Люби меня (ЛП)

— Привет. Ну, наверное, я звоню просто пожелать спокойной ночи. Надеюсь, у тебя был хороший день. Пожалуйста, позвони мне. Мне действительно нужно с тобой поговорить.
Оставив Брайану сообщение на автоответчик, я отключаюсь и прижимаю телефон к груди, молясь сейчас больше, чем когда-либо, чтобы он перезвонил.
* * *
Сегодняшний ланч сумасшедший, и, когда я убираю со стола посуду, раздаётся звон дверного колокольчика. Прежде чем обернуться, чтобы поприветствовать клиента, я на мгновение закрываю глаза. Я плохо спала прошлой ночью, и сон, приснившийся о Воне, удерживающем меня в постели, вызвал у меня головокружение, когда я проснулась этим утром.
— Привет! — оборачиваюсь и вижу, что именно те глаза, преследовавшие меня во сне, устремлены на меня.
Он ничего не говорит, но оглядывается, затем указывает на стол.
— Можно я сяду здесь?
Почему я лишилась дара речи? Почему, чёрт возьми, не могу говорить? Почему теряю решимость, когда нахожусь в непосредственной близости от него? Я прочищаю горло.
— Да.
— Круто, спасибо.
Я спешу в моечную и ставлю грязные тарелки. Полли взяла пятиминутный перерыв, чтобы позвонить, поэтому я тороплюсь назад в зал, чтобы рассчитать кого-нибудь, а затем направляюсь к столу Вона с меню.
— Привет.
— Привет, — он протягивает мне руку. — Меня зовут Вон. Я владелец тату-салона по соседству.
Я улыбаюсь, когда понимаю, что он делает. Начинает сначала. Когда кладу свою руку в его, я притворяюсь, что не замечаю, как это приятно.
— Меня зовут Рейн. Могу я принести тебе что-нибудь поесть?
— Просто принеси мне блюдо дня и немного воды, пожалуйста.
— Поняла, — хватаю меню со стола. — Вернусь через несколько минут.
Он подмигивает мне. Прежде чем направиться в кухню, я проверяю остальные столики и иду делать Вону сэндвич. Когда ставлю его на стол вместе с водой, у меня нет времени для разговора, и я продолжаю бегать вокруг, как сумасшедшая. В отсутствие мамы и папы я работаю за трёх человек.
В конце концов, спешка сбавляет обороты, и когда я выхожу из кухни, столик Вона пустует. Полли ловит мой взгляд на нём.
— Он заплатил и ушёл пять минут назад.
— О, ладно.
Меня не должно огорчать, что он ушёл, не попрощавшись, но огорчает.
Когда мы убрали все столы, а рабочий день подошел к концу, я запираю за Полли дверь и пересчитываю выручку. Он хотел начать всё сначала, и я согласилась. Но с другой стороны, это не так. Я просто хочу его, и мне больно оттого, что не могу его получить. Мне причиняет боль тот факт, что я вынуждена скрывать, кто я на самом деле рядом с ним. Кладя деньги в толстый конверт, я хватаю телефон и посылаю Вону сообщение.
Я: Собираюсь выходить.
Вон: Буду через 5 минут.
Я: Спасибо.
Я прокручиваю какой-то дурацкий сайт с новостями, пока жду его. Вон стучит в дверь, и я хватаю свои вещи и, заперев дверь, обнаруживаю его на тротуаре.
Он делает шаг ближе ко мне, словно собирается прикоснуться, но затем останавливается и отступает назад.
— Я боялся, что ты воспримешь все это слишком буквально. Рад, что ты позвонила.
— Не позвонила, а написала.
Он тяжело вздыхает.
— Умничаешь.
— Ты закончил на сегодня?
— Нет, у меня еще несколько встреч.
— Ты единственный, кто там работает? — я открываю свою машину и сажусь.
— Да, — Вон стоит у открытой двери, положив руку на крышу моей машины. — Раньше со мной работали другие люди, но это всегда плохо заканчивается.
— Почему это?
Он обдумывает мой вопрос.
— Я, правда, не знаю. Просто это никогда не получалось. Наверное, я слишком стремлюсь к совершенству, чтобы связывать своё имя с тем, чего я не делал. Потому что если ты работаешь в моём салоне, то твои татуировки представляют меня. Понимаешь?
— Понимаю.
— Я предполагал, что ты сможешь понять.
Не хочу, чтобы он уходил.
— Ты когда-нибудь брал отпуск?
— А что? Хочешь куда-нибудь со мной поехать?
— Не слишком ли ты высокого о себе мнения?
 
Он пожимает плечами.
— Я могу делать всё, что, чёрт возьми, захочу. Привилегия босса. Я стараюсь брать отгулы по воскресеньям, но это примерно столько же, сколько я был в отпуске.
Мой мотор урчит, когда я запускаю его, но я не могу придумать, что ещё сказать, чтобы не показаться отчаявшейся.
— Кстати, мне пора возвращаться к своему клиенту!
— О Боже! Ты там кого-то оставил?
— Да, ерунда. Увидимся завтра.
Он закрывает мою дверь и ждёт, пока я отъеду, прежде чем вернуться в свой салон.
Я включаю музыку, чтобы избавиться от мыслей, не выходящих у меня из головы, по дороге домой. Когда въезжаю на подъездную дорожку, в моей машине раздаётся мелодия, стоящая на звонке родителей. Я нажимаю кнопку Bluetooth.
— Алло?
— Привет, милая. Как ты? — кричит мама сквозь ветер.
— Я в порядке. Вы как? Вам там весело, ребята?
— Да! У меня наконец-то появилась связь, поэтому я хотела позвонить тебе, но здесь так ветрено, что я едва слышу тебя.
— Не переживай. Здесь всё хорошо.
— Что?
— Здесь всё хорошо, — кричу в ответ.
— Хорошо. Папа передаёт привет.
— И ему передай от меня «Привет».
— Мне пора. Я позвоню тебе, когда будет не так шумно. Люблю тебя.
— Ладно, пока. Я тоже тебя люблю.
Я отключаюсь и иду в дом, затем заказываю китайскую еду. Вечер проходит спокойно, и прежде чем лечь спать, я звоню Брайану.
— Привет, это Брайан. Я не могу ответить, потому что делаю нечто удивительное, так что оставьте сообщение.
— Привет. Мои родители только что звонили. Они всё ещё в круизе, — делаю паузу, чтобы придумать, что ещё сказать. — Ладно, я очень устала. Поговорю с тобой позже. Пока.
* * *
— Ты делаешь только татуировки?
Я сижу на кожаном диване в холле, пока Вон, сидя за столом, ест сэндвич, принесённый мной. На прошлой неделе он каждый день приходил на обед, но когда не увидела его сегодня, я немного испугалась. Ежедневное лицезрение его — это счастье для меня. Это чёртова изюминка моего дня, быстро заменяющая прослушивание голоса Брайана каждый день.
Вон ответил на моё сообщение сразу и просто сказал, что загружен. Так как с двух часов у нас не было посетителей, я отправила Полли домой, закрылась пораньше и пришла сюда, пока у него была пара свободных минут.
— Да. А что? Хочешь пирсинг?
— Пфф, ни за что.
— Снова раздумываешь над тем, сделать ли тату?
— Я никогда не говорила, что хотела, — когда сказала ему, что не хочу, я солгала. Есть кое-что, что я хотела бы набить. То, что хотела в течение многих лет. — Но да, вроде того, — признаю я, когда он закатывает глаза.
Морщинки появляются на его лбу, когда Вон поднимает брови.
— Неужели?
— Да, — вздыхаю я.
— Что ты хочешь?
— Цветок.
Он не смеётся, как я предполагала, потому что это так банально.
— Какой цветок?
— Стрелицию (Прим. Стрелиция — многолетнее травянистое растение, называемая так же «Цветком райской птицы». Цветок стрелиции похож на голову райской птицы с разноцветным хохолком, а зелёные листья расправлены, как крылья, поэтому создаётся впечатление, что она парит в воздухе), — я хочу что-то, что олицетворяет свободу, что-то, что напоминает мне, что это нормально быть свободной и перестать носить так много багажа на своих плечах.
— Недурно, — он вытирает руки салфеткой. — Где ты хочешь её набить?
Показываю на своё бедро.
— Хочу, чтобы она началась здесь.
— Хорошо выглядело бы. Я могу нарисовать тебе что-нибудь, если хочешь.
 
— О. Я не собираюсь её делать. Просто…
— Почему нет? Боишься, что будет больно?
В очередной раз он удивляет меня, потому что я ожидаю какого-то остроумного комментария, но он совершенно не делает этого.