Лезвие пустоты

Хэйли знала, что вместо болтовни со стариком ей сейчас следовало находиться в комнате ожидания. Но девушке нравилось сидеть рядом с Ральфом Дэрроу. Она понимала, почему Сет любил проводить время со своим дедом.
– Как поживает ваш внук? – спросила она, в основном из вежливости.
Ральф пригладил усы.
– Я могу сказать, что ему сейчас нелегко. Но он справится. Он выберется из затруднений.
– Каких?
Ральф бросил на нее взгляд, который говорил: Ты сама знаешь каких. Девушка промолчала и сменила позу. Ей захотелось вернуться в госпиталь.
– Хотя кто я такой, чтобы вмешиваться в сердечные дела двух молодых людей, – сказал старик. – Человеческие желания непостоянные. Сегодня они такие, завтра – другие. Иногда я вообще не понимаю их.
– О чем вы, мистер Дэрроу?
– Было время, когда ты называла меня дедушкой. Мне нравилось это.
– Дедушка, – произнесла Хэйли.
– Спасибо. Я могу продолжить?
– Полагаю, да.
– Ответь мне, пожалуйста. Почему ты не расскажешь Сету правду?
– Я пыталась! – вспылила девушка. – Несколько раз пыталась. Но он увидел меня с Дерриком и перестал отвечать на звонки…
– Извини, но я не веду речь о Деррике, – прервал ее Ральф. – Я ничего не знаю об этом парне и, как уже говорил, не вмешиваюсь в ваши сердечные дела. Сейчас меня интересует другой вопрос.
– Вы спросили меня, почему…
– Почему ты не откроешь Сету правду? Вот о чем я спросил. И если мы на какое-то время оставим Деррика в покое, ты, наверное, поймешь, о какой правде я говорю.
Хэйли ничего не ответила. Она хотела рассказать старику о своих чувствах. Она с радостью излила бы ему душу. Но в этот миг ее родители вышли из госпиталя, и между ней и Ральфом Дэрроу выросла стена. Семейная гордость требовала, чтобы она хранила молчание.
Отец шел медленно, с трудом передвигая ноги. Мать поддерживала его за талию. Глядя на папу, Хэйли знала, что ему не нравилась помощь супруги. Однако мама помогала бы ему в любом случае.
Боясь сболтнуть лишнее, девушка поджала губы. Ей отчаянно хотелось поговорить о своей ситуации, но Деррик находился в коме, а Диана Кинсейл соглашалась обсуждать с ней только здоровье отца. Она сказала, что с его болезнью могут разобраться только доктора. Фактически Хэйли некому было доверить свои секреты, которые она не желала раскрывать родителям.
– Как ты думаешь, я могу вам чем-нибудь помочь? – тихо спросил Ральф.
Взглянув на старика, она увидела, что тот смотрел на ее отца.
– Дедушка, его болезнь никак не связана с Сетом.
Ральф взял руку Хэйли и мягко сжал ее в своих ладонях.
– Похоже, я знаю, в чем дело, – сказал он.
– Пожалуйста, не говорите папе, – попросила девушка.
– Конечно, милая. Но ты должна ввести его в курс дела.
– Я не могу. Я обещала.
– Понимаю. Хотя иногда ты должна нарушать обещания. Никто не может сказать тебе, как вести себя правильно. И я не могу. Но как насчет Сета? Он нуждается в твоей поддержке.
– Я не хочу, чтобы во мне нуждались.
– Сейчас речь идет о другом, – сказал Ральф. – Сет запутался в ваших отношениях. Я прошу тебя помочь ему разобраться с ними. Из меня советник никакой. Во-первых, я не вижу всей картины в целом. Во-вторых, Сету не понравится мое вмешательство. Он уже взрослый парень, и я не могу обращаться с ним как с мальчиком. Поэтому, как ни крути, мне нужна твоя помощь.
Хэйли посмотрела ему в глаза. Девушка знала, что он не говорил ей всей правды. Ральф Дэрроу уже получил информацию, в которой нуждался. Он видел «всю картину в целом». И он, конечно же, вмешался бы в ситуацию, чтобы помочь своему внуку. Хэйли знала, что он просил ее поддержки только для того, чтобы помочь ей самой. Это вполне соответствовало ее планам. Она действительно нуждалась в дружеском содействии.
– Ладно, дедушка, я подумаю, – сказала она, поднимаясь на ноги.
Ральф сделал то же самое.
– Спасибо, – произнес старик. – Теперь, если ты не против, я пойду и поприветствую твоего папу.
 
Глава 35
 
Через три дня Сет едва не напугал Бекку до потери чувств. В тот вечер она сидела в библиотеке, изучая новую тему по курсу «восточной цивилизации». Когда читальный зал закрылся, она прокралась на безлюдную дорожку Аллею волноломов. Девушка не хотела, чтобы кто-то видел ее на пути в заброшенную таверну. Ветер с моря принес леденящий холод. Она знала, что в здании будет лишь немногим теплее. Хорошо, что у нее имелся спальный мешок. Она могла забраться в него и через несколько часов дождаться наступления утра.
 
Фонарик лежал там, где она оставила его, – прямо за фанерной дверью подвала. Девушка поднялась на первый этаж. Большое зеркало за дубовой стойкой бара отражало ее фигуру. Она выглядела как привидение. Через окна проникал свет уличных фонарей. Из-за краски на стеклах освещение казалось тусклым, но его вполне хватало для ориентации в помещении. Войдя в зал, она выключила фонарик. Когда Сет привел ее сюда, он предупредил, что это нужно было делать обязательно.
И вот тогда из-за стойки бара поднялась темная фигура. Прямо как мертвец, восставший из могилы. Бекка вскрикнула от испуга.
– Спокойно, – сказал Сет. – Это я. Мне пришлось ждать тебя почти два часа! Где ты была?
Она уловила его «шепоты». Одна фраза раскачивалась, словно шарик, над его головой: Тупая курица! Конечно, глупо было сердиться на кого-то из-за мыслей, которые ей в принципе не полагалось знать. Но тупая курица обидела Бекку.
– Я не могу сидеть сутками в этом холодном помещении, – резко ответила она.
Если он и заметил раздражительность девушки, то, наверное, списал ее на усталость.
– И где ты шлялась? Я думал, ты скрываешься от всех.
– Тебе действительно так интересно? Ладно. Я была в библиотеке.
– Думаешь, если твой отчим появится здесь, он не проверит все здания в поселке? Не зайдет в библиотеку и в другие места? А как насчет помощника шерифа? Мне казалось, ты старалась не попадаться ему на глаза.
Врет… она думает, что у меня… специально настроила Хэйли…
Бекке хотелось, чтобы «шепоты» Сета были более ясными. Ей требовалась точная информация. Она не знала, насколько можно было доверять этому парню.
– Да, я тревожусь и об отчиме, и о помощнике шерифа, – сказала она. – Неужели ты думаешь, что я обманываю тебя?
– Перестань. Разве я говорил об обмане?
– Ты так подумал.
– Откуда ты знаешь? Еще скажи, что ты владеешь телепатией?
– Это было написано на твоем лице.
Разговор слишком близко подошел к откровенным признаниям о «шепотах». Бекка решила сменить тему – причем как можно быстрее. Ее мучил холод и голод. Она не знала, когда ей, наконец, удастся покинуть «Конуру». Но она не могла позволить этим обстоятельствам спровоцировать ее на раскрытие тайны, о которой пока никто не догадывался.
– Где ты оставил «Сэмми»? – спросила она. – Если кто-то увидит твою машину, а затем и тебя выходящим из двери подвала…
– Не принимай меня за идиота. Я припарковался на углу Третьего переулка. И еще я принес тебе ужин.
Он придвинул к ней пакет с продуктами. Бекка с любопытством посмотрела на юношу. Она не знала, как относиться к тому, что он принес ей пищу. Могла ли она доверять ему? Или, подобно Джеффу Корри, он просто играл свою роль? Она подошла к барной стойке, фокусируя внимание на «шепотах». Они должны были подсказать ей, кем на самом деле являлся Сет. Но сначала ей следовало услышать его мысли. Она же пока улавливала только сводящие с ума фрагменты. Если бы… возможно… пусть даже никто… дед понял бы меня. Она не могла извлечь из них смысл. Они лишь вызывали у нее недоумение. Кем был Сет? Каковы его мотивы?
Бекка решила еще раз взглянуть на его сандалии. Она обошла барную стойку и вытащила из пакета панини [8] и пластиковый стакан с чаем. Она опустила голову, как бы выказывая Сету смущенную благодарность. Но на самом деле Бекка осмотрела его обувь. На ногах юноши были ботинки.