот и все.
Она нахмурила брови, но ничего не сказала.
Ресепшионист быстро нашел список нашей команды и проверил наши удостоверения личности, а затем выдал ключи от номеров.
– Воскресенье, в десять, мисс Тэйлор, – сказала мисс Коннорс. – Если придете хоть на милисекунду позже, я сделаю так, что вы об этом пожалеете.
– Ясно. – Я ушла, как раз когда Джейк и остальные из нашей команды прошли через двери отеля.
Направившись прямо к лифтам и понимая, что не хочу никого видеть, обмениваться взглядами или слышать чужой сексуальный треп, я прошла через атриум отеля к запасной лестнице.
Пройдя мимо панорамного холла, покатила свой чемодан к первому пролету и вдруг почувствовала, как кто-то хватает меня за талию сзади.