Драконья попаданка в Академии (СИ)

— Взз! — рассерженно бросили большим драконам маленькие дракончики, ощутив мое состояние.
Самый ласковый — Мирри — выгнулся с моего плеча, ткнулся мордочкой в щеку и преданно уставился мне в глаза.
— Др-пр! — воинственно сказал Барри… Борасу.
Но малыши замолчали, и повисла гнетущая тишина.
— Что-то ты долго молчишь, ректор, — усмехнулся Арстинар, глядя на то, как Борас, сверкая глазами, перекатывает язык во рту.
— Думаю, — коротко ответил Боря.
— Девочку нервируешь, — жестко сказал Арстинар. — Что, нравится резать ей руку по частям?
«Не руку! Сердце!» — промелькнуло у меня.
А Арстинар тут же многозначительно глянул на меня, хоть вроде ему сейчас не положено было читать мои мысли.
В общем, да, было очень тяжело и страшно. У меня и вовсе возникло ощущение, что сейчас, именно сейчас ключевой момент моей попаданческой истории. Только вот беда — я совсем не могу повлиять на ее исход! Все зависит только от Бораса.
Или…
А тут Боря вдруг сделал шаг и положил мне руку на плечо. Явно успокаивая.
— Я думал, — усмехнулся он в лицо Арстинару. — И не о том, о чем ты предполагал. Не о том, стоит ли мне отказаться от Ирины ради твоего предложения. Здесь мне все было ясно с самого начала, хоть, признаюсь, в первый момент меня и тряхнуло… — о чем это он, вздрогнула я. Сперва его тряхнуло, что не хочется отказываться от меня, с которой даже он признал некую загадочную связь? А потом все стало ясно? Но что тогда означает его рука на моем плече? Рука, от которой милые приятные мурашки разбегаются вокруг, прячутся и хулиганят подмышками. — Я думал о том, — Борас угрожающе понизил голос, — как прогнать тебя…
— Прогнать меня? — издевательски поднял брови Арстинар. — Ты забываешь о моих возможностях, мальчик.
— А ты не знаешь, какие возможности у Академии. Допустим, я, как минимум, могу перекрыть тебе вход в Академию. Могу обратиться в совет драконов и попросить о помощи. Между прочим, у нас ты вне закона, Арстинар, как бывший владелец байдори и пришелец из другого мира…
— Закона, который ты нарушаешь, покровительствуя Ирине…
— Да, такие у меня двойные стандарты, — хмыкнул Борас. — Тут уж как хочешь. Прогнать тебя. Или дать возможность выбрать Ирине. Мой-то выбор прост — я отказываюсь от твоего предложения, Арстинар, не отступлюсь от «девочки» — в смысле, не уступлю ее тебе — и дождусь, когда Ирина сможет отвести меня в другой мир — если она, конечно, согласится это сделать.
«Уфф!» — пронеслось у меня. Я облегченно выдохнула, и захотелось плакать. Оказывает, натянутая струна, что звенела во мне все это время, была куда жестче и острее, чем я думала!
Боренька… Молодец какой. Маленький мой хороший дракон… Тьфу, в смысле — большой. Все же я нужна ему сама по себе!
Я инстинктивно сжала ладонью руку Бораса, лежавшую на моем плече.
— Удивительно, — усмехнулся Арстинар, но я заметила, что на невозмутимом лице промелькнула досада. И вдруг рассмеялся: — А может, ты и прав, что так выгоднее. Своим нынешним жестом ты демонстрируешь девочке, что она нужна тебе без всяких путешествий. Неважно, правда это или нет — но она поверит тебе, ведь ты только что прошел такое искушение! И в итоге ты получишь все. Даму из высшей элиты Вселенной и безлимитный абонемент на путешествия в другие миры. Вместо единоразовой экскурсии, которую предлагал тебе я. Умен. Мыслишь перспективно, мальчик.
«А ведь может быть и так», — пронеслось у меня в голове. Но я тут же отбросила эту мысль, чтобы не рехнуться. Пусть драконы ведут свои многоходовки и упражняются в манипуляциях. А я, пожалуй, буду думать и действовать более прямолинейно.
— Может, хватит? — поморщилась я. — Борас, что ты предлагаешь мне выбрать?
— Полностью отказаться от сотрудничества с этим драконом, — легкий кивок на Арстинара. — Или принять что-то из того, что он предлагал лично тебе. Я против любых союзов с ним. Он слишком спокойно отреагировал на мой отказ. Вероятно, предполагал его. А значит, он так и не озвучил свои истинные цели. Мы все еще понятия не имеем, в какую игру он играет.
  
— Стоп! — подняла свободную руку я и снова поморщилась. — Давайте эту софистику без меня! Я поняла, я должна выбрать, буду ли я как-то сотрудничать с Арстинаром. Мой ответ… — я пристально посмотрела на старшего дракона, который, кажется, впервые, по-настоящему напрягся.
«Ого, а он волнуется, что я выберу, — подумалось мне. — Неужели ему действительно это так важно?»
И вдруг меня словно переключило.
— Прежде, чем я приму окончательное решение, — сказала я, подняв взгляд на Борю. — Я хочу знать — в конце-то концов — какая у те… у вас, магистр ректор, вторая цель в других мирах. Ее, похоже, знает и герцог, и Арстинор… Одна я не знаю.
Боря замер, как каменное изваяние.
Арстинор усмехнулся.
— Умная девочка, — бросил он. — Борас, не находишь, что при желании она переиграет нас всех?
— Нахожу, что это умный вопрос. Я тоже не стал бы делать ставку на кого-либо, не узнав всех подробностей, — жестко ответил Борас. Выдохнул и поглядел на меня с сомнением. Потом махнул рукой. — В одном из миров, что стояли на пути той «заразы», я бывал незадолго до трагедии. И там… — замолчал, сглотнув.
— Вззз-фр⁈ — нетерпеливо сказали ему байдори.
— У вас осталась невеста. И вы надеетесь, что она жива. И вы не можете успокоиться, пока не узнаете точно, — тихо и обреченно прошептала я.
Арстинар недобро рассмеялся. Ему явно нравился ход моих мыслей.
— Нет, — вдруг с досадой сказал Борас. — Это была простая девушка, не маг. Поэтому она как раз могла остаться в живых. Но она не была моей невестой! Просто девица из одного народа, где считалось, будто бы если дева из их селения проведет ночь с драконом, то селение получит благословение на долгие века и будет жить в благоденствии. Я гостил у них, и мне ее просто подослали ночью — дочь их старшины, весьма симпатичная…
— Устоять было невозможно… — издевательски протянул Арстинар. — Если ты не знаешь, Ирина — мы, драконы, весьма темпераментны. В его возрасте я, должно быть, тоже не отказался бы. Это сейчас мне совершенно неинтересен подобный детский лепет… Подумай об этом.
— Подождите, дайте дослушать! — поморщилась я.
Сейчас мне было совершенно наплевать, что Арстинар — какой-то древний опасный дракон. Он скорее раздражал, чем вызвал страх или трепет.
Эта драма между нами с Борасом. А этот коварный игрок пусть постоит в стороне!
— Пы-ы-х-др! — подтвердили мои слова дракончики, и это означало «действительно, помолчи!».
— Она так меня умоляла, — хмыкнул Борас. — Как я понял, если бы я отверг ее, девица никогда не смогла бы выйти замуж. Была бы признана порченной, недостойной… Но не в этом суть. Любой из вас может думать обо мне что угодно… Я был неосторожен, ведь мы, драконы, почти… не скрещиваемся с людьми. Только с некоторыми магами. А спустя несколько месяцев, когда я вернулся в то селение — просто по делам, то меня почитали, как божество. Девицу тоже — ведь она оказалась беременна, и все селение ждало, что у них родится свой собственный дракон. Я был в шоке. Лично проверил девицу — она действительно была беременна от меня. Как это могло случиться — понятия не имею. Возможно, какая-то особая игра генетики, потому что магии в ней было ни на грош. Мне нужно было понять, что делать с этим. Ведь дети драконов и других живых существ практически всегда рождаются полноценными драконами. Наша кровь полностью доминантна. Оставить сына — было уже очевидно, что родится сын — воспитываться в захолустье, не получить нужных знаний — было опасно для всех. Неконтролируемый дракон… не самое лучшее для любого мира. А отнять его у матери — жестоко…
— Да уж… — протянула я. Ситуация и верно сложная. «Получается, у Бораса где-то есть семья…» — подумала самая пессимистичная часть меня. В смысле та часть, что была склонна сразу отчаяться.
— Как вы понимаете, я… надеюсь, что понимаете, — Боренька с мольбой посмотрел на меня, — я не испытывал и не испытываю к этой девушке никаких чувств. Но, конечно, я склонялся забрать в свой мир и сына, и ее. Ведь я уже работал ректором и не мог просто так отправиться воспитывать ребенка в другой мир лет, допустим, на двадцать… Собирался создать им благоприятные условия, а со временем подыскать матери хорошего мужа, сына же вырастить полноценным драконом. Но не успел. Я был вынужден уйти оттуда по делам, а когда пришло время вернуться — как раз разразилась трагедия, о которой вы все знаете. Наш мир был закрыт. И мысль об этом ребенке скребла меня изнутри постоянно. Видишь ли, Ирина, они действительно оба могут быть живы. Она — потому что была обычным человеком. А сын — потому что еще не родился и находился в утробе матери во время трагедии.