Во славу Светлого Ордена
– Хорошо! – приняв решение, Аста кивнула и посмотрела Сайху в глаза. – Скоро я буду точно знать, куда направляется Рональд Кенайский, и сама отправлюсь следом за ним. Это мое дело и моя ответственность. Ну а ты со своими людьми можешь присоединиться к отряду. Условие одно: полное подчинение командору и мне. Если устраивает, то…
– Устраивает, – не дав ей договорить, пробасил Сайх. – Мы присоединимся к твоему отряду.
Произнеся это, телохранитель кивнул и направился к выходу. Аста вздохнула, допила отвар и, с трудом сдерживаясь, посмотрела в окно. Настроение резко улучшилось. Этот варвар, возможно, был послан ей самим Отрисом. Да, не все так радужно, но она знает, что делать и в каком направлении двигаться! Это главное, остальное неважно.
Решение принято. Осталось обговорить детали похода с Моне. Этим она сейчас и займётся.
До кабинета магистра она в этот раз добралась за пару минут. Обдумывать предстоящий разговор по дороге не было смысла. Все ведь понятно и так, а вот время безвозвратно уходит. Бастард уже рядом с границей, но в Погань пока не заехал. Что-то его там задержало. Нет, она понимала, что быстро догнать Рональда вряд ли получится, но, если не поторопиться – разрыв увеличится, а связующая Нить скоро может исчезнуть.
Кивнув поприветствовавшему ее помощнику коменданта, Аста взбежала на четвертый этаж, зашла в приемную и вопросительно посмотрела на Якова.
Секретарь сегодня выглядел так, словно не спал несколько суток. Скорее всего, так и было. Магистр, очевидно, не сомкнул глаз с того поганого дня. Ну а всем, кто рядом с ним, оставалось только терпеть.
Ей со своего места сложно представить, какие процессы запустила смерть племянника Императора. А вот Моне представляет это прекрасно, потому что за эту смерть в первую очередь спросят с него. Впрочем, магистра можно подвинуть только на Генеральном капитуле Ордена, а это будет очень непросто. Ему ведь есть что сказать братьям в свое оправдание.
– Здравствуй, лера, – Яков изобразил на лице улыбку.
– Добрый день, – Аста улыбнулась в ответ и, кивнув на дверь, поинтересовалась: – У себя?
– Да, – секретарь кивнул. – Они как раз собирались отправлять за тобой посыльного.
– Они? – Аста недоуменно поморщилась. – А кто там сейчас у магистра?
– Аббат Фарис, – Яков вздохнул и опустил взгляд. – Он не очень хорошо себя чувствует, поэтому ты уж постарайся его не волновать.
– Да, конечно, – Аста кивнула и потянула на себя ручку двери.
В кабинете все оставалось по-прежнему. Массивный письменный стол, кресла, шкафы, ковер и одуряющий запах, исходящий от четырех синих пальм. Все так, и в то же время не так… Краски вокруг словно поблекли, а в воздухе чувствовалось напряжение. Ну да… Хороших новостей тут в последние дни не случалось, но она сейчас всех подбодрит. Свет впереди уже виден! До него только нужно дойти.
Рихард Моне сидел за столом, аббат – на своем месте, в кресле у книжного шкафа. Большие темные синяки под глазами магистра свидетельствовали о том, что она была права в своих предположениях относительно сна. Фарис же походил на покойника. И без того бледная кожа у него приобрела сероватый оттенок, черты лица заострились. Под мантией просматривались повязки, левая рука – на перевязи, взгляд спокойный, но даже сложно представить, какую аббат испытывает боль. Казалось бы, мог мирно лежать в лазарете под присмотром целителей, но над Джартой сгущаются тучи, и он здесь. Духовный лидер… да… Городу с ним повезло…
– Здравствуйте! – Аста поздоровалась с порога и, повинуясь жесту магистра, уселась в свое любимое кресло.
Некоторое время в кабинете было тихо. Моне молчал, вероятно, собираясь с мыслями, аббат изучал ее взглядом. Наверное, стоило поинтересоваться его самочувствием, но у сильных мужчин подобные вопросы ничего, кроме раздражения, не вызывают. Всем ведь и так все понятно. Поэтому лучше промолчать и постараться не смотреть на него с сочувствием.
– Судя по всему, наша ищейка встала на след, – глядя на нее, с улыбкой произнес Фарис. – И даже страшно подумать, чего она такого задумала.
Голос его звучал как обычно, и это слегка успокаивало, а вот с эмоциями – провал. Их она скрывать пока что не научилась. Хотя от аббата что-то утаить было сложно. Он все равно все заметит. Даже если прикрыть лицо тряпкой, как это делают некоторые южанки.
– На след? – Моне вздрогнул, нахмурился и посмотрел на приятеля.
– Ага, – Фарис кивнул на Асту и с иронией в голосе добавил: – Ты посмотри на ее глаза. И сидит, словно на углях. Уже собралась куда-то бежать, но понимает, что мы ее просто так не отпустим.
– Разберемся, – магистр наконец откинул в сторону свои тяжкие думы и, переведя взгляд на кирию, произнес: – Мне уже доложили, что бастарда вы упустили, а в городе появилась бесовка.
– Да, – Аста кивнула. – Бастард сбежал, и бесовка тоже, скорее всего, покинула город. Тварь убила последнего свидетеля разговора между алхимиком и Рональдом, и в городе у нее дел, думаю, не осталось.
– А что по демону? – без особой надежды в голосе поинтересовался аббат. – Как приговоренный смог призвать такое чудовище?
– Освальду Харди помог кирх, – Аста опустила взгляд. – Бес обернулся мной и остановил конвоиров, когда они вели арестованного в камеру после допроса. Не знаю, что там произошло: конвоиры стояли в стороне и не слышали разговор, – но случилось то, что случилось. Перед казнью Освальд Харди о чем-то переговорил со своим господином. Из свидетелей того разговора в живых остался только Рант Фарли – солдат из комендантской сотни охраны. Его и убила бесовка…
– М-да… – Моне устало вздохнул и посмотрел на аббата. – Наступают тяжелые времена, хотя, казалось бы, куда уже хуже… В мире появилось чудовище… Агир полыхнет со дня на день, среди братьев зреют сомнения, и еще эта бесовка… Самое неприятное, что я не понимаю происходящего. Рональд Кенайский, бесовка и демон… Как связаны эти трое? Или никакой связи нет? Мне кажется, если мы это поймем, то…
– А мне кажется, что нужно наконец дать слово госпоже дознавателю, – переведя взгляд на кирию, с иронией произнес аббат. – Уверен, она что-то придумала.
– Да, – Аста кивнула, – но я пока не знаю, как связаны демон, бесовка и сбежавший преступник. Есть несколько предположений, но это только мысли, не больше. Однако я могу выследить Рональда и точно знаю, что он направляется в Сарн.
– И что это нам дает? – Моне вопросительно приподнял правую бровь. – Думаешь, он едет встречаться с демоном?
– Не знаю, – Аста покачала головой, – но собираюсь это проверить.
– И как же ты собираешься это проверить?
– Поеду следом за ним, – Аста легко пожала плечами. – Там на месте и разберусь.
При этих ее словах в кабинете повисла мертвая тишина. В глазах обоих мужчин появилось участие. Так смотрят на тяжело больных и тех, кто не в ладах с головой. К этому Аста и вела. Скажи она обо всем сразу, и сказанное не возымело бы требуемого эффекта. Сейчас же, когда проблемы ненадолго забыты, а внимание наставников сфокусировано на ней…
– Тебе нужно отдохнуть, дочка, – поморщившись от боли, негромко произнес аббат. – Все мы очень нелегко пережили последние дни…
– Не нужно мне отдыхать, – Аста покачала головой и улыбнулась. – Вчера я разговаривала с Аделлой. Это она наказала мне отправиться в Погань.
– Вон оно, значит, как… – Фарис усмехнулся и снова поморщился. – Ты знаешь, я почему-то не удивлен.
– Так! – магистр, до которого наконец-то дошел смысл сказанного, хлопнул ладонью по столу и дернул висящий за спиной шнурок, вызывая секретаря. – Сейчас Яков принесет нам отвар, и ты расскажешь обо всем. Начиная с казни и заканчивая сегодняшним днем. Подробно, со своими выводами и предположениями.
Отвар был горячим, душистым и одуряюще вкусным. Сладости Яков принес только ей, и Аста поймала себя на мысли, что вновь чувствует себя маленькой девочкой. В те страшные дни после потери родителей аббат часто ее навещал. Приносил конфеты и сушеные фрукты. Сейчас такая же безысходность и неуверенность в будущем, но та девочка выросла. Поддержка нужна не ей, а тем, кто ее когда-то поддерживал, и она сделает все, чтобы им было чуть легче.