Прелюдия (СИ)

— А эти танки почему стоят отдельно? — удивился Лаврентий Павлович, когда мы переехали (далековато пешком топать, вот и воспользовались всё тем же автобусом).
— Это не танки, хотя по представлениям вашего времени данная техника вполне соответствует параметрам танков. Это боевая машина пехоты. Специально предназначенная для доставки пехотного отделения к полю боя машина, также способная поддерживать пехоту в бою огнём 73-мм пушки и пулемёта. Бронирование примерно соответствует броне известного вам лёгкого танка Т-26, но БМП имеет возможность не только плавать, но и вести огонь на плаву, а солдаты, находящиеся внутри неё, стрелять на ходу через специальные лючки. Не из винтовки Мосина, конечно, — улыбнулся полковник. — А из таких автоматов, которые вы видели у часовых, охраняющих технику. Нет, нет. Не сейчас. Позже покажем, что это за стрелковое оружие.
Это Владимир Михайлович «подстрелил на взлёте» желание ознакомиться с «Калашниковым», возникшее у одного из персональных охранников гостя.
— Ещё два вида транспортёров пехоты — БТР-60 и БТР-70. Внешне и вооружением не сильно отличаются, но «начинка», включая двигатели, разная. Тоже перевозят пехотное отделение, тоже плавают и могут поддержать пехоту огнём. Но не пушки, а крупнокалиберного — 14,5 миллиметров — и обычного пулемётов. Крупнокалиберный патрон, кстати, тот самый, что у вас планируется использовать в разрабатываемом сейчас противотанковом ружье Рукавишникова. К сожалению, «боеприпасники» в нашей истории провозились с этим патроном почти до начала войны, и нашим красноармейцам пришлось встречать немецкие танки без этого достаточно эффективного оружия. Потом, конечно, их выпуск наладили, но в самое тяжёлое время их очень не хватало.
Во всех этих пушках, гаубицах и их калибрах, которыми сыпал Бабушкин, когда мы переехали к площадке с артиллерией, я очень быстро запутался, поэтому воспроизвести его рассказ просто не в состоянии.
14
Старший лейтенант госбезопасности Воскобойников, 17 апреля 1994 года
Срочную службу я служил в расчёте трёхдюймовой зенитной пушки Лендера, казавшейся мне тогда едва ли не чудом техники, способным забрасывать снаряд на высоту в шесть километров. Поэтому, завидев в окошко автобуса задранные вверх «хоботы» зениток, в направлении которых мы двигались, очень заинтересовался. В предыдущий раз полковник Бабушкин меня только провёз мимо этих всех оружейных парков, назвав цифры единиц техники и оружия в них, а теперь рассказывал подробно, и из его рассказа можно было почерпнуть много чего интересного.
— Сразу предупреждаю: большинство пушек и гаубиц старых моделей в своё время изрядно постреляли, но в силу заложенной конструкторами надёжности и простоты, вполне способны интенсивно «работать» ещё несколько лет. И начнём мы с «палочки-выручалочки» нашей пехоты в той самой войне, 76-мм дивизионной пушки Зис-3, способной выполнять и «работу» противотанкового орудия. Она у нас появилась, если мне не изменяет память, только на второй год войны и до сих пор встречается в войсках. Полковые орудия у нас «подросли» в калибрах и потяжелели, стали требовать мощной механической тяги, так что «полковушки» образца 1927 года так и останутся самыми массовыми пушками на протяжении всей войны. В полковой артиллерии сохранились лишь 120-мм миномёты, кстати, являющиеся лишь модернизированными версиями миномёта образца 1938 года.
122-мм гаубица М-30 уже стоит на вооружении РККА, и то, что доставим мы, можно будет сразу же направлять в войска. А вот 152-мм корпусная гаубица М-10 у вас всё ещё дорабатывается на Мотовилихинском заводе, но вот-вот начнёт выпускаться серийно. В отличие от более лёгкой гаубицы такого же калибра Д-1, которую у нас приняли на вооружение только в 1943 году. И до сих пор используют в войсках, даже несмотря на имеющиеся более новые самоходные и буксируемые орудия.
А вот, кстати, и та самая замена виденных вами гаубиц. 122-мм гаубица Д-30, считающаяся у нас полковой, и 152-мм гаубица Д-20. Оба орудия добавили в дальности стрельбы. А Д-20 заменяет и пушку-гаубицу МЛ-20.
  
— А это что за кольцо на стволе? — спросил товарищ Берия, указывая на срез ствола Д-30.
— В транспортировочном положении для снижения длины орудия его буксируют стволом к тягачу, цепляя за эту самую буксировочную проушину, — пояснил Бабушкин.
Хм… Оригинальное решение.
Противотанковые орудия поражали калибрами. Не 45-мм и даже всё ещё встречающая старенькая 37-мм «игрушка», а 57 миллиметров, 85 и даже 100 миллиметров! Длинноствольная громадина, как пояснил Бабушкин, разработанная на основе морского орудия. Правда, этих монстров было немного, как он сказал, «в качестве образцов на будущее».
А вот грузовики со стопкой рельсов вместо кузова очень удивили тем, что их тоже отнесли к артиллерии. Оказалось, что это установки для стрельбы 130-миллиметровыми реактивными снарядами, только-только разработанными для авиации.
— Такие установки, прозванные «Катюшами», в нашей истории приняли на вооружение буквально за день до начала войны. И залп дивизиона «Катюш» приносил противнику такой ущерб, как часовой артобстрел обычного артиллерийского полка. Многие немецкие солдаты, попавшие под этот залп, в буквальном смысле того слова, сходили с ума. Если чудом оставались живы. К счастью, на наших складах длительного хранения оказались и сами установки, правда, более поздних лет выпуска, и довольно большое количество боеприпасов к ним.
Ну, а вон те грузовики с пакетами «труб» — потомки «Катюш». Реактивные установки БМ-14, что поменьше, и «Град», что побольше. Мы, кстати, «запаслись» и буксируемым вариантом БМ-14.
Пушки пушками, а меня совершенно ошарашили миномёты совершенно чудовищных калибров: 160 мм, которых на площадке несколько десятков, и 240 мм, имевшиеся всего в четырёх экземплярах. Настолько поразили, что я даже не заметил, как мы оказались возле зениток, которые я видел ещё из автобуса.
— Из нашей истории мы хорошо помним, что на протяжении практически всей войны с немцами, длившейся, напомню, почти четыре года, Красная Армия испытывала… гм… массу неприятностей от вражеской авиации. В первую очередь — из-за катастрофической нехватки зенитной артиллерии. И не только от немецкой, но даже от японской в начавшемся там, у вас, буквально сегодня конфликте на реке Халхин-Гол близ монгольско-манчжурской границы.
Мы принялись удивлённо переглядываться.
— Прошу не беспокоиться, — успокаивающе поднял руки Бабушкин. — В ближайшие несколько дней события будут развиваться вяло, серьёзное обострение начнётся только 28 мая. И, узнав от нас о готовящихся японцами шагах, товарищи командиры частей, находящихся в Монголии, успеют предпринять необходимые меры. Мы потому и назначили сегодняшнюю дату, что знали: после получения известия о начавшемся конфликте вас будет нелегко «выдернуть» из Москвы для поездки на Урал.
Вот это коварство!
— Так вот, зная о катастрофической нехватке средств ПВО у Красной Армии, мы постарались выгрести их со складов длительного хранения как можно больше. Буквально всё, что можно было: крупнокалиберные пулемёты, пушки любых калибров, зенитные самоходные установки различных типов. Уверяю вас: пригодится всё.
И тут началось самое интересное для меня. Так что я глядел на эти ряды орудий и установок во все глаза. Немногочисленные 25-мм и 37-мм пушки на обычной четырёхколёсной повозке, двуствольные автоматы калибром 23 мм на двух колёсах, 57-мм автоматические орудия. Причём, последние уступают пушкам Лендера по высоте поражаемой цели всего километр. При этом, насколько я помню, снаряды к пушке Лендера уже были малоэффективны на высоте 4 километра. Трёхдюймовых орудий немного, но они с более длинными стволами, чем «лендеры». Два вида 85-мм пушек, причём, более нового образца, с электроприводом наводки, значительно больше, чем старых. Стамиллиметровые громадины и с дюжину совсем уж монструозных калибром 130 мм, по высоте «достающих» до двадцати километров.