Ревизор: возвращение в СССР 24 (СИ)
– Ну, я о чём-то таком и думал, – согласно покивал головой Шанцев, а сам вспомнил свой разговор с Ахмадом, когда тот убеждал его никуда не ходить на эмоциях, а сначала собрать на Вагановича факты и улики. – Но, поймите меня правильно, я должен был что-то сделать, получив это письмо. Это же мой родной коллектив, столько лет бок о бок…
– Понимаю, – сочувственно посмотрел на него Лукьянов.
***
Москва. Лубянка.
Полковник Воронин собрал своих сотрудников по теме «Скворца». С сожалением выслушал доклад майора Муравьёва о том, что прослушку в квартире Эль Хажж поставить пока что не представляется возможным. Все трое проживающих в квартире живут в индивидуальном режиме. Девушки, Диана и Аиша, учатся в разных учебных заведениях. У них началась экзаменационная сессия, уезжают они из дома в разное время и отсутствуют недолго. А Фирдаус Эль Хажж работает в ливанском торгпредстве, но рабочего графика вообще не имеет. Может целый день дома провести, а может всё воскресенье в офисе проторчать. Предсказать что-то по этой квартире практически невозможно.
Зато капитан Румянцев откопал в окружении агента «Скворца» по месту жительства ее брата, Григория Гончарова, офицера ГРУ, которого сняли с загранкомандировок за аморалку. И уже разузнал, что он часто бывает в компании Павла Ивлева. А к брату периодически наезжает «Скворец».
Вот это уже ближе к теме, – подумал Воронин и велел начать разработку подполковника Гончарова.
***
Вернувшись домой, поспешил с голодухи на кухню. С утра как уехал, так только до еды добрался.
– Это у тебя поздний обед или ранний ужин? – подколол меня Загит.
– Это у меня два в одном, – рассмеялся я.
Позвонил вдове насчёт гаража, хорошо, застал её дома, сказал, что сосед готов выкупить, если что. И что сам он не из милиции, еще студент, но отец его целый милицейский генерал, и как раз подарил ему свою старую Волгу. Она задумалась, торопить её не стал, попросил записать мой номер телефона.
Заглянул к своим мальчишкам на полчасика и поехал на тренировку. Пригласил к себе на праздник в воскресенье всех, Мартина, Мишу Кузнецова, Сатчана с Риммой, Марата.
– А можно я с Аишей буду? – забеспокоился Марат.
– Я её уже пригласил, – ответил я. – Парни, если вы с девушками придёте, я только за.
Мартина попросил Альфредо от меня приглашение передать, сам ещё забегу, приглашу, но, чтобы он уже в курсе был и ничего не планировал через воскресенье. Стремно немного, иностранцы все же, а у меня прослушка, но, когда столько народу соберется, авось шуметь будем так, что при расшифровке разговоров и не поймут, кто вообще собрался. Риск определённый, могут снова начать мне лекции читать в Комитете, но не позовешь – ребята обидятся точно. Да и Эмма в любой момент может спросить, как у иностранцев, отданных ей под мой патронаж, дела. Будет хоть что рассказать…
***
Москва. Мастерская металлоремонта.
– Не дави сильно на натяжок, клюшкой работай, – учил Иван Андреевич Диану, сидевшую перед личинкой замка, зажатой в тисках.
– Тут тренировка нужна, – заметила Мария Юрьевна, внимательно наблюдавшая за Дианой, – как и в любом деле.
– Дайте мне это домой, – попросила Диана, почувствовав, что начала уставать.
– С ума сошла?! – воскликнула капитан Артамонова. – Что твой муж подумает?
– Отбрешусь как-нибудь, – раздражённо ответила её подопечная.
– Заодно и проверишь, любит он тебя или нет, – хитро посмотрел на неё старый медвежатник.
– Это как? – выпрямила уставшую спину Диана.
– Если сделает вид, что поверил, значит, любит, – рассмеялся он.
***
Глава 19
***
Москва. Мастерская металлоремонта.
Ага, если сделает вид, что поверил, значит, любит, – мысленно передразнила капитан Артамонова старого медвежатника. – Если он сделает вид, что поверил, точно, чей-то агент! Только «Скворца» перед ним скомпрометируем… Хотя, если он не совсем бесхитростный, может уже и так обо всём догадаться. Диана не выглядит, как человек, способный что-то долго скрывать от мужа. Бесхитростная уж очень…
– Нет, Диан, мы не будем так рисковать, – решительно заявила она. – Устала – лучше передохни. Давай я пока поковыряюсь, навыки освежу. А Иван Андреевич тебе расскажет, как себя вести и что делать, если тебя арестуют за рубежом.
– А меня за кордоном не арестовывали, откуда я знаю, что там надо делать? – развёл руками тот. – Хотя, прошедший наши университеты жизни и там не пропадёт. Ну, слушай, девонька… Первое правило зэка «Не верь, не бойся, не проси».
– Ну, не верь и не бойся это понятно, а почему не проси? – уточнила Диана.
– Потому что должен будешь, – серьёзно взглянул на неё Завьялов, – в зависимость попадёшь, а что взамен попросят, одному чёрту известно. И долг не отдать нельзя, накажут. Изобьют или и вовсе, зарежут.
Диане стало совсем неуютно, она судорожно сглотнула и это не укрылось от внимания старого мастера.
– Конечно, лучше не попадать в места не столь отдалённые, – проговорил он. – Так что слушай про то, что действительно важно для этого. Что бы тебе на допросах не предъявляли, всё отрицай. Даже когда у них, казалось бы, доказательства на руках есть. Главное, не паникуй. Отпечатки твои где–то нашли? Вспомни, когда могла их оставить без участия в криминале, не можешь вспомнить, придумай. На допросах они любят подловить, – покосился он на капитана Артамонову, но та ковырялась с личинкой замка в тисках и делала вид, что не слушает их разговор. – Допросам их специально учат, там у них столько хитрых приёмчиков...
– Каких? – спросила Диана.
– Ну, к примеру, очень любят помариновать перед допросом, нервы помотать. Начнут допрос, а потом изобразят – их, якобы, вызвали куда-то, а ты сидишь, ждёшь и переживаешь. А когда все нервы себе истреплешь, вот тут они и нагрянут с расспросами, да как насядут… Так что мой совет – не переживай, вообще, что куда-то ушел тот, кто допрашивает. Эта сволочь сидит в соседнем кабинете, чай пьёт и лясы точит с кем-нибудь. Чтобы это прекратить, сиди спокойно или подремли, пока возможность есть, а то они любят спать не давать. Захотела в туалет, постучала в дверь, там всегда охранник есть, он тебя проводит.
Диана кивнула. Она старательно ловила каждое слов. Довольный ее вниманием старик продолжил:
– Начнётся допрос, соблюдай спокойствие, с ответами ни в коем разе не спеши. Они любят уверенно говорить о чём-то, а у самих часто ни фактов, ни улик… О всякой ерунде могут расспрашивать равнодушно, ты расслабишься, а он так между делом что-то важное спросит, а ты ответишь на автомате. Это всё так специально делается! Иногда, наоборот, начинают быстро-быстро вопросы задавать, подумать не дают… Так ты не спеши с ответами, не поддавайся этому ритму, свой навязывай, неспешный. На любой вопрос – думай! Молча! И пока не будешь уверена в ответе, рот на замок! Или вот еще тактика у них есть хитрая. Некоторые рассказывают о своих проблемах, сочувствие пытаются вызвать, а потом говорят, помоги мне, а я помогу тебе. Не верь! Это всё их приёмчики, и проблемы их не настоящие, а из учебника…
Диана сидела и слушала, открыв рот. Пашка говорил ей, что профессиональные разведчики все сплошь и рядом работники посольств, если что, им, в худшем случае, высылка из разведываемой страны грозит. А тайным агентам дипломатическая неприкосновенность не светит, будут сидеть долго, в случае провала, и упорно, пока не обменяют…
***
Москва. Квартира Ивлевых.
Шанцев заехал в гости буквально на сорок минут. Аполлинария стол заранее накрыла, поздоровалась радостно и прошла внутрь в ожидании гостя. Ахмад вышел встречать, а сам мнется – одно дело Шанцев был директором, а теперь он первый секретарь, за целый город отвечает. Правильно поняв причину заминки, Шанцев сам шагнул к нему и сердечно обнял, только после этого Ахмад расслабился. Шанцев при личной встрече почувствовал, что его прежние претензии к Ахмаду, что бросил и сбежал, куда-то испарились. К его собственному удивлению. И когда? Скорее всего, после эпизода, когда на него бандиты по наводке Вагановича напали. После этого он подумал, что, в принципе, Ахмад по-умному поступил, что уехал. И не только так подумал, но и сердцем принял это решение друга, что первоначально его так задело, и обижаться перестал.