Ещё один шанс (СИ)

— Невероятно… — произнёс Мещерский, который был под большим впечатлением от истории этой вроде бы и слабой, но такой сильной девочки.
— Да, я всё сделала для того, чтобы сотворить новую себя и у меня получилось, только на днях всё то, что я так долго строила, полетело к чертям… — с отчаянием в голосе сказала Саша и рассказала ему о том, как встретила в Ростове свою первую любовь.
— Ты его любишь? — спросил Алексей.
— Не знаю. Я уже ничего не знаю… Вроде бы и не думала о нём, забыла, похоронила сам факт того, что Денис был в моей жизни, а встретила и так больно. Просто видеть его больно. Сразу вспомнила всё, что случилось. Он же был исходной точкой, вектором, по которому потом двинулась моя жизнь… Перед глазами всплыло всё и разом: наше несбывшееся счастье, его мама, Данька, мои мытарства в Москве, износилование, Карелов… Всё. Меня и понесло. Как будто что-то внутри сломалось. — с горечью призналась она и посмотрела в окно.
Занимался рассвет, освещая мягким, розовым светом поле, посреди которого стояла машина, верхушки деревьев.
Александра вышла из джипа и прошлась вперёд. Утренний, слегка прохладный воздух пьянил, его хотелось вдыхать вновь и вновь. Птицы начинали заливисто щебетать.
Внезапно, она почувствовала на своих плечах сильные руки бизнесмена. Арсеньева обернулась и посмотрела в его глаза цвета горького шоколада. Этот взгляд говорил о многом. В нём сквозила решительность.
— Сашенька, — он нежно провёл рукой по её щеке: — ты столько пережила и я не знаю, как выстояла и сумела вынести всё это… Но, пойми, не все мужчины сволочи и предатели. Я не знаю как ещё доказать тебе, что все мои намерения-это серьёзно. Да, понимаю, я не внушаю доверия, но… Оказывается, такие как я тоже умеют любить… Я люблю тебя, я хочу беречь тебя и заботиться о тебе. Хочу оградить от всего. Что сделать, чтобы ты поверила мне?
— Ну, — она вздохнула: — когда не серьёзно, не слушают всю ночь болезненные откровения под звёздным небом. И потом, Мещерский, тебе же невозможно отказать! Ты не понимаешь слова «нет».
— Почему это?
— Потому что за последние месяцы я его произносила чаще, чем своё имя, но ты всё равно остаешься рядом. Значит всё действительно серьёзно. — улыбнулась Саша.
Она поняла, что больше не хочет сопротивляться притяжению, которое было ощутимо и вспомнив этой ночью всю свою жизнь, решила дать себе ещё один шанс, попробовать быть счастливой.
Алексей с нежностью смотрел на неё, такую родную, такую неожиданно свою. А она смотрела на него теплым, благодарным взглядом. Он медлил, боясь сделать что-то не так, разрушить эту гармонию, но потом, подавшись к ней, наконец, завладел ее губами: он так давно хотел это сделать. Девушка ответила, утонув в его сильных руках, которыми он обхватил её талию. Этот поцелуй был полон невысказанной ранее, накопленной годами, нежности и любви, которая поглотила их обоих. Их словно облили ливнем счастья, от которого было не укрыться, не убежать. Их сердца, в которых столько лет спала любовь, рвались навстречу друг другу и теперь стучали в унисон.
Глава 18
Александре удалось поспать перед выездом в офис всего час, но даже это обстоятельство не смогло стереть счастливой улыбки с её лица.
Она готовилась к новому рабочему дню в кабинете, когда туда вошла Вика.
— Привет, пропажа! Я тебе вчера весь вечер звонила. Где была?
— Да так… В тире. — пытаясь скрыть свои эмоции, произнесла архитектор.
— В тире, значит? Не с Мещерским ли?
— А чего я с ним должна быть? Он же не наградной пистолет.
— Да ладно, хватит. Он вчера звонил, выяснял, на работе ты или нет. Явно же нашёл там. — уверенно заявила Кузнецова.
— Ну, нашёл. — вздохнула Саша.
— И?
— И мы поговорили. Просто поговорили.
— Только ли? — прищурившись, спросила Виктория.
— Да. Вик, всё, не морочь мне голову, я и так не выспалась.
— О, а это уже ближе к теме… Не выспалась!
— Прекрати. — Арсеньева не могла скрыть улыбку. — Мы просто всю ночь разговаривали.
— Не, ну, я привыкла, что у вас какие-то странные отношения. То в офисе сидите запертом, то булки едите, то на даче вместе живёте и всё ничего… Но не настолько же! — усмехнулась подруга: — Провести вместе ночь и просто разговаривать…
 
— Больше того скажу, ночь в пустом поле под звёздным небом. — весело пояснила Александра.
— И на этом всё? — уточнила Вика.
— Всё! — Саша сформировала бумаги в стопку и понесла к шкафу.
В этот момент, в дверь кабинета постучали.
— Войдите! — отозвалась Арсеньева.
— Здравствуйте, у меня доставка для Александры Юрьевны. — на пороге появился молодой парень-курьер с огромным букетом цветов. Архитектор подошла к нему, расписалась о получении и взяла букет в руки, с трудом удерживая его.
— Ничего себе! — поразилась Виктория, подойдя ближе, пока её подруга улыбаясь, вдыхала аромат цветов. Букет был нежно-розового цвета, состоял из пионов, гортензий, орхидеи, эвкалипта, лимониума, фрезии, маттиолы и пионовидных роз. Нежный, изысканный и элегантный. — Слушай, а тут и записка прилагается. — заметила Кузнецова.
— Ну… — Александра поняла, что не дотянутся до неё, так как обе руки были заняты букетом: — Читай. — кивнув, дала она добро подружке.
Вика раскрыла листочек бумаги, который был вложен среди растений и зачитала красивые строки:
«Я не могу без тебя жить!
Мне и в дожди без тебя — сушь,
Мне и в жару без тебя — стыть.
Мне без тебя и Москва — глушь.
Мне без тебя каждый час — с год,
Если бы время мельчить, дробя;
Мне даже синий небесный свод
Кажется каменным без тебя.
Я ничего не хочу знать —
Слабость друзей, силу врагов;
Я ничего не хочу ждать,
Кроме твоих драгоценных шагов»*.
— Саша! — Вика явно была под впечатлением: — Это Мещерский?
— Он. — всё так же улыбаясь, подтвердила девушка. В этот момент её сердце заколотилось в три раза быстрее. Она понесла букет к столу и осторожно положила, собираясь попросить у Алины вазу.
— А что это ты не спешишь в мусор выбрасывать, не говоришь, как тебя достали эти букеты, не злишься на него?
— Ну, это же первый и единственный букет за долгое время, и… — Саша усердно пыталась найти ещё какие-то причины.
— Врать ты, по-прежнему, не умеешь. — усмехнулась Кузнецова: — Хватит тут делать вид, что ничего не происходит. Я никогда не видела твоего такого идиотско-счастливого лица, которое бывает только у определённой категории людей.
— Какой же это?
— Влюблённых. И не надо отмахиваться. Я рада за тебя, подруга! — Александра засмеялась.
— Ничего от тебя не скроешь… Да я и сама уже не помню, когда в последний раз была так счастлива. Бабочки в животе, и вот это всё… Как будто мне снова восемнадцать.
— О чём же вы так долго разговаривали вчера, а?
— О моей жизни.
— Нормально! Даже я о тебе не всё знаю! — Виктория в шутку обиделась.
— Узнаешь, не переживай. Просто вчера мне было это необходимо, а Лёша почувствовал, наверное… Взял за руку и увёз за город. А там просто стал слушать.
— Как же романтично… Прямо-таки принц на белом коне, не иначе! Хотя, тебе только такой и подойдёт, который сможет обуздать всю твою силу. Так, но меня прямо настораживает, что у вас всё закончилось так… Платонически.
— У нас всё только начинается! — усмехнулась Арсеньева: — Ну, по крайней мере, хочется в это верить.
— О том и речь! — интригующим тоном произнесла Вика: — Долго ты ещё мужика мучить будешь?
— Кто его мучит? Я?
— Ну не я же! Саш, я бы на твоём месте устроила бы сегодня ужин с продолжением. — намекнула подруга: — Егор у меня, вам никто не помешает… Приготовила бы что-то вкусное, а сейчас съездила бы в магазин нижнего белья.
 
— Может ты вместо меня справишься? — не удержалась Саша, вновь засмеявшись. Уж очень Виктория смахивала на какого-то женского психолога, дающего советы, как освежить отношения в паре.