Играй жестко (ЛП)

Не глядя на меня, она говорит:
— Я купила это давно, но была слишком труслива, чтобы достать из упаковки.
— Блэр… нам не нужно играть в ролевые игры или даже спать, если ты не хочешь.
Она поворачивает свое лицо к моему, ее глаза такие большие, что заставляют ее выглядеть моложе.
— Не отказывайся от своего слова, Камински. Я хочу этого.
— Хорошо. Прежде чем мы начнем, мы должны выбрать стоп-слово.
— Огурцы.
Мои глаза расширились.
— Это твое стоп-слово?
— Да. Это смешное слово и ничуть не сексуальное.
— Тогда хорошо. Я тоже буду использовать твое.
Она тяжело сглатывает, и ее слегка трясет.
— Где щенки?
— Я положил их в клетку.
— Хорошо.
Я подхожу к ней, вторгаясь в ее пространство, затем провожу ладонью по ее щеке и волосам.
— Не нужно нервничать. Со мной ты в безопасности.
— Я знаю.
— Правда?
— Ты ненавидишь меня, но ты заботился обо мне, когда я не могла здраво мыслить. Как бы странно это ни было, я доверяю тебе.
Я вздрогнул, потому что это совсем не так. Может быть, я думал, что ненавижу ее, но теперь я знаю это лучше.
— Я не ненавижу тебя.
Ее брови взлетают к небу.
— Не ненавидишь?
Я прижимаюсь к ее лицу.
— Нет.
Ее губы раздвигаются, и я хочу поцеловать ее, но она спрашивает:
— Ты делал это раньше?
Я колеблюсь. Говорить о своих прошлых сексуальных контактах — это не то, что я хотел бы делать с ней, но чтобы все получилось, я должен быть полностью честен.
— Нет, но, как и тебе, мне всегда было интересно. Я читал об этом — правда, не очень много.
Ее губы складываются в идеальную букву О.
— Что я должна делать?
Я никогда не слышал, чтобы Блэр говорила так неуверенно. Это действует на меня. Мне хочется защитить ее, обнять и прижать ее лицо к своей груди. Но вместо этого я решаю поцеловать ее. Это медленный, осознанный поцелуй, даже сладкий. Я хочу насладиться ею, прежде чем мы начнем. Ее язык танцует с моим в полной гармонии. Забавно. Мы никогда ни в чем не сходимся во взглядах, но когда мы делаем это, мы идеально подходим друг другу.
Ее тело расслабляется в моем, и я понимаю, что она готова. Я отступаю назад и провожу большим пальцем по ее нижней губе.
— Раздевайся.
Она отходит назад, и я сажусь на край ее матраса. Я уже тверд, и мой член упирается в джинсы. Мне нужна разрядка. С тех пор, как я начал играть с Блэр, я ни с кем не спал, и с прошлой субботы у меня были сильные проблемы с яйцами.
Сначала она снимает с себя свитер, обнажая танцевальное трико. Затем она снимает леггинсы. Я не могу торопить ее, но, черт побери, если я не хочу снять с нее всю остальную одежду и погрузить свой член глубоко в ее киску. Но тогда я пропущу все самое интересное. Не знаю, удастся ли мне уговорить Блэр согласиться на это снова.
Я расстегиваю молнию на джинсах и достаю свой член.
Ее глаза расширяются, и она перестает раздеваться.
Я ухмыляюсь.
— Кто сказал тебе остановиться? Снимай все.
На ней снова лифчик с застежкой спереди. Когда ее пышные груди становятся видны, я глажу себя, размазывая сперму по своему стволу.
Ее взгляд падает на мою промежность, и я улыбаюсь.
— Тебе нравится смотреть, как я играю с собой, малышка?
— Да.
— Посмотри, какой я уже твердый для тебя. Хочешь попробовать его на вкус?
Ее взгляд поднимается, соединяясь с моим.
— Да.
Я улыбаюсь.
— Ты должна заслужить это. Если ты будешь хорошей девочкой, я позволю тебе отсосать мне своим великолепным ртом. А теперь снимай все. Я больше не буду просить.
Она спускает трусики с ног, и вид ее голой киски заставляет мои яйца напрячься. Я убираю руку, чтобы не довести себя до предела. Я хочу, чтобы Блэр заставила меня кончить.
— Хорошая девочка. Теперь надень шлейку и ошейник, а затем прикрепи цепь.
Она выполняет мой приказ, а затем поворачивается ко мне за дальнейшими инструкциями.
— На колени. Ползи ко мне.
Я вижу борьбу в ее глазах, но также и желание, горящее в них. С вероятностью в пятьдесят процентов она собирается все отменить. Я жду, когда она произнесет стоп-слово, но когда она опускается на колени, мое нетерпение возрастает. Мне нужно, чтобы она лежала на спине, а я был у нее между ног. Я хочу услышать, как она выкрикивает мое имя во всю мощь своих легких.
 
Когда она оказывается в пределах досягаемости, я хватаюсь за цепь и осторожно тяну, подавая ее вперед.
— Отсоси мне.
Она смотрит на меня вызывающими глазами, обхватывая пальцами мой член. Боже, как мне нравится ее рука на мне. Я уже весь горю, а она еще ничего не сделала. Я сжимаю челюсти, когда она лижет мой член, но как бы ни был хорош ее язык, это не то, что я заказывал. Я тянусь к ее волосам, хватаю их в кулак.
— Я сказал, отсоси мне. Открой рот, — я направляю ее голову, заставляя ее заглатывать меня, пока я не упираюсь в заднюю стенку ее горла.
Ее глаза слезятся, срабатывает рвотный рефлекс, но я не отпускаю ее волосы.
— Вот так, захлебнись моим большим членом, — она уже не может дышать, но я держу ее еще немного, прежде чем позволить ей выйти. — А теперь соси как следует, или я буду жестко трахать твой рот.
На этот раз мне не нужно направлять ее, она сама всасывает меня в свой горячий рот, и, черт возьми, это потрясающее ощущение. Если бы я закрыл глаза, я бы поверил, что трахаю ее киску. То, как она обрабатывает мой ствол языком, доводит меня до исступления. Я кончу, если она будет продолжать в том же духе.
— Ты так хорошо меня принимаешь, малышка.
Я крепче вцепился в ее волосы, намереваясь заставить ее остановиться, но она — маленький жадный монстр, привязанный к моему члену. Вместо того чтобы оттолкнуть ее, я помогаю ей, заставляя ее голову быстрее подниматься и опускаться.
— Блядь! — я откидываю голову назад, когда достигаю кульминации, заполняя ее рот своей спермой.
Блэр принимает его целиком, и когда я ослабляю свою хватку, в ней не остается ни капли. Но в ее глазах и по щекам текут слезы. Черт. Я был слишком груб, а так как ее рот был занят, она не могла попросить меня остановиться.
— Ты хотела использовать стоп-слово? — прохрипел я.
— Нет, — прохрипела она.
— Ты уверена?
— Да.
Я сузил глаза.
— Ты заставила меня кончить тебе в рот, и я несчастлив.
Она быстро моргает, на ее красивом лице написано замешательство.
— Я все еще чувствую вкус твоего счастья на своем языке.
— Ты со мной споришь?
— Это был не спор. Я просто констатировала факт.
— Ты плохо себя вела, малышка, и теперь я должен тебя наказать, — я поднимаю ее и кладу себе на колени на живот.
— Как?
Я прижимаю ладонь к ее попе, заставляя ее напрячься. Я накажу ее, но сначала мне нужно подразнить ее. Вместо того, чтобы шлепать ее по попке, я глажу ее киску, обнаруживая, что она скользкая. Она задыхается, когда я ввожу в нее три пальца.
— Тебе нравится, малышка?
— Да, — шепчет она.
Я ввожу и вывожу пальцы, заставляя ее еще больше истекать.
— Ты хочешь, чтобы мой член был внутри тебя?
— Ты знаешь, что хочу.
— Ты опять дерзишь, — я вытаскиваю пальцы и сильно шлепаю ее по заднице. Она вскрикивает, но не от боли, а потому что трется своей киской о мою ногу. Ей это нравится. — Ты будешь вести себя хорошо, или мне наказать тебя еще?
— Я буду вести себя хорошо.
— Я тебе не верю.
Используя обе руки, я трахаю ее пальцами и шлепаю. Ее стоны становятся все громче, и мой член снова просыпается. Я мог бы перевернуть ее и трахнуть ее, как хочу, но видеть ее такой, в моем подчинении, слишком горячо. Я не могу остановиться.
Я перестаю шлепать, когда ее внутренние стенки начинают сокращаться вокруг моих пальцев. Вскоре она выкрикивает мое имя и разваливается у меня на коленях. Через мгновение ее тело расслабляется, и я вытаскиваю руку из-под ее ног, чтобы погладить красное пятно на ее попке.