Любовь по предсказанию (СИ)

— Тебе не нужно… — Я запнулась. — Ты просто должен сказать мне, что делать.
— И не подумаю, — ответил Арден тоном, не терпящим возражений.
Он и правда в это верил. В судьбу, в будущее, в любовь. А я… Я даже не знала. Мне хотелось закрыть глаза и открыть, когда все закончится.
Мигнув усилителями, экипаж развернулся и поехал в обратном направлении, а мы остались стоять перед домом, где я выросла. Белые стены, синяя покатая крыша, немного запущенный сад, где летом все пестрит от ягод малины самых разных цветов.
Медлить было нельзя.
Я влетела в дом, тут же заметив бабушку Мэг и родителей у постели тяжело дышащего брата. Полупрозрачные крылышки мамы дрожали в свете камина, сама она держала в руках крохотный платок, которым, похоже, уже перестала вытирать льющиеся без остановки слезы.
— Ох, детка… — сказала бабушка Мэг вместо приветствия.
Я подбежала к брату и опустилась на колени, чтобы взять его за руку. Он весь был покрыт мерцающей голубой дымкой, которая свидетельствовала о том, что в его состоянии замешана магия. Светлые волосы прилипли к мокрому лбу. Я что угодно отдала бы, чтобы снова увидеть улыбку Ниалла и как он морщит свой нос «картошкой», из-за которого его часто дразнили в детстве.
Не заметила, как за моей спиной появился Арден. Он не стал тратить время на представление или другие условности — достал колбу с раскрошенным антирринумом и кивнул мне.
— Помоги мне высыпать это ему на язык.
Я повиновалась. Рот открыть оказалось непросто — даже будучи в забвении Ниалл сопротивлялся. Но вскоре мне удалось зафиксировать его в стабильном положении. Арден высыпал брату на язык примерно половину порошка, после чего заткнул пробирку и убрал обратно во внутренний карман.
— Шейла… — сердито начал отец.
Он был единственным, кто возражал мне в этой семье. Учиться вдали от дома — нет. Есть мясо — нет. Ввязываться в неприятности — тоже нет.
— Папа, доверься мне.
Он хотел что-то сказать, но передумал и сжал и без того тонкие губы. Морщины на его лбу как будто стали еще глубже, пока меня не было дома.
Арден внимательно посмотрел на меня — в его зеленых глазах я увидела отчаянную решимость.
— Повторяй все, что я скажу, — попросил он.
В этот самый момент за окном пошел сильный дождь. Вода стучала по крыше, и эта музыка заставляла сердце биться быстрее.
Я кивнула.
Слова на древнем языке были знакомы: нас всех со школы учили истории. Само заклинание оказалось таким длинным, что я успела удивиться, как Арден до сих пор его помнил. Ему даже не понадобилось читать с листа.
— Для смерти еще не время, — закончил он на иртианском, и я на всякий случай повторила.
— Для смерти еще не время.
Звенящая тишина в комнате нарушалась только периодическими ударами грома. Время как будто остановилось. Каждая секунда стала часом. Я не посмела даже дышать.
И тут Ниалл вдохнул так глубоко, что его голова откинулась назад, а грудная клетка подалась вперед. Я торопливо прикрыла себе рот рукой, чтобы не разрыдаться.
— Спасибо, богиня, — прошептала бабушка Мэг.
За что именно она благодарила, я не знала. Брат закашлялся, сухие губы зашевелились.
— Из… — прохрипел он, не открывая глаз.
Мама заплакала. Из моих глаз слезы тоже хлынули с новой силой.
— И не вспоминай этого проходимца, — сердито прошепелявила бабушка, которая сразу поняла, о ком идет речь.
— Я позову его, — сказала я, вскочила с табурета и выскочила из дома, только чтобы привалиться к стене и дать волю эмоциям.
Десять месяцев я не знала, выживет ли брат. Десять месяцев фальшивых улыбок и попытки жить обычной жизнью. Я позволяла себе забыться, только когда рисовала. И… наверное, когда была с Арденом. Его присутствие заставляло хотеть жить дальше. Назло всем.
Скрипнула входная дверь, под дождь вышел Бирн. Он был растрепанный и помятый, как, думаю, и я сама. Но что-то в нем было такое родное и теплое, что я не смогла не ощутить надежду.
— Как ты? — спросил он серьезным тоном.
— Вроде жива. Что-то может проявиться не сразу?
 
Арден встал рядом со мной и посмотрел в небо.
— Я… что-то почувствовал. Нечто холодное, страшное, как и в прошлый раз. Тогда заклятие отскочило обратно в Героценту, а я остался невредим. Но чувство запомнил хорошо. Это такая пустота… Боюсь представить, каково ей теперь.
Арден впервые предстал передо мной не взрослым мужчиной, а молодым человеком, который только закончил университет и мечтал о том, что ждало его впереди.
— Спасибо, — сказала я ему после небольшой паузы.
— За что? — спросил он.
— За то, что я нашла тебя. Что судьба сделала тебя тем, кто мне нужен. Наверное, у богини действительно есть свой план, раз уж все так сложилось.
— Но без наших решений этому плану не сбыться, — заметил Арден, чуть заметно приподняв уголки губ.
— Как все сложно с вашими гаданиями. — Я стала рукавом стирать слезы, но с учетом дождя это было бесполезно.
— Ты знала, что принц Гран приехал в Саллем только ради тебя?
Я усмехнулась.
— Ты собирался отложить этот вопрос, учитывая, что мы оба могли не пережить колдовство?
— Так больше мотивации выжить, — слабо улыбнулся Арден.
Я накинула на голову капюшон и зашагала по брусчатке в сторону церкви. Каблуки застучали по камню. Только сейчас я начала чувствовать усталость и голод.
Арден вскоре нагнал меня.
— Куда мы идем? — спросил он, перекрикивая усилившийся поток дождя.
— За Измаилом! — крикнула я. — Его друг и…
…и человек, повинный в его состоянии. Договорить это я не сумела.
Я постучала в массивную деревянную дверь дома, перед которым стояли старые качели, где и я сама частенько качалась, когда была маленькой. Открыли мне почти сразу. Мать Измаила изрядно постарела — теперь почти все волосы были седыми. Она куталась в вязаную шаль.
— Доброй ночи, миссис Пэриш, — поздоровалась я. — Измаил до?.. — Но не успела я договорить, как Из появился за спиной матери.
Он похудел. От пышущего здоровьем веселого парня не осталось и следа. Темные волосы так сильно отросли, что ему бы не помешала стрижка. Да и синяки под глазами не добавляли красоты.
Как иронично, подумала я, что у настоящей виновницы этой дуэли наверняка не было никаких мук совести.
— Он очнулся, Из, — сказала я, и больше мужчине было не нужно.
Он в чем был выскочил на улицу, не замечая непогоды, и вскоре исчез в темноте.
— Слава богине, — сказала миссис Пэриш, глядя куда-то в пустоту.
— Слава богине, — отозвались мы с Бирном одновременно.
Обратно мы шли медленнее. Я хотела увидеть брата, но в то же время понимала, что должна дать время родителям, бабушке и Измаилу. Я тоже поговорю с Ниаллом и расскажу обо всем, что со мной случилось, но позже.
Дождь прекратился. Насквозь мокрые, мы продолжали идти обратно к дому в полнейшей тишине. И тут я что-то почувствовала.
Грудную клетку сильно сдавило, внутри как будто что-то лопнуло. Заклинание, догадалась я. Оно попало сначала в Ардена, а затем, похоже, прямиком в меня, где и осталось.
Я остановилась и поняла, что больше не могу дышать. Как рыба открывала и закрывала рот, но ничего не происходило.
— Шейла? Шейла, что случилось?
Но я не могла объяснить. У меня больше не было сил. Черная сущность антирринума уже обосновалась в моей крови. И как я могла подумать, что цветок смерти не возьмет свою плату?
Боль была невыносимая. Она растеклась по телу вместе с ядом от заклинания.
До меня с трудом доходили звуки собственного имени, но я уже плохо понимала, где я и что происходит. Колени подкосились, позволяя мягко — как мне казалось — опуститься на землю. А там меня ждали желанный сон и мягкая, уютная бесконечность.
*
За всю свою жизнь я ни о чем не жалела. То, что происходило со мной, всегда было результатом моих собственных действий. Я сама ткала собственную судьбу, что бы там ни говорили про навязанное свыше.