Играй жестко (ЛП)
— Ты залезла в мини-бар?
Она смотрит на меня.
— Да. Я не хочу ждать начала вечеринки.
— Сомневаюсь, что колледж будет за это платить.
— Я и не жду от них этого. Не волнуйся, приятель. Ты гость на моей вечеринке — тебе не нужно беспокоиться ни о чем, кроме как о том, чтобы не отстать от меня.
— О, я могу идти в ногу. Насколько я помню, именно ты отрубилась первой, когда мы делали это в последний раз.
Она бросает на меня грязный взгляд.
— Я меньше тебя. Естественно, ты можешь выпить больше, чем я.
— Это не помешало тебе поспорить, что
ты сможешь меня перепить, — я сажусь на диван и опираюсь локтями на колени. — Что у тебя там?
— Виски, коньяк, текила, водка… о, и бейлис.
— Что выбираешь?
— Текилу. Давай сохраним нашу традицию, — она ярко улыбается, и, блядь, если это не похоже на то, что она дотянулась до моего члена и обхватила его пальцами.
В дверь стучат. Как раз вовремя. Мне нужно прерваться.
— Это, должно быть, обслуживание номеров, — я встаю, чтобы открыть дверь.
— Ух ты, как они быстро.
У меня челюсть отпадает, когда я вижу количество бутылок, заказанных Блэр. Я не комментирую это в присутствии служащего отеля, но когда он уходит, я поворачиваюсь к ней.
— Ты пригласила на вечеринку больше людей и забыла мне сказать?
Она вскакивает на ноги и осматривает товар.
— Нет. Я не была уверена, что именно мне нужно, поэтому взяла все, что у них есть.
— Это расточительство.
— Нет, это не так. Все, что мы не выпьем, может взять тот, кто обслуживает номера. Я уверена, что он будет очень благодарен.
И вот она, главная причина, по которой я никогда не ладил с Блэр. Она олицетворяет собой все, что мне не нравится в людях ее типа. Они ничего не ценят, потому что им никогда не приходится работать ради чего-то.
— Что скажешь… ты готов к еще одному конкурсу с текилой? — она смотрит на меня с ожиданием.
Вместо того чтобы возмущаться по поводу того, как небрежно она тратит чужие деньги, я соглашаюсь на соревнование по выпивке текилы.
— Конечно. Победи меня.Прошло совсем немного времени, прежде чем мое тело почувствовало действие текилы. Я расслабился и теперь не могу придумать причину, по которой мы с Блэр должны быть врагами. Она пьянее меня и танцует на журнальном столике под песню Тейлор Свифт.
— Я не знал, что ты свифти (прим. ред. Swiftie — так называют фанатов Тейлор Свифт), Блэр, — я пью еще один шот текилы.
Лайм закончился несколько минут назад, а соль я все время забываю использовать. В данный момент это уже не имеет значения.
— А кто нет? — текущая песня заканчивается, и начинается другая, от которой Блэр визжит от восторга. — Боже мой. Это наша песня. Потанцуй со мной, — она тянется к моей руке.
— У нас есть песня? — я смеюсь.
— Да. Послушай текст.
— Bad blood?
— Да. Пойдем! — она тянет меня за руку.
Я встаю.
— Блэр, я не могу залезть на этот журнальный столик. Он сломается.
— Хорошо. Я слезу.
Она прыгает в мои объятия, и мы оба падаем обратно на диван. Она хихикает, прижимаясь лицом к моей шее.
— Черт. Я не хотела этого делать.
В итоге она сидит у меня на коленях, и ее юбка задирается до бедер. Мой член уже на сто процентов проснулся, и, благодаря алкоголю, погубившему мой здравый смысл, я хватаю ее за бедра, впиваясь в них пальцами, чтобы она не соскользнула с меня. Желание трахнуть Блэр возвращается с новой силой. Я должен был догадаться, что напиваться с ней — плохая идея.
Она откидывается назад и смотрит мне в глаза. В них не осталось ни капли веселья.
— Блэр…
— Я чувствую, как ты прижимаешься к моей киске.
Черт. Я не был готов к тому, что она будет так откровенна. Это чертовски горячо.
— Ты хочешь, чтобы я извинился?
Она качает головой.
— Нет. Я хочу поцеловаться с тобой.
Я прижимаюсь к ее лицу, затем скольжу рукой к ее затылку и накручиваю на пальцы прядь ее волос.
— Это можно устроить.
Я прижимаюсь к ее рту, жаждая попробовать его на вкус. Ее губы расходятся, и в тот момент, когда наши языки соприкасаются, в глубине моего желудка вспыхивает инферно, распространяясь по телу быстрее, чем вспышка света. Я ощущаю вкус текилы на ее языке, но помимо этого в ней чувствуется естественная сладость, которой я не ожидал. Все, что я знаю, — это то, что она вызывает чертово привыкание. Единственная причина, по которой я не уложил ее на спину, заключается в том, что она никогда не говорила, что хочет трахнуться со мной. Но, черт возьми, если я не выйду из-под контроля, когда она начнет прижиматься бедрами к моим.
— Блэр, что ты делаешь? — простонал я ей в рот.
— Это приятно, не так ли? — она целует меня в шею, и это приводит меня в восторг.
— Блять, ты знаешь, что да.
Она откидывается назад и зажимает мое лицо между ладонями.
— Я пока не хочу переходить с тобой эту грань. Может быть, мы просто сделаем это?
— Что? Будем целоваться как подростки?
— Да.
Я перемещаю руки на ее бедра и помогаю ей извиваться на фоне моей пульсирующей эрекции.
— Мы можем, но при условии, что ты позволишь мне заставить тебя кончить.
Она издала стон.
— Только если ты тоже кончишь.
— Ты не представляешь, как я уже близок к этому.
Я снова целую ее, на этот раз крепко. Я не кончал от таких ласк с тех пор, как был подростком, и забыл, как это чертовски сексуально.
Я двигаю бедрами быстрее, когда ее стоны становятся громче. Но мне нужно больше ее, ее вкуса, поэтому я оставляю ее губы, чтобы провести поцелуями по шее и ключицам, пока не доберусь до выпуклости ее груди.
— Черт возьми, Алекс. Я хочу, чтобы твой рот был на мне, — она расстегивает пуговицы рубашки, обнажая белый кружевной бюстгальтер под ней.
О, как бы я порвал это белье, если бы Блэр не расстегнула застежку спереди. В следующую секунду мой рот находит один из ее сосков, и она выгибает спину, дергая меня за волосы у корней.
Теперь она двигает бедрами гораздо быстрее, и я нахожусь в нескольких секундах от того, чтобы взорваться в своих штанах.
— Боже мой. Да, да, да! — кричит она.
Я отпускаю ее сосок и снова целую ее, в то время как сперма вытекает на внутреннюю сторону моих треников. Господи, мать твою. Я не кончал так быстро с тех пор, как был возбужденным подростком.
Блэр прижимается к моему телу, прижимаясь лицом к моему плечу.
— Спасибо, Алекс.
Я хихикаю.
— Не за что, малышка.
Она отстраняется.
— Малышка? Ты так называешь всех девушек, с которыми переспал?
— Нет.
— Тогда ладно, — она соскальзывает с моих колен и опускает юбку. — Теперь я буду спать.
Пока она, пошатываясь, идет в свою комнату, я не двигаюсь с места. Я должен идти в свою, но мне нужно время, чтобы прийти в себя после того, что только что произошло. Я всухую трахал Блэр Вествуд, мою соперницу, моего врага… и я хочу большего.
ГЛАВА 12
БЛЭР
Как трусиха, я не могу встретиться с Алексом на следующий день. Поэтому я выскальзываю из гостиничного номера на рассвете и успеваю на более ранний рейс. Голова раскалывается на две части, поэтому я не расстаюсь с солнцезащитными очками, снимая их только для прохождения контроля в аэропорту.
Не могу поверить, что я напоила Алекса, а потом целовалась с ним. Если это не акт отчаяния, то я не знаю, что это. Это было самое безумное дерьмо, которое я когда-либо совершала. Я не смогу избегать его вечно — у нас занятия на следующей неделе, — но я надеюсь, что к тому времени у меня будет план действий, как с ним справиться.
Как только я приземлилась в Фэрбенксе, я написала Джиа. Они с Ноа посидели с Печенькой для меня. Он такой маленький, и я не хотела оставлять его в собачьей гостинице. Она отвечает, что может его привезти, и я издаю вопль, когда открываю дверь своей квартиры и Печенька выбегает ко мне.