Диабло для дьявола (СИ)

Так мы и поступили. Уложили персонажей спать, пообедали, немного отдохнули и вернулись в игру.
Капитан Круфт важно стоял у штурвала и лениво крутил его то чуть-чуть влево, то обратно — вправо. Треуголка трепетала на ветру, из-под широкой улыбки сверкал золотой зуб. В новой графике он выглядел очень эпично.
— Выспался, Миша? — выкрикнул он, увидев, что я подбираюсь к нему.
— Ага. А долго нам плыть еще, капитан Круфт?
— Зависит от ветра, — с важностью ответил он. — Но на вскидку еще часа два.
— И чем нам можно заняться это время?
— Чем пожелаешь, Миша. Хочешь спи, хочешь ешь, хочешь смотри за борт. Тут только море, так что особых занятий не найти.
— А рыбачить-то тут можно?
— Если есть удочка, то да, — кивнул Круфт.
Я пожал плечами, давая понять, что никаких рыболовных снастей при себе не имею. Капитан усмехнулся.
— Тогда можешь сделать удочку. На нижней палубе есть верстак. Рядом сундук с разным барахлом. Если решишься, то знай, удочку забрать нельзя, она останется на «Соленой капле».
Последнее заявление слегка расстраивало, но главное-то другое. Я наконец мог применить свой самый мощный параметр — Талант. Он должен развиваться вдвое быстрее обычного, и, очевидно, мне СТОИЛО развивать его.
Вероника осталась наверху, а я пробрался на самую нижнюю палубу и обнаружил обещанный верстак. Слева стоял большой сундук, я клацнул мышкой и смог выбрать из него «длинный прут», «леску», «стальную нить», «пробку». Пожалуй, то, что надо для удочки. Я положил все это на верстак.
Ничего не случилось…
Попробовал разложить в правильном порядке. Как только леска оказалась на кончике прута, возникло диалоговое окно:
«Соединить компоненты?».
При этом не было указано, что из этого выйдет. А еще не было вариантов ответа. Но самое интересное, и поля ввода для ответа тоже не оказалось. До меня дошло, что мое общение с Гарольдом и Круфтом тоже прошло без окон.
— Да, — произнес я, чувствуя себя идиотом.
Но всё получилось. Леска прикрепилась к концу прутика. Примерно таким же образом я сделал крючок, прикрепив стальную нить ко второму кончику лески. Большая часть нити при этом сохранилась.
Наконец, когда я приложил пробку, на верстаке появилась удочка. Я чуть подумал и снова принялся рыскать в сундуке. Директор все-таки сильно помешан на реализме. К счастью, нашелся и кусок свинца. Капельку от него я установил между крючком и пробковым поплавком. Теперь точно готово.
«Внимание! Вы получили новый навык: Ремесленник. Значение навыка Ремесленник: 1».
Теперь при наведении мышкой появлялась надпись:
«Обычная удочка, особых характеристик нет».
Вдохновленный появлением нового навыка, я решил повторить успех и сделал вторую такую же удочку. Теперь, понимая механику крафта, все получилось быстро, и я получил новые достижения:
«Уровень таланта вырос: +1, общее значение: 5».
«Навык ремесленника вырос: +1, общее значение: 2».
Я понял, что «Ремесленник» — навык, зависимый от параметра «Талант», а значит, чем больше становится талант, тем более крутой я ремесленник. Но пока я не очень понимал, в чем это выражалось. Смогу крафтить быстрее? Созданные вещи будут круче? А может, и то, и это?
Многое предстояло узнать. Но пока что я взял две свежеизготовленные удочки и поднялся на верхнюю палубу. Вероника изнывала от скуки.
— Как долго ты, — пожаловалась она. — Не получалось что ли?
— Пришлось разбираться, — объяснил я. — Между прочим, тебе тоже стоило бы заняться крафтом.
— Ага! Сейчас-ка! — возмутилась Вероника. — Я орк. Мы, орки, — воины, а не подмастерья.
— Ерунда. Есть куча игр, где орки умеют трудиться, например, на кузне или в шахтах. А здесь, не забывай, у тебя, как и у меня, самый мощный параметр — Талант.
— Ладно… Потом, — отмахнулась она.
Я вручил ей одну удочку, и мы попробовали рыбачить. Крючок исправно нырял за борт. Я мог видеть поплавок, но о рыбе пока и мечтать не приходилось. Я сразу понял, что опять вездесущий реализм. Хочешь рыбачить — будь любезен, приготовь наживку.
 
На ум приходили черви. Но где ж их взять-то?
Зашел в инвентарь и уставился в хлебный батон. Пожалуй, многовато за возможность поймать рыбку. Попробовал приладить его к крючку — безрезультатно.
Тогда я начал кликать по хлебу в инвентаре.
«Разломить батон на две части?».
— Да, — пробормотал я. Батон разделился.
Таким же способом полбатона распалось на «ломтики», а те, в свою очередь, на «кусочки». Кусочки охотно цеплялись за крючок.
— Есть! — воскликнул я, вытащив первую рыбёху.
— Не кричи! Рыбу распугаешь, — рассмеялась Вероника.
На ее крючке трепыхалась точно такая же добыча: крупная, серебристая с темными пятнами.
— Лосось, — констатировал стоящий рядом Круфт.
К прибытию наши рюкзаки забились лососем до отказа. Мы сошли с трапа. Круфт, почему-то облаченный теперь в меховую куртку, вышел следом.
«Урон от холода: −1 очко здоровья».
Ага! Теперь ясно, почему переоделся капитан. Вокруг было бело, завывал ветер, падал снежок. Вдали от пирса виднелись одноэтажные домики, еще дальше здания повыше и шпили башен. Все было покрыто инеем. На острове магов царила зима, и без соответствующей одежды холод потихоньку убивал.
Появилось окно предупреждения:
«Внимание! Вы находитесь в морозном климате и можете получать урон от холода. Защититься можно: войдя в помещение, надев утепленную одежду, используя магическую защиту от холода».
— Надеюсь, это не каждую минуту будет, — пожаловалась Вероника.
— А что? У орков нет иммунитета к морозу? — поинтересовался я.
— А с чего бы? И, кстати, ты тоже минусуешься на холоде?
— Увы.
— Тоже мне пушной зверек, — рассмеялась моя подруга.
— Эй! Капитан Круфт! — послышался басовитый голос.
В нашу сторону спешил человек. Он был одет в лохмотья бродяги. На голове черные кудри, на лице пушистые усы.
«Да это же игрок», — догадался я.
— Чего тебе, Центурион высшего ранга? — отозвался наш капитан.
— Центурион? — переспросил я, не в силах сдержаться.
Мужик, остановившийся прямо перед Круфтом, бросил на меня взгляд, но не ответил и обратился к капитану:
— Забери меня отсюда, а?
— Проезд стоит денег, Центурион высшего ранга.
— Почему ты так называешь его? — не унимался я.
— Потому что это его ник, наверное! — усмехнулась Вероника.
Черт его за хвост! Мне и самому следовало догадаться, что некоторые личности любят придумывать в играх идиотские имена.
— У меня нет денег! — угрюмо произнес Центурион.
— Нет денег — нет поездки — нет сделки. — Круфт пожал плечами.
— Я отдам потом!
— Займами не занимаюсь, не банк, — отрезал капитан.
— Да был я в банке. Они тоже не дают. Сказали, неплатежеспособный.
«Вот ведь идиот», — мысленно усмехнулся я.
— Тем более, — подтвердил мою догадку Круфт.
— Ну дай хоть еды и теплую одежду! Я же замерзаю и голодаю! — взмолился игрок.
— Я что? Похож на подателя?
— Ууу! Будь ты проклят, капиталист вшивый! — Центурион развернулся.
— Тебе еда нужна? — спросил я.
— Ну а что? По мне не понятно, да?
— Могу предложить рыбу. Будешь?
— Бесплатно?
— Ага.
Я извлёк из рюкзака двух лососей и подошёл к Центуриону. Кликнул по нему. Тот, вероятно, сделал то же самое, так как открылось окно бартера. Я скинул ему одного лосося и закрыл торг.
Вторую рыбину я планировал слопать самостоятельно, но, к счастью, не успел. Центурион, который уже проглотил мое подаяние, извергся истерикой:
— Ты совсем идиот? Ты что наделал⁈
— Чего? — удивился я.
— Эта рыба немного утолила голод, но минуснула очки здоровья. Я и так умираю. А ты!
— Ну так и умри тогда, — огрызнулся я. — Тоже мне проблема. Тупо переродишься и всё.