Лучший друг моего брата (СИ)

— Никит, — через гул в своей голове слышу женский голос. Но не обращаю ни какого внимание. Мне по хуй. Сейчас мне это нужно меньше всего. Я хочу просто побыть один.
Но настойчивая девка трогает меня за плечо. Не глядя, вяло скидываю руку с себя. Мне становится мерзко. Только одному человеку позволено трогать меня. И это моей любимой девочки, перед которой я так виноват.
— Никит — жалобно скулит
Господи! Неужели непонятно. Что ей не рады. Ну вот что за идиотка?
Сижу в той же позе, пока это дура не начинает гладить меня по груди и будто случайно задевает член. Который спит. Хотя ему раньше хватало и таких прикосновений. Но сейчас меня начинает тошнить.
Сильно хватаю ее за руку, возможно даже оставляю синяки. Но мне по хуй. Она взвизгивает. Я поднимаюсь, зло смотрю на девчонку. Которая учиться с моей Ксю. И ту которую я трахал пару раз. А лучше бы этого не делал. Та ещё прилипала.
— Ты большая? Съебись! — кричу что есть силы. Выплескивая всю злость, а ее у меня сейчас очень много. Она вздрагивает, пытаясь вырвать руку из моего захвата.
Даже понимая, что ей больно, не отпускаю.
— Ты с первого раза не понимаешь? Ещё раз рядом с собой увижу. Лучше меня послушаться. И не знать, что я тогда сделаю. Поняла? — снова кричу. Та начинает трясти головой.
Знаю, что делаю ей больно. Но она должна понять, что я ублюдок и со мной лучше не связываться. Она не любит меня, девчонки просто захотелось лучшей жизни.
Знаю я таких. Много повидал. Они думают, если трахаться с богатым мужиком. То это сделает их жизнь лучше. Ненавижу таких. И эта должна понять, что ей ничего не светит.
— Не слышу! — рычу на испуганную девчонку. Та начинает кивать. Страх в ее глазах отрезвляет меня. Ослабляю захват, но не отпускаю.
— Да — пищит.
— Эй, Никитос! Хватит! — Макс подходит, тянет мою руку, чтобы я отпустил напуганную девушку. — Она тебя поняла. — Хлопает меня по плечу. Когда я освобождаю ее. Та быстро, что позволяют высокие каблуки, убегает, не оглядываясь, потирая руку. Да, точно. Перегнул. — Что с тобой, друг?
— Ничего — Сажусь за столик. Из горла вливаю в себя вискарь.
— Я же вижу. С Ксюхой поссорились? — Мотаю головой.
— Она. Потеряла ребенка. Моего. — шепчу и снова пью. Не хотел говорить. Но понимаю, что если не выговорюсь, то крыша точно съедет. Уже окончательно.
— Что? — кричит друг. Смотря на меня с комичным выражением лица. В другое время я бы посмеялся. Но это не тот случай, где хочется улыбаться.
Только бить и крушить все во круг. Как я это сделал с комнатой Ксю. Что же я натворил? Не хотел пугать ее. Но эмоции взяли вверх.
— Когда?
— Четыре года назад. На вечеринки по случаю моего отъезда. Я тогда пьяный был в жопу. И не помню как мы с ней переспали. Она тогда забеременела. И не знала этого. Случился выкидыш. Я сука, даже не помню того вечера — Кричу и осушаю бутылку.
— Мужик, я сочувствую. И что Ксюша? Выгнала?
— Если бы. Хотя бы не так паршиво от себя было. Нет, я сбежал. Испугался и наговорил дерьма. — Закуриваю, хотя от этой привычки отказался. Но сейчас мне это необходимо. — Мне нужно к ней. — Тушу сигарету и быстро вскакиваю. Только меня начинает вести. И если бы не Макс, который схватил меня за толстовку. Я бы свалился прямо на стол.
— Друг, это не удачная идея. Ты сейчас пьяный. Лучше утром. И обо всем поговорите — предлагает друг, держа меня за плечо.
— Нет, сейчас. Хочу к ней. — Делаю пару шагов на выход. Друг догоняет меня.
— Ладно, тебя не отговорить. Давай подвезу. — Выходим на улицу. Холодно. Я в одной толстовке. Курта в машине. Оставил ее. Зная, что нажрусь.
— Где твоя куртка?
— В машине. Я на такси сюда приехал.
— Блять, а зачем разделся?
— Да хуй его знает. Как ты узнал, где я?
— Это твоё любимое место. На звонки ты не отвечаешь. Мне Кирюха позвонил. Сказал, что не знает где ты. И не может дозвониться. Я вспомнил, где частенько бываешь, — отвечает Макс, и мне тут же становится в двойне хуевей.
Я думал, Ксю просила. Телефон в тачке остался. Но, видимо, она не звонила даже.
 
Уебок, Вот кто я.
— Давай залезай, а то яйца отморозишь. — смеётся Макс. Киваю и мы садимся в машину.
По дороге меня ещё сильнее развозит. Не понимаю, что говорит друг. Засыпаю. На кочке, открываю глаза. Осматриваюсь. Мы приехали. Макс помогает мне выйти из машины. И практически тащит меня. Ругая и кряхтя. А я даже помочь не могу.
До чего же надо было нажраться. Дурак.
Краям уха слышу голос Ксю. Она возмущается, но помогает довести меня до кровати. Плюхаюсь. С меня снимают ботинки и джинсы. Макс, что-то говорит, но я его не понимаю. Сон манит. Я не спал двое суток.
— Прости меня, малышка. Я еблан. Не должен был уходить. Прости. Я очень тебя люблю. — Мычу в подушку.
— Спи, поговори потом.
Я думал, она меня не услышит. Я даже бы сам себя не понял. Не могу больше ничего сказать. Меня уносит, и я вырубаюсь.
Глава 32
Ксюша
Меня трясет. Хочется плакать, кричать, ненавидеть. Меня словно на изнанку вывернули. Голова до сих пор гудит. И не могу до конца осознать.
Когда захожу в квартиру. Тяжело дышу, начинает мутить об услышанном. Вздыхаю полной грудью и готовлюсь к самому главному разговору на сегодня.
Никита уже проснулся. Сидит на диване, опустив голову на руки. Уверена, ему сейчас хренова. Его не было видно два дня. А потом его принес Макс. Именно принес, по другому я назвать это не могу. Он не стоял на ногах. Ели выговаривал. Вот таким я его видела только в тот день, четыре года назад. На тумбочке оставила ему таблетки и ушла на пары. Откладывать разговор больше нет смысла. Сейчас мне все ясно и понятно.
Когда слышит, как хлопает дверь. Поднимает голову и резко вскакивает. И идёт по мне.
— Привет- Пытается улыбнуться.
— Привет, — шепчу.
Я выжатая как лимон. За эти два дня я вообще не спала. И сегодняшнюю ночь тоже. Хотя решила лечь на диване. На очень не удобно диване.
— Малышка, прости меня за все. Я был не прав. Но мне тогда нужно было уйти. Разобраться в себя. — Пытается прикоснуться. Отхожу от него на пару шагов назад. Не хочу, чтобы он меня касался. Смотрит обиженно. Будто ему больно от моей холодности.
— Понимаю. Никит. Я не думаю, что нам нужно продолжать быть вместе. Наше прошлое. Не отпустит меня никогда. Нет ничьей вины. Просто не повезло.
— Что? Ксю Нет. Я люблю тебя. Ты не можешь так говорить. Пожалуйста, не надо. — шепчет подходя. Обнимает меня. Целуя в плечо. Мои руки висят. Не пытаюсь его обнять. Немного отстраняется. Держит за руки, прикасаясь своим лбом к моему. Пристально смотрит в глаза. — Малышка. — снова шёпот. Который разрывает мне сердце.
— Прошу, уйди. — Всхлип не произвольно вырывается из меня. Слезы давно бегут по щекам.
Никита сжимает зубы. Не от злости. А от собственной беспомощности. Он понимает, что я не передумаю. И это не очередная прихоть. Как было раньше, когда я отказывала ему. И мы все равно спали. Сейчас все по другому и мы оба это понимаем.
— Хорошо. — шепчет, поцеловал в лоб. Отходит и идёт к двери. Жду, когда хлопнет дверь. Но этого не происходит. — Я люблю тебя. Просто знай это. — Не оборачиваюсь. И от того, как хлопнула дверь, я вздрагиваю. Понимая, что это конец.
Уже два часа сижу на одном месте и смотрю на десятый тест с двумя полосками. И до сих пор не могу прийти в себя. После ухода Никиты простояла пять минут, прежде чем меня вырвало. И тогда я поняла, что у меня задержка. Сразу же побежала в аптеку и купила текст. Когда он показал две полоски. Я не могла в это поверить. Купила ещё, побольше. Чтобы быть уверенной. Взяла разные, чтобы точно.
И вот спустя десять тестов ничего не изменилось. Всё те же две полоски. И я, которая до сих пор не верю. Думала, слез не осталось. Но как же я ошибалась. Как только осознание пришло ко мне. Я ревела не переставая. И до сих пор реву.
Такой меня и застала Ника. Сидящей в туалете, зареванную. И тестами во круг меня.