Мой выбор (СИ)

— Тогда почему летаешь бизнес-классом?
— Девять часов с моим ростом в обычном кресле я не протяну. Исключительно поэтому.
— Значит, мне надо было лететь экономом.
— Нет, ты достойна лучшего, если бы в мире существовал мужчина лучше меня, я бы со скорбящем сердцем тебя ему отдал, но лучше меня нет. Так что …
— Значит отдал бы…
— Исключительно ради тебя.
Тут нас прерывает парень лет пятнадцати с просьбой о фото. Я вы ступаю в качестве оператора, хотя парень предлагал фото втроем, но я же понимаю, что на том фото я лишняя. Да и мне это не нужно. Я поняла, что я бы не выдержала постоянного внимания.
Смотрю, как к ним подтягивается еще молодая пара, уже фотографирую с ними. Сережа держится отлично, улыбается, дружелюбно отвечает на вопросы, мальчишке пожелал баскетбольного яркого будущего, да действительно, мальчишка ростом почти с Сергея.
Мы удаляемся в кафе, потому что люди вокруг стали оборачиваться, перешептываться. В кафе на него еще пялились какое-то время, а потом отстали.
— Скажи, а ты не устаешь от такого внимания?
— Да привык уже, да и не так много внимания, я же не певец, не актер, так что мало кто знает меня, эти немногие — любители баскетбола, наши люди, как я им откажу. Я и сам такой, когда на какой-то тусовке, в Нью-Йорке увидел Майкла Джордана, я как мальчишка, чуть не описался от счастья. И конечно подобрал момент, подошел и попросил автограф. Так что, прекрасно их понимаю.
Он в очередной раз меня восхищал своей мудростью, зрелостью и невероятным сердцем.
Объявляют посадку и вот мы уже в самолете. Первый совместный отпуск. Удобные кресла, полупустой салон бизнеса, пожилая пара и мама с ребенком, которому от силы год.
Так как она была одна, Сережа то и дело помогал ей, то сумку закинуть, то пустышку достать. Он выполнял все без раздражения. Потом и вовсе малышка попросилась к нему на руки, он без вопросов протягивает ей руки. Мама с опаской, но все же протягивает малышку, девочка начинает трепать его за брови, а мамаша, воспользовавшись моментом, юркнула в уборную. Милее картины, чем Сережа и Гарри я думала уже не увижу, но тут… Мое сердце приятно сжалось, я хочу, чтобы наш ребенок был у него на руках. До этого я ни разу не думала на эту тему, даже до встречи с Сережей, я не думала о детях, а тут меня пронзила мысль, что хочу от него детей.
— Как тебе? Не хочешь такую? — Сережа как игрушку протянул мне малышку. — Украдем ее, смотри какая спокойная.
— Дурашка ты. — Я все любовалась ими, а Сережа так ловко с ней управлялся, словно у него был опыт, он играл с ее пальчиками в сороку-ворону, щекотал, даже несколько раз понюхал ее, и чмокнул в лысую макушку.
Девчушка вцепилась в него и даже после того, как мама пришла не хотела уходить, видно, как матери было неудобно. Но Сережа всем видом показывал, что он получает не меньшее удовольствие, чем малышка.
— Она просто не может устоять перед моим обаянием, меня любят блондинки. — Он игриво подмигнул мне.
— Я сразу ее заберу, как вам в тягость станет.
— Вы что! Она просто чудо.
Малышка в какой-то момент прилегла на грудь Сережи и начала закрывать глазки. Я подала сигнал матери, и она забрал, та немного расстроилась, но пустышка быстро вернула спокойствие. Ребенок уснул. Я была в растрепанных чувствах после этой сцены с ребенком.
Прилетели в Бангкок, когда уже было темно, огни города завораживали. Этот жаркий, влажный воздух был приятен. Завтра у нас ещё один перелёт, а сегодня мы решили оторваться, забросили чемоданы в отель, переоделись и отправились самый крутой клуб. С порога нас поглотила атмосфера безудержное веселья, куража и развязных танцев.
Серж, как с недавних поря с тела его называть, на французский манер, отлично танцевал. Мы отдавали танцу и друг другу словно долгого и не простого перелёта не было. Мы пили только сок и воду, но настроение было, словно мы съели тонну колёс и палернули это всё кокосом. Мы открывались часа четыре, пока наши танцы не стали такими тесными и провокационными, что мы одновременно сказали: " Поехали в отель".
 
Там было все потрясающе, страстная любовь по всему номеру, мы просто начали с консоли при входе, а там уже использовали все поверхности и помещения. Это было потрясающе, это было очень откровенно, он говорил, чего хочет он, я говорила, чего хочу. Мы были более открыты друг другу, развратнее даже. Многое для меня оказалось в новинку, и легкий укол я получила, думая с кем или кто научил его всяким премудростям.
Очень удивилась, когда он сказал, что не любит оральные ласки. Когда его ласкают.
— Не понимаю я, ничего особенного в этом нет. Красиво, конечно, но не люблю.
Я восприняла это как вызов.
— А можно я попробую, я никогда этого не делала, не хотела, а теперь хочу. Хочу доставить тебе удовольствие.
— Ты и так доставила мне массу удовольствия.
Мне ещё пришлось его упрашивать, может это была уловка, я не знаю. Но от прикосновений руками он весь напрягаться, а уж как я стала спускаться с поцелуями ниже пупка, он совсем был как оголенный провод, его прошивало. Я намеренно оттягивала момент, распаляя его. Я проводила щекой по стволу, а сама целовала рядом.
— Ты точно не хочешь?
— Знаешь, ты умеешь убеждать. — Он так тяжело дышал, что я и сама распалялась не на шутку.
Тогда я вспомнила все что когда-либо видела или читала об этом. Не знаю, что он там не любил, но от моих прикосновений губами он начинал шумно дышать, иногда в голос. Я постепенно все глубже принимала его, наращивая темп, потом вспомнила про создание вакуума. И его пробила дрожь, он громко простонал и его семя оказалось у меня во рту.
— Извини, я не предупредил. — хриплым голосом он сказал, приподнимая мое лицо.
Я не знала, что делать, поэтому проглотила, читала где-то, то мужчина может расстроится, если выплюнуть сперму.
— Тебе понравилось? — С горящими глазами спросила я.
— Ты лишила меня невинности, я, если честно, не верил в эту затею, но это… — Он сделал вдох, взлохматил волосы и почему-то стеснялся на меня смотреть- Просто космос. Мне теперь интересно, кто тебя такому научил.
— Ты первый, никто не учил. Читала, видела. — Засмущалась я, будет теперь думать, что всем делала так хорошо.
— Ты у меня просто космос, я-то думал, сейчас я тебя буду развращать, покажу тебе настоящий секс, а тут ты, с таким напором.
— Ты мне и так, ещё тогда, показал, что такое секс. Я даже и не знала, что… ну… даже ты целовался умопомрачительно, не то, что секс.
Я не ожидала такой откровенности от себя, но это было правдой. Эта ночь для нас была действительно ночью открытий, мы становились ещё ближе, открывали свои сердца, свою душу, свои мысли друг другу.
— Я не помню, чтобы когда-то я кого-либо так хотел. Чтобы я такое физическое удовольствие получал от поцелуя или секса. Я тогда тебе в подъезде поцеловал, так чуть штаны не порвал. Я пытался унять стояк, но не мог, он даже болел, вот как я тебя хотел. А целуешься ты…ууух. Сейчас уже привык, а вначале голову сносило напрочь. Дышать потом не мог нормально, как астматик задыхался. И помню первый раз- он словно завис в воспоминаниях. — А еще потом без резинки. Это не описать. Наверное, тут не сравнить ни с чем. С тобой и анальный секс не нужен, ты там такая узкая, словно…не могу приличного сравнения найти. — Я безумно застеснялась от этих слов, эти откровения были не для моих ушей. Но я решила поддержать его откровенность.
— А ты очень крупным мне показался, когда ты первый раз… то я даже дышать не могла, настолько ты меня заполнил, я даже и не знала, что может быть так хорошо… А, когда ты там меня поцеловал, я не ожидала, так смущалась, но не хотела, чтобы ты заканчивал.
Про себя я думала, что он слишком хорошо это делал, опять укол ревности.
А он воспринял это как сигнал и пошёл в атаку, откинул одеяло, раздвинул мои бедра ногой, и только хотел поцеловать, как сработал будильник. Снова аэропорт. Тут перелёт был всего два часа. Дальше катер, ещё часа три мы пошли и мне уже становилось дурно, на море было волнение.