Кровь. Надежда. Эгоизм (СИ)

— Мне надоело это выслушивать! Сдохни!
После этих слов в зале стало заметно холоднее, с посоха Харальда сорвался ледяной шар и полетел в тушу чудовища. После чего её тело почти мгновенно застыло. Следом маг направил во врага мощный воздушный удар, который разбил застывшую королеву на куски. Голова её отпала, подкатилась к ногам Бурого и разломилась надвое.
Я отправил медведю мысленную команду. Он аккуратно порылся в останках, нашёл хитросплетённый шипастый орган размером со страусиное яйцо, состоящее из крупных желтоватых чешуек, покрытых длинными прочными шипами. Аккуратно взяв пастью орган, медведь повернул голову назад и потянул его мне. Я убрал его за пазуху. Будет чем порадовать Марона.
Харальд наблюдал за этим довольно равнодушно, а затем сказал:
— Уходи. Быстрее. Враги уже близко. Сейчас я выжгу потомство этой твари, а затем займусь подкреплением. Не думаю, что смогу справиться со всеми, но по крайней мере задержу. Двигайтесь без привалов столько, сколько сможете. А когда остановитесь, то будьте готовы к бою. И передай Оло, что…
— Я понял. Я передам. Спасибо.
Я уже развернулся, чтобы уйти, но меня окликнул маг:
— Погоди. Думаю, я успею сделать для тебя ещё кое-что. Не шевелись!
Я так и замер, сидя на медведе, вполоборота развёрнутый к магу. Бурый тоже не шевелился. Маг нашептал какое-то заклинание, вновь использовав додекаэдр, и послал его прямо в меня. Я сперва испугался, но затем почувствовал приятное тепло во всём теле, которое всё усиливалось и усиливалось, превратившись уже в не слишком приятное жжение. Я опять хотел испугаться, но увидел, как на коже затягиваются шрамы. В левой руке что-то захрустело, а затем… Я смог пошевелить пальцами ноги. Это было очень неожиданно и приятно. 
Занятый ощущениями в теле, я не заметил, как маг наколдовал ещё одно заклинание и направил его в медведя, а затем сказал:
— Ну вот. Теперь всё будет хорошо. Скоро его рост прекратится, и он не погибнет под тяжестью собственного веса. А с химерологией больше не экспериментируй. Ведь рядом может не оказаться того, кто сможет всё исправить. Это очень сложное направление магии, которое требует многих лет для изучения. Хотя у тебя и есть склонности к ней, но… У тебя нет учителя.
Я кивнул магу, не зная, как ещё могу его отблагодарить, и верхом на Буром отправился на выход.
На поверхности мы худо-бедно сумели сгруппировать освобождённых пленников в походную колонну. Впереди отправили небольшой отряд воинов, а позади освобождённых двигалось основное войско. Среди освобождённых было немало тех, кто был способен держать в руках оружие, вот только этого самого оружия нам сейчас недоставало. Даже на изготовление простейших деревянных копий у нас сейчас не было времени. У меня были все основания, чтобы верить Харальду, а значит, скоро здесь окажется крупный отряд тварей, который даже магу его уровня не по плечу, а раз тяжёлой артиллерии не совладать со врагом, нам подавно нужно уносить ноги.
Освобождённых оказалось гораздо больше, чем я ожидал. Я не мог в этой толпе толком сосчитать их, но по моим прикидкам их было около полутора тысяч. Такое количество пеших попутчиков, которые были дезориентированы после выхода из стазиса в коконах тварей, значительно замедляло скорость нашего передвижения. Хорошо хоть одета была большая часть из них соответственно погодным условиям и не должна была замёрзнуть в пути, но вот некоторые точно заработают себе воспаление лёгких или обморожения. К сожалению, с этим мы ничего не могли поделать, ведь запасной одежды у нас не было, а в наших краях была самая настоящая зима, пусть и достаточно мягкая.
Благодаря силе воли и «завр тебя дери!» нам удалось провести в пути двое суток без остановок, перекусывая прямо на ходу и не останавливаясь до тех пор, пока народ не начал валиться с ног от усталости. Пришлось устраивать привал. Во время привала пришлось раздать остатки провизии людям. Мы не рассчитывали на такое число попутчиков. Следующий раз придётся забить впряжённых в телегу эйхо, чтобы устроить обед, а после придётся держаться на одном лишь желании жить. 
 
Стоит сказать о том, как преобразилось моё тело после заклинания мага! Да я бы сейчас расцеловал Харальда, будь он рядом! Я снова мог ходить! А левая рука была почти как новая! Колено почти перестало хрустеть. Пусть я не вернул былую физическую форму, ходил с трудом, опираясь на трость, не все шрамы затянулись, а в спине что-то регулярно покалывало, но я больше не был инвалидом! Я мог ходить! Бегать! Жить! Оттого настроение, несмотря на довольно паршивую ситуацию и тварей, что нагонят нас со дня на день, было отличным.
Несмотря на мои опасения, во время продолжительного отдыха никто на наш лагерь не напал. Похоже, что благодаря Харальду у нас была хорошая фора. А может быть, ему и вовсе удалось одолеть атаку арахнидов? Это было бы неудивительно, учитывая его навыки боевого мага, так что будем надеяться на лучшее, но готовиться к худшему и драпать до Чивуака как можно быстрее. 
Следующий день мы шли, то и дело озираясь. Ничего плохого в этот день не произошло, но ожидание опасности хоть и изматывало, но и прибавляло нам скорости.
Плохое случилось в конце следующего дня. Враг нагнал нас, когда мы уже были в ущелье, отделявшем нас от Чивуака, когда до спасительных стен нам оставалось идти не более двух десятин. Оттого вдвойне обидно было принимать сейчас бой. Очевидно, враг действительно был умён и тоже гнал своих восьмилапых воинов, чтобы не дать нам уйти за спасительные стены.
Мы заблаговременно заметили приближение врага, а оттого успели немного подготовиться к встрече с ним. Освобождённые пленники во главе с Мароном, были отправлены мною дальше, к спасительным стенам. Оло был посажен на единственного оставшегося в живых эйхо и отправлен в город за помощью.
Мы готовились дать бой членистоногим противникам. К нам присоединились два десятка освобождённых, коим мы всё же смогли подобрать оружие, позаимствовав его у убитых ранее товарищей и из собственных резервов, сделав часть универсальных бойцов с арбалетами и клевцами воинами ближнего или дальнего боя.
Честно говоря, когда Харальд говорил про подкрепление, я ожидал увидеть большое количество исчадий, однако на нас напали совсем иные существа. Среди них были бестии — напоминающие пауков твари, что способны выстреливать на небольшие расстояния паутиной и пленить врагов — очевидно, что-то вроде арахнидского спецназа, и отдалённо похожие на исчадий, однако в полтора раза более крупные, с широким приплюснутым телом и двумя крупными клешнями впереди, никогда до этого не виденные мною твари. Похожи на крабов. Так и буду их называть, пока не придумаю более подходящее название для подобных уродин.
Быстро окинув атакующее войско взглядом, я прикинул, что состоит оно примерно из тридцати бестий и такого же количества крабов. Многовато, однако. Бестии способны атаковать на расстоянии, а от крабов вообще пока непонятно, чего ожидать. Я бы предпочёл сейчас сразиться с вдвое большим числом исчадий, чем ожидать подлянки со стороны неизвестного врага, но выбирать мне не пришлось.
Мы сгруппировались в один плотно сбитый отряд. Я на Буром занял позицию спереди отряда, так как в пешем строю на огромном медведе стал бы серьёзной опасностью не только для врага, но и для своих, а прятаться за войском в данной ситуации считал не слишком уместным. Мы прикрываем отход безоружных, а соответственно беспомощных, поэтому думать сейчас о собственной безопасности было бы слишком низко. Да, я трус, никогда этого не скрывал, но, когда речь идёт о защите беспомощных, всегда встаю на сторону слабых.
Противник, не то боясь огненных взрывов, не то по каким-то иным соображениям, в противоположность нам рассредоточился, вражеские особи держались обособленно, не рискуя приближаться друг к другу.
Залп арбалетных болтов в противника и сплетённых паутин в нашу сторону вылетел практически одновременно. У противника появились первые раненые, а возможно и убитые, а у нас спеленало липкой субстанцией несколько воинов.