Кровь. Надежда. Эгоизм (СИ)

Я пытался выползти из-под туши эйхо, но у меня ничего не получалось. Животное было слишком крупным, а я лежал слишком неудобно. Я попытался ударить его, чтобы согнать, но у моей руки не было места для замаха. Я понял, что вот-вот задохнусь.
— А ну, пшла! — услышал я знакомый голос гоблина.
Скотина зашевелилась и поднявшись отскочила. Едва я поднялся на ноги, как мне в лицо прилетел небольшой осколок, едва не сбивший меня с ног. По моему лицу потёк небольшой ручеёк крови.
— Пад отгонять скотина! Скотина нельзя отдыхать верхом на мой друг и командир! Пад тыкать её больновбок кинжалом, она просыпаться и убегать!
— Я понял тебя, мой красноречивый друг. Проверь, живы ли остальные.
— Что проверять, я и так видеть! Катарианцы побиты камнями, но живы все. У катарианцев крепкий костяной голова! Но один мой зелёный брат попал под каменьпад и улетел вниз! Бедапечаль!
— Ясно, молодец, полурослик. Но почему не предупредили остальных о камнепаде?
— Как?
— Вы заранее знали о приближающейся опасности и первые побежали. Почему не предупредили меня и остальных?
— У гоблин хороший слух! Мы слышать многокамень заранее! Пад сильнопугаться и бежать! Пад не успеть говорить про опасность друг! — жалостливо заявил зелёный.
Следовало наказать его за подобный проступок, ведь нам сильно повезло, что никто из разумных не погиб, а пропавшего полурослика не слишком жалко. Но, с другой стороны, Пад спас меня, отогнав едва не задушившее животное.
— Завр! Завр! Там завр! — завопили мои воины впереди и неслись мне навстречу сломя голову.
Из-за криков я не успел решить, что сделать с гоблином. Крики встревожили меня, и я крикнул приближающимся катарианцам:
— Какой ещё завр? Их уже три десятка лет никто не видел! Вы даже понятия не имеете, как они выглядят!
— Там впереди огромный и страшный зверь! Это точно завр, и он бежит сюда! Спасайтесь, ваше величество!
— А ну стоять! Готовьтесь к бою!
— Да вы с ума сошли, это же завр, бежим!
Вдали я действительно увидел огромную, несущуюся в нашу сторону тушу. Вероятнее всего, мои воины оказались правы и это действительно был завр. Я никогда не видел их вживую, но мой учитель во дворце о них рассказывал. Ещё он говорил, что они вымерли. Оказывается, что нет. Это действительно очень опасные существа, но, прежде чем разобраться с ним, мне нужно разобраться с мерзким трусом, осмелившимся мне перечить.
Я достал из-за спины свой клевец, который гном изготовил из стали, и коротким ударом пробил голову жалкому предателю.
— Я не сошёл с ума. Всем приготовиться к обороне!
Не самое удобное место для защиты, но и для атаки монстра место не очень подходило. Мы сгруппировались. Чудовище бежало прямо на нас, нисколько не опасаясь упасть с узкой горной тропы. Очевидно, голод затмил рассудок твари. Если, конечно, она вообще способна хоть мало-мальски мыслить.
Его размеры впечатляли. Он был примерно двух ростов в высоту и шести в длину. Чешуйчатое чудовище, передвигающееся на двух огромных когтистых лапах и имеющее две крохотные передние лапы и длинный хвост. Его голова была огромна, и он запросто мог перекусить любого из нас пополам своими крупными жёлтыми зубами.
Двое моих бойцов перекрыли тропу, закрывшись щитами. Оставшиеся шесть готовили арбалеты к стрельбе. Выжившие гоблины путались под ногами. Эльфа я не видел.
Чудовище подошло к нам вплотную и зарычало так, что едва не начался новый камнепад, а до меня долетели частички его слюны.
— Выстрел! — скомандовал я.
Не успели мои воины выстрелить, как тварь резко дёрнула головой вперёд, схватив зубами щит одного из бойцов. Он не желал расставаться со столь надёжной, на его взгляд, защитой, и тварь подняла его в воздух, мотнула головой вправо и раскрыла пасть. Катарианец полетел вниз, так и не выпустив из рук щита.
Захлопали арбалеты, в монстра полетели болты. Тварь была покрыта прочной чешуёй, так что не все снаряды смогли её пробить.
— Полурослики, хватит болтаться под ногами, зайдите ему за спину и атакуйте! Он не сможет здесь развернуться! Арбалетчики, заряжай!
 
Выбывшего бойца заменил следующий, перейдя из категории арбалетчиков в щитоносцы. Вооружались мы однотипно и по максимуму. Каждый боец был экипирован двуручным клевцом, кинжалом, арбалетом и крупным прямоугольным щитом.
Завр схватил следующего бойца, прикрывавшегося щитом, поднял его в воздух, но в этот раз не бросил с обрыва, а резко повёл головой вперёд и вниз. Катарианец полетел назад вместе со щитом, сбил второго щитоносца и несколько арбалетчиков.
В нашей обороне появилась брешь. Хотя точнее будет сказать, что наша оборона была сметена. Опять придётся действовать самому, причём максимально быстро. Я достал из-за спины клевец и ринулся вперёд. В этот момент завр схватил своей огромной пастью бойца, который был сбит щитоносцем и не успел взять оружие, чтобы защититься. Он помотал катарианца в пасти влево-вправо несколько раз, а затем бросил в меня. Я успел увернуться и прижаться к скале справа, оттолкнулся от неё и прыгнул на зверя, замахнувшись клевцом.
Остриё оружия пробило завру верхнюю челюсть и вышло с другой стороны пасти. Зверь от боли и испуга запрокинул голову, вырвав рукоять оружия у меня из рук. Завр мотал головой из стороны в сторону, пытаясь избавиться от застрявшего в верхней челюсти оружия.
Заминка позволила гоблинам наконец-то пробежать за чудовище. Я приземлился прямо возле завра и последовал за гоблинами. Полурослики достали свои кинжалы и набросились на ноги твари. Я остался без основного оружия, но кинжал у меня тоже был. Мне пришлось присесть, чтобы не быть сбитым в пропасть виляющим туда-сюда огромным хвостом.
Я стал колоть кинжалом с такой скоростью, с какой способны были работать мои руки. Гоблины делали то же самое с ногами зверя. Он вновь заревел и попятился назад. Он резко вильнул хвостом вниз и вбок, сбив меня с ног и с силой прижав к скале. Затем он стал трясти ногами, сбрасывая гоблинов.
В этот момент кто-то из моих бойцов ударил клевцом по голове отвлёкшегося завра. Завр оступился и стал заваливаться в пропасть. На ноге у него сидел Пад и ещё один гоблин.
— Пад, прыгай! — крикнул я, но гоблин уже не слышал и летел в пропасть вместе с чудовищем.
Я подбежал к укушенному катарианцу и осмотрел его. Пластины брони оказались не в силах сдержать натиск челюстей столь сильного чудовища, и мой боец истекал кровью, но был ещё жив.
— Перевяжите его быстрее, пока он не сдох! Готовьте верёвки, мы спустимся и заберём наших!
— Да ведь они уже мертвы! Упав с такой высоты, невозможно выжить! Нужно идти дальше, если не хотим здесь замёрзнуть!
— Молчать! Мы никого здесь не оставим. Будем искать их, пока есть хоть какая-то вероятность того, что они живы.
В этот момент откуда-то появился эльф, верхом на эйхо, спокойный, будто бы ничего сейчас не произошло, и сказал:
— Твой подчинённый прав, Каварл. Нужно двигаться дальше. Приближается буря. А снег не слишком обрадует хладнокровных существ.
За спиной послышались шепотки.
— Я сказал, тихо! Мы своих не бросаем. Спустимся за ними, заберём и двинемся дальше. У нас достаточно дров, чтобы согреться.
Шепотки стихли, но я чувствовал недовольство своих бойцов. Несмотря на то, что они уже успели сплотиться за время моего с ними путешествия, всё же своя шкура была для них дороже, чем жизни товарищей. Наш народ плохо переносит холод, и я сам не уверен, что нам безопасно попадать в бурю. Но бросив своих, даже если они погибли, я подам плохой пример остальным. Мы должны стать настоящей семьёй. Я уверен, что смогу убедить правителей государств Востока помочь мне с войсками и мне понадобятся помощники, чтобы командовать войском. А доверять кому-то, кто не состоит в нашем отряде, я не могу. Да и на них, если честно, пока нет надежды. Это нужно менять.
Мои воины связали имеющиеся у них верёвки воедино и, закрепив один конец за острый выступ скалы, второй сбросили вниз.