Ещё один шанс (СИ)
Сил ни на что не было. Саша сняла кольцо, вложив его обратно в мягкие бархатные "объятия", положила перед вазой с розами паспорт открытый на странице с семейным положением, сверху поставила коробочку с украшением, не ставшим судьбоносным и, взяв лишь свою дамскую сумочку — ушла, роняя слёзы.
На улице вечерело, когда она вышла из подъезда корпуса. Был конец августа. Конец красочного, и такого насыщенного событиями, лета.
Арсеньева пошла куда глаза глядят, бросив машину на парковке у дома. Ей не хотелось за руль, не хотелось никого из знакомых видеть и слышать. Она намеренно терялась в толпе людей, чтобы на время потерять и себя саму, не слышать внутреннего голоса, стать никем.
Архитектор не заметила, как оказалась в центре, потом углубилась дальше. В какой-то момент, оглядевшись, она увидела бар. Решение созрело само-собой. Девушка вошла в полупустое помещение, и взромоздилась за барную стойку.
— Что я могу вам предложить? — улыбнулся бармен, рыжий парень.
— Цианистый калий есть? — с горечью усмехнулась Саша.
— Так, — бармен упёрся руками в стойку: — муж бросил?
— Нет у меня мужа, и не было.
— Любовник?
— Почти. — кивнула она.
— Что, женат? — догадался парень.
— Ничего себе, интуиция!
— Нет, опыт работы. Ну, я предлагаю текилу. А если очень плохо, то абсент.
— Давайте абсент. — сделала свой выбор Александра.
Через три шота зелёной жидкости, которые она залпом осушила, закусив лаймом и сахаром, ей стало менее больно. Сознание будто улетучивалось, важность сбрасывалась сама собой. В голове ощущалась лёгкость. Арсеньева заливисто смеялась с шуток бармена и несла всё, что приходило на ум.
Так прошло около часа.
— Повтори. — в который раз произнесла заезженную фразу Саша.
— Мне кажется, вам уже достаточно. — оценил её состояние парень.
— Нееет… Я решила уйти в загул! — тряся указательным пальцем в воздухе, произнесла пьяная девушка: — Я ни…никогда не пробовала…
— Это заметно. — усмехнулся он: — Но вам правда хватит. — она хотела возразить ему, но в этот момент, её телефон, лежащий рядом, в который раз подал признаки жизни. На экране снова высветилось их фото с Мещерским, которое было сделано на Кавказе.
— Пошёл ты… — и она с раздражением, вновь отклонила вызов: — Мне не хватит! — обратившись уже к бармену, выкрикнула девушка, потом отключила телефон.
— Дело ваше, но утром будет хуже. К тому же, вам ещё домой добираться.
— Не хочу я домой… — замотала она головой и тут же расплакалась: — Зачем, вы мужики, эту гадость пьёте? Ни черта, ведь, не помогает! Только так, на время…
— Ну вот, чтобы хоть на время. Алкоголь-это же как анастезия. Всё равно утром проснёшься и ощутишь боль после хирургического вмешательства.
— А потом?
— А потом время. Только время.
— Время ест, а не лечит. Это я знаю без всяких учебников. — тяжело вздохнула Саша, а потом решительно произнесла: — Возьму и просто сотру его из своей жизни. Вместе с фотографиями, сообщениями! Что вы так улыбаетесь, а?
— Вы же взрослая девочка.
— Да, я девочка… — закивала она.
— Ну вот. Должны понимать, что можно удалить все фото, смски, номера, уничтожить подарки, убить память… Но чувства будут в нас жить, как болезнь в стадии ремиссии, как предатель, который притаился за уголом. И их не удалить простым нажатием клавиши «delete».
— Вы какой-то… Неправильный бармен. — пробубнела Александра, борясь с тем, что картинка перед её глазами расплывалась в нечто непонятное.
— Чего?
— Они обычно утешают, говорят что-то обнадёживающее, а вы…
— А смысл? Если я буду вам врать, ситуация не улучшится.
— Я ему так верила… Понимаете? Ему только, никому больше. А он предал.
— Понимаю. — пожал плечами парень: — Пройдёт. Найдёте ещё того, кому поверите.
— Не найду. Никому верить нельзя. И это самая правильная позиция. Давайте, всё-таки, ещё. Последнюю и я пойду. — бармен с ловкостью наполнил ещё один шот зелёной жидкостью и поставил перед Арсеньевой.
— Может вам такси лучше вызвать?
— Нет, пойду пешком. — опустошив рюмку и уже не морщась, ответила она.
Сколько Саша, слегка пошатываясь, брела по улицам столицы, освещённой огнями, она не помнила. Летний вечер согревал теплотой, перед глазами, по прежнему, стояла нечёткая картинка, в ушах слегка звенело, на душе было чуть менее горько, но всё так же тяжело.
В итоге, девушка присела на лавочку в каком-то дворе, устав от ходьбы на каблуках. Мысли опять вернулись в прежнее русло и накрыли воспоминания. Она "перенеслась" на Кавказ, вспомнила их прогулку на лошадях, и тот момент, когда Алексей спас её, пересадив к себе, обнимал и успокаивал. В её сознании чётко прозвучал любимый голос с хрипотцой «Маленькая моя» и снова стало невыносимо больно. Она заплакала.
— Саша? — раздалось откуда-то со стороны. Архитектор подняла голову и увидела Дениса, которого так стремилась забыть.
— Романов, это уже ни в какие ворота… Ты маньяком что-ли стал? — отреагировала она.
— Почему маньяком? Я домой возвращаюсь, смотрю, ты сидишь. Плачешь. Что-то случилось?
— Неактуальный вопрос. В моей жизни постоянно что-то случается. — под воздействием алкоголя Александра не была особо избирательна в словах.
— Саш, ты пьяна? — присмотревшись к ней, понял мужчина.
— Да, я пьяна! А что, нельзя? Я за эти годы позволяла себе только терпеть и плакать! А теперь хочу пить и буду! А твоей тонкой душевной организации это претит?
— Ничего мне не претит, но тебе, похоже надо домой.
— Вот ещё! Не хочу я домой, даже не пытайся меня туда засунуть!
— Даже не пытаюсь. Я не знаю, где ты живёшь. — усмехнулся он.
— Это замечательно. — вздохнула она: — Знаешь, поговорила вот, с тобой, и решила, пойду-ка я ещё шампанского наверну!
— Саш, не надо ничего наворачивать и…
— Никаких «и»! Ты мне никто, чтоб запрещать!
— Хорошо, давай пойдём ко мне, у меня есть бутылка хорошего французского шампанского. Недавно привёз с конференции. — придумал выход Денис.
— Романов, я хочу посидеть в баре!
— У меня лучше, чем в баре. Комфортней. И посидеть, и постоять сможешь, и даже полежать.
— Про полежать, это ты своим молодым студенткам рассказывай, профессор! На меня это распространять не вздумай! — пригрозила ему Саша.
— Как скажешь. Так что, идём?
— Ладно, веди. — согласилась она.
Квартира Романова оказалась просторной и красивой. На 28 этаже нового жилого комплекса с потрясающим видом на столицу.
Денис усадил девушку на большом, мягком диване в гостиной, быстро принёс фрукты, шоколад, бокалы и бутылку «Мадам Клико».
— Шикарно живёт, нынче, профессура. — с иронией заметила Арсеньева.
— Сашка, может объяснишь, что случилось? Я тебя никогда такой не видел.
— Тогда наслаждайся и не приставай с лишними вопросами. — мужчина решил повиноваться.
Они начали пить шампанское, Романов рассказывал о себе, потом вспоминали прошлое.
— Ты помнишь, как забавно было, когда лифт застрял? Мы же тогда оба спешили. — напомнил Денис.
— Да, это было незабываемо. Отсидеть чёрт знает сколько в коридоре, в очереди, сдать, наконец, экзамен и тут застрять! Да ещё и с преподавателем.
— Я так благодарен тому лифту. Иначе и не узнал бы, какая студентка учится у меня на курсе. — посмотрев в глаза девушки, произнёс он.
— Судьба. — усмехнулась Саша, тоже смотря ему в глаза.
Воцарилась тишина и тут, она, поставив бокал на столик, потянулась и поцеловала свою первую любовь. Романов не замедлил ответить и Александра начала расстёгивать его рубашку.
— Саш, подожди… — он слегка отстранился: — Ты уверена, что не будешь потом жалеть?
— Я же сказала, не задавай мне глупых вопросов. — ответила она и снова припала к его губам.
Дальше всё было почти как в тумане. Архитектор помнила лишь то, что ей мучительно хотелось не видеть больше, закрывая глаза: образ Мещерского. Не слышать его голос, хоть это получалось плохо.