Бунтарка (СИ)

— Подожди меня возле столика. Не стоит сейчас бродить самой — слишком много выпивших ребят, — наставляет меня Бессонов, разыскивая свои вещи.
Я безмолвно киваю и выхожу за дверь.
Выхожу и не могу сделать больше ни шагу.
Внутри что-то болезненно тянет в области солнечного сплетения и дышать становится трудно. Я всё ещё чувствую ЭТО. Не могу отвязаться от чувства предательства и лицемерия, которым меня наградил Кирилл Бессонов в канун Нового года.
Я прикрываю глаза и заставляю себя вспомнить этот вечер в деталях, потому что в душе я начинаю чувствовать раскаянье и вину. Меня штормит и кружит голову от гнетущих чувств, которые жизненно необходимо контролировать.
Секс… И только. Секс… И только?
Едва я делаю шаг в сторону нашего столика, как на меня мчится Аня с безумно-сверкающими глазами. От рыжей беззаботной девушки не осталось и следа, как и от её идеальной укладки.
— Где он? Ты его видела? — Аня хватает меня за плечи, крепко сжимая и немного встряхивая.
— Кого? — в конец растерялась я.
— С кем ты была?! — подвизгивает она, а я всё больше округляю глаза, совсем ничего не понимая. — С кем, я спрашиваю, ты была? — она пытается повторить вопрос, но получается угрожающе-шипяще.
— Со мной, — слышу я за спиной голос Кира, и руки Ани ослабевают. Девушка тяжело сглатывает и растерянно смотрит то на меня, то на Бессонова.
— Вы не видели Артёма? — её голос дрожит, а Аня, видимо, готова в эту секунду жалостливо разрыдаться.
Моя внутренняя коварная змея любопытно поднимает голову. Видеть её в таком состоянии приносит мне извращенное умиротворение. В тот вечер я выглядела в разы хуже и пыталась затушить паническую истерику.
— Не видели. Мы были одни, — Бессонов подходит ближе и утешающе опускает ладонь на плечо Ани. — Не переживай так сильно. Это же вечеринка. Скорее всего курит с парнями или разговорился с кем-то…
Догадка, что что-то идёт не по плану немного сбивает меня с толку. Ситуация непредсказуема, как и её исход. Мне срочно нужно найти Стаса и задать ему вопросы. Аня не должна быть здесь, не должна сейчас искать пропавшего Артёма. Ещё совсем равно.
— Поищем его вместе? — с надеждой спрашивает Аня, заглядывая поочередно в наши глаза.
— Конечно. В чём вопрос? — мягко отзывается Кирилл и вопросительно смотрит на меня.
А мне нет дела до Ани и её пропавшего парня, ровно, как и до Кирилла.
— Мне нужно отойти. Позаботься о ней, — обращаюсь я к парню, взгляд которого стремительно стал пытливым и недоверчивым.
— Пожалуйста, пойдем… — Аня тянет Кирилла за руку, а я отворачиваюсь и выхожу к столику.
Вежливо улыбаюсь Артуру и Сергею, которые нашли себе на этот вечер женскую компанию. Они веселятся и смеются, пока я нервно печатаю сообщение Стасу:
«Что происходит? Куда делся Артём?»
«Как ты и желала — пошёл трахать рыжую. Сомневаюсь только, что ту самую…» — читаю мгновенный ответ и ощущаю, как вспотели ладошки.
Печатаю уточняющие вопросы, но сквозь громкую музыку слышу визг, шум и крики. Ребята оборачиваются, но то, что их не касается — им не интересно. Я, в свою очередь, напряженно поднимаюсь и смотрю в сторону коридора, где остались Бессонов и Аня.
Что-то толкает меня в спину, и я спешно иду по коридору, замечая Кирилла возле открытой двери, как и нескольких любопытных зевак из универа. Из открытой комнаты доносится отборный истеричный мат со всхлипами.
Подхожу к двери. Кирилл не выдерживает и срывается с места. Когда я заглядываю в комнату передо мной открывается крайне пикантная картина.
Бессонов зажимает в крепких объятиях трепыхающуюся Аню, которая молотит его кулаками по плечам и желает вырваться. Она продолжает кричать до пронизывающего визга, пытаясь кинуться в сторону рыжеволосой бестии.
Девушка мне не знакома, но я безусловно вижу сходство с Аней. Такая же худенькая рыженькая девочка с кукольным личиком и ногами от головы. Она поспешно натягивает на полуобнаженное тело блузку и поглядывает в сторону Ани, видимо, боясь, что та сорвется с личной цепи Бессонова.
 
Артём… Он елозит по постели, что-то пытаясь нащупать руками и шумно валится на пол. Парень полностью обнажен и только покрывало, в котором он запутался, скрывает его стратегические места.
Сзади меня щелкает яркая вспышка и я оборачиваюсь, понимая, что незнакомые ребята слетаются на крик Ани, как мухи на… В общем, толпа у двери образовалась внушительная.
— Лиса, закрой эту долбанную дверь! — рявкает Бессонов.
Я оборачиваюсь к нему, безразлично рассматривая его тревогу, смешанную с гневом, и не стараюсь что-то предпринять.
Рыжая девушка проталкивается через толпу, пытаясь исчезнуть как можно быстрее.
— Лиса, — Кирилл метает в меня взгляд, полный раздражения от моего промедления.
Я смотрю в его глаза, затем на растерянную и заплаканную бывшую подругу, у которой закончились силы на истерику. Она обессилено плачет, в упор глядя на своего парня. Перевожу взгляд на пытающегося встать с пола Артёма. Он грузно раз за разом приземляется на бедра и глухо рычит. Что-то пытается сказать, но выходит бессвязное мычание и невнятные слова. Его глаза пустые, стеклянные. Он совершенно не понимает где он и что происходит.
Разворачиваюсь и выхожу из комнаты.
— Василиса! — кричит мне в спину Кирилл, но нас уже разделяет толпа студентов, которые перешептываются.
Это должно быть так. Я планировала сымитировать подобное, а не подкладывать под перепившего или перекурившего дряни парня другую девушку.
Неужели они успели переспать? Но как в таком состоянии можно что-то сделать? Может, девушка специально его раздела, чтобы обставить ситуацию более пикантной? И что вообще нужно выпить и сколько выкурить, чтобы весьма высокий и мощный парень настолько был не в себе?
Я подхожу к столику и схватив забытый стакан с ромом и колой, отпиваю добрую половину. Напряженно думаю, но писать Стасу не решаюсь. Отчего-то я вообще не хочу с ним столкнуться. Нужно валить.
Не успеваю поставить стакан на столик, как меня грубо разворачивают, из-за чего напиток проливается на пол и немного на оголенные ноги. Передо мной стоит Кирилл, который сканирует меня взглядом.
— Ты почему здесь? Твоя подруга в истерике, а её парень в беспамятстве! — возмущенно спрашивает Бессонов. — Мне нужна твоя помощь. Я вызову такси и развезем ребят по домам. Артёму нужно проспаться, а Ане успокоиться.
Безмолвно смотрю на то, как Кирилл не находит себе места и нервничает. Он действительно встревожен и слишком эмоционален к подобной ситуации.
Как интересно… А ведь когда Ковалёв раскрыл все его карты и гнусные поступки, он вел себя, как высокомерный ублюдок, считая такой порядок вещей сущим пустяком. Моё сердце и невинность для него — ничто…
— Василиса, почему ты молчишь?
— Не нужно меня трясти, — я аккуратно убираю его руки со своих плеч. — Я собираюсь домой. Мне некогда заниматься чужими проблемами, — спокойно отвечаю я, замечая изумление в глазах Бессонова.
— Подожди… Ты хочешь сказать, что просто поедешь домой, пока здесь происходит нечто подобное?
— Ты мастер разруливать такие дела. Аню отправь домой и пожелай ей успокоиться, а Артёма встряхни и подожди, пока проспится. Тебе это под силу, — я хлопаю его по плечу и скупо улыбнувшись, разворачиваюсь к лестнице.
В этот раз мой оборот на каблуках был жестче.
Во-первых, крепкий алкоголь бьёт набатом по моему непривыкшему организму, во-вторых — Кирилл в бешенстве.
— И что всё это значит? — он яростно сжимает моё запястье. Так крепко, что я практически ощущаю свою кость под его пальцами.
— Отпусти, — тяну руку на себя, но Бессонов не позволяет вырваться.
— Погоди-ка… — в его глазах сверкает понимание, — ты что, причастна к этому абсурду? Василиса, ты действительно приложила к этому руку? И для чего… Поверить не могу. Ты решила нам всем отомстить? — он так сумбурно задает вопросы и отвечает на них, что я не сразу понимаю о чём он меня спрашивает.