Сказание об Оками 4 (СИ)

Через это окно к нам и проникли. Конечно, мы не лохи какие-то и хотя бы один из нас обязан был ночью дежурить. А потому проснулась я не от ножа убийцы у своего горла или сенбона в глазу, а от свиста рассекаемого катаной воздуха, короткого вскрика и запаха свежей крови.
Открыв глаза, тут же активировала технику ночного зрения, чтобы лучше понять, что вообще произносит. Братишка аккуратно возвращает свой клинок в ножны. Шизуне чуточку оторопело пытается осмотреться. И злоумышленник с отсеченной кистью руки, которого Фумито только что обезвредил. Живой, но не выдержавший шока и лишившийся чувств, походу. Удачно. Что бы за ублюдок это ни был, такие дела лучше обстряпывать в темноте и тишине.
– Гражданский, – вынесла я вердикт, осмотрев раненого. Я как раз прикоснулась к нему, чтобы кляп в рот запихать, вот и поняла в чем дело – энергосистема, как у обычного цивила, не развита совершенно. И культю заодно жгутом перетянула, пока кровью не истек. И так на пол лужа нефиговая натекла. 
И гляньте, какой красавчик. Прям, как мне нравится. Мускулистый, блондинистый, загорелый. Лет восемнадцати. Весь день таких высматривала, а тут сам к нам залез. Одет в фирменную безрукавку, позволяющую оценить и руки и грудные мышцы. Я машинально проверила, что там снаружи, не притаился кто-то еще. Эхолокация показала, что никого. 
– Кто это такой? – голос Шизуне-Мизуки слегка дрожал. Она, вероятно, имела некоторую медицинскую практику в госпитале Конохи до того, как Цунаде ее за собой утащила. Возможно, и на раны с кровью вовсю насмотрелась. Но к тому, что в двух шагах от нее начнут расчленять человека девушка оказалась не готова. 
– Бро, ты зачем ему руку отрезал? – прошипела я. Громко говорить нельзя.
– Рефлекс, – пожал плечами Умино. – Все, как сенсей научил. Отруби врагу кисть и он не сможет печать сложить. Он в окно влез. Двигался ловко. Я подумал, вдруг шиноби… 
Я машинально проверила эхолокацией обстановку 
– Радуйся, что не шиноби. Покалечь ты кого-то из Скрытого Облака – нам бы хана была. Провал миссии и драпать обратно. Сестренка, можешь ему на место хваталку присобачить? 
– Что-то ты раскомандовался, Широ-кун, – к ученице Цунаде вернулось подобие чувства юмора. – Но вообще-то это правильно. Даже если этот юноша вор – жалко оставлять его калекой. Мне потребуется свет и несколько часов времени.
– Думаю, что он вор, но не обычный, не кошелек хотел, – поделился Фумито. – Считаю, что он вас хотел украсть, Мизуки-сан.
– Такая у этих горцев традиция. Похитить и силой взять в жены, – подтвердила я. – Ты, сестренка, симпатичная, вот он и не удержался.
– Что??? – ошалела “благородная госпожа”. – Меня? Этот? Этой самой рукой?
Похоже, её милосердие не распространяется на идиотов, которые собирались ее утащить, изнасиловать и заставлять рожать им детишек. Моё, если честно, также. Хотя чуточку жаль, больно паренёк симпатичный. Я с ночным зрением и правильные черты лица и светлые волосы рассмотрела. Вот еще одна причина, почему мне в этой стране лучше оставаться под маской мальчика. А то не побрезгуют тем, что мелкая, на вырост невесту себе взять решат.
– Сам пришью, – решила я. – По самурайской методике. 
На самом-то деле утраченные конечности на место возвращать очень просто. Сшей красное с красным, желтое с желтым и белое с белым. Всего и делов-то. Ну и заразу всякую из раны убрать. А то кисть, пока по полу валялась, всякого понахватала. И зафиксировать, чтобы срослось. Еще и регенерацию ускорить вливанием целебной чакры. 
– Позвольте мне помочь, Оками-химе, – прозвучал тихий голосок Кацую где-то возле моего уха.
– Не-не-не, я самостоятельно, – уверена, с участием улитки исцеление прошло бы намного проще, но палить Кацую перед ночным гостем не следует. Сейчас мы для него два молодых самурая и девчуля-красотуля. А говорящий слизень – это уже прямое указание на Цунаде, которое из него выбьют на допросе шиноби Облака, если решат взяться всерьез.
– Так-то проще его прикончить и запаковать труп в печать. Или волкам скормить, они всегда куску мяса рады, – поделилась я мыслью. И нифига я не кровожадная. Я бы его очень милосердно и без мучений прикончила. Но нет, Шизуне на меня, как на маньячку какую-то, посмотрела. Пришлось сказать, что это шутка юмора такая.
 
– С тем, чтобы избавиться от трупа, я тоже могу помочь. Моя кислота растворит тело всего за несколько минут, – оказывается, слизни умеют неплохо так шутить. Шутить же? Правда? Тут я осознала, что таскаю у тела источник едкой кислоты, но избавляться от Кацую, безусловно, не стала. Приемлемый риск в сравнении с той пользой, которая есть от улитки.
Вымыла оба обрубка антисептиком из аптечки и принялась пришивать. И правда, несколько часов на то, чтобы соединить все важные части. Хорошо еще, что разрез после самурайского меча идеально ровный. Вот если бы в какой станок на фабрике клешню зажевало бы, то уже так легко ублюдок бы не отделался. Я не стала придумывать ничего хитрого для обезболивания – сунула ему под нос проверенное средство, которым еще главного джашинита выключить удалось. До самого утра в итоге провозилась, но в целом так недурственно вышло. Последний этап – жесткая шина из двух дощечек, выломанных из окна. Как новенький получился. И в себя под конец пришел. Задергался было, но увидел меч у горла и затих. Может быть, не такой и идиот нам попался?
– Позвольте, я сама допрошу его, господа самураи, – попросила Шизуне. Наверное, в кодексе есть какие-нибудь строчки о том, что если дама просит уступить ей пытки и допросы – нужно соглашаться. Во всяком случае, самурай Сабуро, он же мой братан Фумито, кивнул и отошел от на шаг дальше от пленника.
– Кивни, если согласен не шуметь и отвечать на вопросы. Широ-кун, ученик самурая, пришил тебе руку, но сам Сабуро-сан хочет отрубить ее обратно вместе со второй кистью и ногами. Я пока что велела тебя не трогать, – горец отчаянно закивал, показывая, что готов не то что говорить, но и петь.
– Как тебя зовут? – спросила девушка, вытащив кляп.
– Скай, – сказал, как выплюнул, юноша. Ох, и голос у него в моем вкусе. Уже сломавшийся и огрубевший, но не хриплый и не сиплый, все еще молодой.
– Добавь “госпожа”, – потребовала я и отвесила ему затрещину. Точно такую же, как сама от “самурая-наставника” вчера получала. Но так-то у меня рука тяжелее, чем у братика, хоть я и мелкая. Ну ладно, это я уже хвастаю. Нормально всё у бро с подзатыльниками.
– Скай, госпожа, – смиренно повторил парень.
– Госпожа Камино, – снова придралась я.
– А чего сразу не сказал! – горец в последний момент дернул головой и моя затрещина вышла вполсилы. – Да, да! Уяснил! Госпожа Камино! Вы красивая. Будьте моей женой!
Маска сурового воина треснула и Фумито в очередной раз чуть не заржал. 
– Придурок, ты хоть понимаешь, кто перед тобой? – роль злого полицейского досталась мне.
– Красивая девка, мать моих будущих детей? – наивно предположил темнокожий. Не заметно по нему, чтобы юродствовал. Просто деревенский голоногий идиот.
– Госпожа Камино Мизуки-сама аристократка, ее семье принадлежит много земли на Узушио, – сказала я. – А ты кто такой?
– Я же сказал, я Скай. Пастух я. Овечек пасу, козочек. 
– А сюда зачем полез?
– Так невесту украсть. Положено так. Коль девка приглянулась и не замужем, хватать ее и к себе в деревню тащить. Все так делают.
– Кажется, я поняла, почему наставница решила, что ей сюда нельзя, – пробормотала Шизуне. – А моя охрана тебя не смутила? – уточнила уже сама “девка”.
– Кто охрану пужается – потом один живет, без жены. Понятно дело, за каждой пригожей девкой отец да братья присматривают. Но всё одно воруют. Весь этот пригляд не для того, чтоб не стащили, а для того, чтоб самого лучшего жениха выбрать, который не трус и не олух. Лучше меня в округе никого не найти, госпожа Камино.
– Пастух, значит… – многозначительно изрекла “невеста”. – Скажи, Скай-кун, ты знаешь, где находится Кумогакуре? Или где можно найти шиноби Скрытого Облака? У нас послание для райкаге.