Сказание об Оками 4 (СИ)

– Ну, спасибо, – буркнула я. Реально ей благодарна, если не врет. Но зачем меня для этих слов в темную и пыльную кладовку было тащить? 
– Запомни вот что. Первое – разобьешь моему сыну сердце и тебе не жить. Второе – отрасти волосы! Очень прошу! Лысая невестка – это позорище какое-то.
– Фумито я и такой нравлюсь.
– А мне нет! – рявкнула мегера-тян. – Уважь просьбу матери своего жениха.
Ого, как она. Уже до невесты меня повысила и все прически ради. Наверное, не возражаю. Сомневаюсь, что велики шансы встретить кого-то получше, а Фумито уже сейчас для меня семья. Не за мифического “настоящего Хьюгу” мне же в итоге выходить? Люби биджу весь их клан рабовладельцев! 
– Ты хоть представляешь, сколько мороки с уходом за волосами? Мыть их, расчесывать, подкрашивать раннюю седину, которая наверняка будет, если ты так на меня кидаться продолжишь.
– Вот сюда смотри. Видишь, что это у меня на голове? Это волосы. Так что да, знаю. Нет там никакой мороки. И я видела фотографии тебя с чунинского турнира. Красивое каре. Тебе очень идет. Наверное, не надорвалась уходом, – изменила она тактику. Вот же хитрюга. Понимает, что несмотря на быдловатость, наколки и личное кладбище я все равно девочка и люблю, когда меня хвалят, называют красивой. 
– Ладно, будут волосы, но никаких косичек и гривы до задницы, – сдалась я в итоге. Пусть порадуется, я же добрая. 
Простодушный Фумито на следующее утро мне признался, что Цунаде-сама ему аналогичную сцену устроила. Не касаемо волос, конечно, а по вопросу “обидишь девочку – порву тебя на куски, как того киринина”. Заботливая. Забавный факт – в этой стране она пока ни рье в казино не спустила. Неужели и от этого проклятья избавилась?
И вот стоило всему устаканиться, как через несколько дней в дверь одного из двух наших арендных домиков постучался самурай Такэда. Дом он выбрал правильный, тот, в котором я жила. Скай, от нечего делать шатавшийся по улице, не иначе как высматривающий подходящих для похищения невест, увидел знакомую рожу и меня тут же позвал.
– Умино-сан, приятно видеть вас в добром здравии, – поклонился посланник железного даймё. Глядишь, карьеру себе построит, работая личным посыльным своего господина. Это уровнем сильно повыше пост, относительно ночного сторожа на корабле. 
– Такэда-сан, у вас устаревшая информация. Я больше не Умино. Меня изгнали из семьи, – я по-доброму улыбнулась гостю. – Теперь у меня есть только имя и титул. Оками, королева Узушио. Я все еще плохая хозяйка, но в доме есть кому подать вам чай.
Реально рада его видеть. Вот закончу с этой глупой дуэлью, заграбастаю себе фуин-мастера, он мне не-братишку разблокирует. Старый и больной, да? У меня тут самая лучшая целительница Конохи. Авось даст престарелому ублюдку несколько лишних месяцев, чтобы он мне магнитные фуин изобрел.
– Вы не оскорбитесь, если буду использовать имя, Оками-сан? 
– Да как хотите называйте, я не щепетильная, – пожала я плечами. В доме заглянула на кухню, ожидая там увидеть Каноно. И увидела как толстушка-тян мило щебечет подле Миуры, флегматично нарезающего овощи. Что-то про детишек ему рассказывала. Да ладно, не настолько она и располнела, я так мысленно ее подкалываю, не более. Для своих сорока с хвостиком вполне себе ничего, особенно учитывая, что следит за собой. Роскошные рыжие волосы так вообще способны стать предметом чужой зависти. Не моей.
– Там это, самурай Такэда пришел, – сообщила я. Не-братишкина мамка почему-то сначала от звуков моего голоса покраснела, а затем, осознав смысл сказанного побледнела. И она в меня не верит! Что мне надо такого сотворить, чтобы близкие не сомневались в моей способности прибить какого-то там самурайчика? – Каноно, подай, чай, а? А ты, Миура-сенсей, стань у меня за плечом, возможно, поймешь больше из его слов, чем я. 
Появление моего вассала молодой самурай встретил бесстрастно. Легким кивком, не несущим эмоциональной окраски. Хорошо их учат скрывать свои чувства. По-хорошему, мне бы сейчас еще Юки-сана позвать. Переговоры – это его стихия. Но чё я за королева, если перетереть и сносные условия выбить не смогу? В таком-то простом деле.
 
– Через пять дней делегация Страны Железа будет в Хёга, западном порту Страны Мороза, ее столице, – начал Такэда. – Ваш будущий противник, мастер фуин, о котором шла речь, наблюдатели от Господина и моряки, которые заберут Цукимару. Вас будут ожидать неделю с момента прибытия. Под место проведения дуэли даймё Мороза отдает вам ярмарочную площадь на окраине города. Не очень хорошо делать из поединка чести зрелище, но властелин этих земель очень захотел лично посмотреть и выставил такое условие.
– Устраивает, – кивнула я. – И кто будет пытаться меня убить?
– Нагао Сарума, по прозвищу “Палач”, – стальные пальцы бывшего ронина сдавили моё плечо. Небывалое проявление чувств для этого непоколебимо спокойного мужчины. Узнал знакомое имя? В какой-нибудь дурацкой книжонке это стопудово оказался бы давний недруг моего сенсея, из-за которого тот и оказался на каторге.
– Спасибо, Такэда-сан, – наверняка нарушила кучу неписаных положений этикета, но все равно попыталась быть по максимуму вежливой. – Я обязательно буду.
Стоило посланцу уйти, меня встретил обеспокоенный взгляд Миуры. Вот реально, ни одна лицевая мышца у него не дрогнула, но смотрит так, что ясно переживает.
– Госпожа. Я советую отказаться от поединка, – посоветовал вассал. – Нагао Сарума – один из сильнейших воинов даймё Железа. Заметно сильнее меня. 
– А ты сам бы отказался, Миура-сенсей? – спросила я.
– “Истинный самурай принимает любой бой, включая безнадежный, ибо в этом его путь и долг”, – процитировал наставник и после заминки добавил, – госпожа Оками, ты не самурай. Тебе не обязательно следовать Кодексу.
– И отправить биджу под хвост такой шанс? Ну вот что он такого умеет, что будет для меня опасным? Ты видел мою технику призрачного меча. Ну разве что он быстрый, как Минато, тогда да, проблемка. Но он ведь не такой? Минато был уникумом.
– Полное прозвище Нагао-сана “Неуязвимый Палач”. Его доспехи не пробить оружием или техникой. Он не так и быстр, но вынослив и защищен от любых атак.
– Ну… – я задумалась, так как озвученное и правда становилось проблемой, так как контрило мою излюбленную тактику одного смертоносного удара. – Пофиг! Справлюсь! У меня уже был реально неуязвимый противник на чунинском экзамене. А тут всего-то крепкие доспехи. Они же не герметичные? Дышать ублюдку ведь надо. Найдутся уязвимые места. Скажи лучше, ты с ним лично знаком?
– Только по слухам. Нагао Сарума жесток, честолюбив, исполнителен. Подавлял шахтерские бунты, убивая всех. Отсюда прозвище. 
– Что, и к нам на рудник его могли бы прислать, если бы вовремя словились? – поежилась я. 
– Да, – коротко подтвердил сенсей.
– А нельзя его заставить доспехи снять? – уточнила я. – Фумито, вон, чуть ли не догола разделся по первому требованию.
– Поединок назначен заранее. У тебя есть время найти себе доспехи. Не найдешь – твой выбор, – пояснил Миура. 
– Ты не будешь сражаться с этим самураем. Я запрещаю, – к нам ворвалась Цунаде. Конечно, Кацую ей наябедничала и позволила всё услышать.
– Откажись, – поддержала ее зашедшая в гостиную Каноно, которая всё слышала с кухни. 
Несколько лет назад неуязвимый ублюдок в непробиваемых доспехах стал бы для меня реальной проблемой. Да и сейчас как-то не очень складывается у меня план сражения с ним. Но это нормально. Есть куча времени, чтобы придумать что-то. Хотя что тут думать-то? Есть испытанный вариант, хоть и довольно-таки подленький. Но Миура ведь сам сказал, что я не самурай.
– Никто в меня не верит, – вздохнула я.
– Я верю, – это был единственный голос, который я реально хотела услышать. Пожалуй, если бы Фумито тоже меня попросил отступиться, моя решимость бы поколебалась. Но вон он, примчался с тренировочной площадки, наверняка тоже по подсказке улитки-сплетницы.