Любовь по предсказанию (СИ)

— Я смотрю, вы близки с нашим Арденом, — ответила леди Декстер.
Я понимала, что она не имела в виду ничего такого, но это «нашим» резануло слух. Кем приходились Бирну эти люди, что он вел с ними переписку и заезжал в гости?
Я вновь посмотрела на Героценту. Она была худенькая, почти прозрачная. Выражение лица ничего не означало.
— Да, я хотел бы, чтобы вы познакомились с Шейлой, — ответил за меня Арден. — Она прекрасная девушка и очень нравится моей семье.
Из которой я общалась только с его сестрой.
— Чудесно, чудесно. — Лорд Декстер защелкал языком.
Я не очень много общалась с представителями знати, из которых больше всего запомнился, конечно, принц Гран. В основном это были родители учеников или случайные знакомые. Поэтому я сейчас не очень понимала, о чем Декстеры говорят с Арденом. Он таким образом представил меня как свою девушку? Зачем?
— Мы рады, что у тебя все хорошо. — Леди Декстер передала служанке поднос с полупустой тарелкой.
Я посмотрела на поднос Героценты — она даже не притронулась к еде. Пока остальные продолжали обмениваться ничего не значащими фразами, я встала и подошла к Героценте, все еще стоявшей у окна.
— Привет, — сказала я, но она никак не отреагировала.
Тогда я вместе с ней посмотрела на улицу, где выглянуло небольшое солнце и было больше людей, чем раньше. Подобный вид успокаивал.
— Бринстон — красивый город, — произнесла я.
— Ничего. — Это было первое, что Героцента сказала вслух, поэтому я вздрогнула от неожиданности.
Я решила воспользоваться моментом:
— Мы сегодня ходили в ботанический центр. Ты наверняка там была. Куча растений: все орут, свистят, пищат… Я бы сошла с ума, если бы работала с растениями. То ли дело животные — они хотя бы милые.
— Кошки милые, — согласилась Героцента слабым голосом. Складывалось впечатление, как будто она вообще им особенно не пользовалась. — И белки.
— У нас в Саллеме в парке Генриетты куча белок! — закивала я с, возможно, излишним энтузиазмом.
— Белки переносят бешенство, — ответила Героцента, по-прежнему не поворачивая ко мне головы.
— Тогда мне, должно быть, крупно повезло. — Я засмеялась. — Я кормила их уже дважды на этой неделе.
— Когда он уйдет? — спросила она.
Сразу было понятно, о ком идет речь.
— Я не знаю, — засомневалась я. — Скоро.
Почему она не хотела видеть Ардена? Что такого произошло, что она теперь даже не смотрит в его сторону?
Я с трудом понимала, что происходит, когда Бирн вытаскивал меня на улицу. Мы не остались даже на десерт — наверное, чтобы не тревожить Героценту.
В голове было слишком много мыслей, и я не знала, с какого вопроса начать.
Бирн на своих ногах-ходулях успел уйти далеко вперед, так что пришлось в очередной раз его догонять.
— Арден, что с ней? — спросила я и не удивилась, когда он сразу не удостоил меня ответом. — Она больна?
— Можно и так сказать, — неопределенно ответил он, а затем почему-то добавил: — Мы собирались пожениться после окончания университета.
Пожениться? Хотя, наверное, меня эта новость не очень удивила. Арден подходил такой девушке, как Героцента. Несмотря на то, что у него не было никакого титула, он бы прекрасно вписался в семейство Декстеров. Она была красива и унаследовала бы состояние, а он был бы уважаемым профессором в своей среде.
Я сглотнула.
— Почему не поженились?
Арден посмотрел на меня краем глаза, чтобы проследить за реакцией.
— Я чуть не убил ее.
Думаю, у молнии сейчас было меньше шансов поразить меня, чем у этой новости.
— Что?
Мы вышли на аллею, где тут и там прогуливались люди и нелюди под сводчатой аркой из какого-то вечнозеленого растения. Арден наконец сбавил скорость.
— Мне повторить? — сухо спросил он. Тема явно не доставляла ему удовольствия.
Я попыталась заглянуть ему в глаза, но он успешно избегал меня.
— Нет, я и в первый раз все прекрасно услышала. Просто — что? Как это произошло?
— Антирринум, — вот был мне краткий ответ.
— И? — допытывалась я.
Я была так сосредоточена на том, что он говорит, что чуть не врезалась в идущего навстречу оборотня. К счастью, Арден вовремя выставил передо мной руку.
 
— Он вытягивает жизнь, Шейла. У тебя или у того, кого ты пытаешься вылечить. Думаешь, природа случайно создала у этого растения соцветия в виде человеческих черепов? Это предупреждение для идиотов и авантюристов типа меня. Но я ему все равно не внял.
— Что случилось? Зачем ты его использовал?
— Мы поехали на Вальскотту после объявления результатов экзаменов. — Арден остановился, чтобы пропустить женщину с коляской. — На место приехали поздно вечером, и Героцента настояла на том, чтобы мы пошли купаться после заката. В июне ночи еще холодные, поэтому вода оказалась ледяная. Я не полез, а вот Героцента… После того, как я перестал ее видеть и слышать из-за темноты, то забеспокоился. А когда нашел, было уже поздно. Жизнь в ней можно было поддерживать только магией, а я не практик, поэтому быстро истощил весь свой запас.
В какой-то момент Бирн набрался смелости и посмотрел мне прямо в глаза, отчего у меня вновь пошел мороз по коже. Он продолжил:
— Я раньше возил с собой разные травы. В то время меня особенно волновал антирринум. Я не раздумывая использовал порошок вместе с нужными заклинаниями. Не знал, получится ли. Но, можно сказать, получилось. Через неделю я пришел в себя, Героцента тоже. Присутствовали все наши семьи. Я почти сразу понял, что с Героцентой что-то не то. Я потом вел переписку с одним магоботаником. — Взгляд Ардена как бы говорил о том, что мне он эту фамилию никогда не скажет. — Он мне тогда сказал, что мне еще крупно повезло. — Он грустно усмехнулся. — Вероятность того, что заклинание срикошетит именно на меня, была гораздо выше. Но я по жизни счастливчик, как видишь. Или полный неудачник, если посмотреть на это с другой стороны. Сколько раз я проклинал себя, молил богиню, чтобы все это случилось со мной, а не с ней… Шейла, я клянусь тебе, неизвестно, что хуже: смерть или жизнь после антирринума. Кто знает, может, Героценту удалось бы спасти без этой травы.
Я коснулась его холодной ладони — сначала несмело, затем оплела ее пальцами. Арден никак не отреагировал.
— Ты сделал все, что мог, — сказала я, хотя понимала: та безграничная вина, с которой он живет, не уйдет из-за каких-то слов.
Бирн снова не мог на меня смотреть: его глаза увлажнились от подступающих слез. Еще никогда я так не хотела забрать чью-то боль себе.
— Пойдем, — сказал он. — Скоро начнет темнеть.
Остаток пути до гостевого дома мы проделали молча. Я заказала чаю, а Бирн уселся в кресле с книгой. Не уверена, читал ли он ее, но все равно не решилась беспокоить.
Когда на часах пробило девять, я встала из-за круглого кофейного столика и сказала:
— Я в душ.
— Угу.
— Арден?
Он в первый раз оторвался от своей книжки в коричневом переплете.
— Что?
— Ты отвел меня к Героценте, чтобы я передумала?
Он не моргнул глазом.
— Конечно.
Я подошла к нему вплотную, взяла книгу у него из рук, закрыла ее и положила на полку позади него. Арден за всеми моими манипуляциями наблюдал молча. Затем я наклонилась максимально близко к его лицу и оперлась руками о подлокотники кресла.
— Тогда, — произнесла я, смело глядя ему в глаза, — ты кое-чего обо мне не понимаешь.
— И чего же? — спросил он с вызовом, хотя я почувствовала за ним страх.
— Я никогда не сдаюсь.
— Шейла, я тебе уже объяснил. Это слишком опасно…
— Мне все равно, — отрезала я.
И это была правда. Возможно, я была глупая, безбашенная, легкомысленная и еще кучу других вещей. Но я не была слабой и всегда смотрела в лицо опасности, как сейчас смотрела в лицо Ардену.
— А мне нет. Я не смогу жить в ожидании, когда с тобой что-нибудь случится.
Я понимала, о чем он говорит.
— Но ведь есть шанс, что сработает, — заспорила я. — Есть вероятность, что ни в кого ничего не срикошетит? То, что произошло с Героцентой, это несчастный случай. Со мной будет по-другому.