Аксиома (СИ)

В самом месте преступления не было ничего необычного на первый взгляд. Казалось, что граф просто присел на минутку в кресло и уснул. Ни крови, ни следов борьбы. Кто бы ни убил Харланда, действовал он на редкость профессионально.
— Интересно. Она — человек, — Джесси повертел в руках фотокарточку, рассматривая женщину, изображенную на ней. Лорен и впрямь была красива, ничего удивительного, что вампир выбрал ее. — И почему же ее еще не арестовали? Я думал, что наши кровососущие служители правопорядка подготавливают для нее камеру.
— Нет оснований, — Шеф усмехнулся — слишком злорадно для существа, который должен беспристрастно рассматривать подобные дела. — Причина смерти графа до сих пор не установлена.
— Прошло двое суток, — изумился Джесси.
— И тем не менее, — развел руками Шеф. — Лорен обратилась к нам за помощью. Ее адвокаты не справляются с напором законников. Берешь?
Вопрос вроде бы был как про дело, но Джесси неплохо знал собственного начальника, поэтому сразу понял, что речь идет о студентах. И Асте.
— Подкуп засчитан.
В конце концов, это всего лишь подростки. Шумные, неуправляемые и бестолковые. Но с другой стороны — Джесси один из главных Церберов их отдела, если не он, то кто же еще сумеет превратить их практику в ад?!
Махнув папкой, Джесси поднялся со своего стула и вышел из кабинета. В коридоре его уже ждала взволнованная Элла, нерешительно переминаясь на месте с подносом, на котором стояла крошечная чашечка с кофе и вазочка с конфетами в цветастых обертках. Странный выбор, учитывая, что Шеф ни разу не сладкоежка. Джесси беззлобно фыркнул, рассматривая эту идеалистическую картину в очередной раз. О влюбленности Эллы в собственного Шефа знали все в отделе, кроме, пожалуй, самого объекта воздыхания. А эта влюбленная дурочка вместо того, чтобы залезть к нему в штаны и хоть как-то сдвинуть ситуацию с мертвой точки, мечтательно смотрела и исправно таскала ему кофе. Который Шеф в принципе не пил.
Сжалившись, Джесси подхватил с подноса чашку и, сделав глоток, поморщился. С сахаром Элла как обычно переборщила.
— Плесни ему туда коньяка и неси, — посоветовал Джесси и, выходя из приемной, добавил: — Тебе идет новая стрижка.
— Спасибо, — тихо отозвалась Элла, уже не так обиженно.
Предвкушающе улыбаясь, Джесси направился в комнату отдыха. Толпа за время его беседы с Шефом не рассосалась, хоть Джесси втайне и надеялся на это, а сменила дислокацию, перебравшись в дальний угол на мягкие диванчики. Подойдя к переговаривающимся подросткам, Джесси бросил папку на стол. Та приземлилась со звонким шлепком, отчего все подпрыгнули. Не то чтобы Джесси так и планировал, но раз уже пошла такая пьянка…
— Так, спиногрызы, заткнулись и посмотрели на меня, — ледяным, беспрекословным тоном произнес Джесси. Разговоры тут же прекратились и подростки изумленно на него вытаращились, растерявшись от такого хамства. И пока они не опомнились, Джесси продолжил: — Почему трава зеленая? Отвечаем на вопрос. Быстро. Раз, два, три.
— На все воля богов, — звонко, задорно улыбаясь, произнес рыжий невысокий парнишка. Видимо, решив пошутить.
— Потому что в траве находится хлорофилл. Согласно законам физики, цвет предмета объясняется как отношение между светом, полученным и поглощенным определенным предметом, и светом, отраженным от него. При фотосинтезе поглощаются… — бойко начала тараторить девица, упакованная в строгий и жуткой неудобный даже на вид костюм.
— Потому что… — начал еще один студент. Такой бледный, что Джесси подумал, что он сильно перенервничал, а присмотревшись повнимательнее, понял, что он просто вампир. Следом за ним и другие начали галдеть, создавая ненужный шум. Кто-то пытался возмутиться, кто-то дополнить девчонку, другие — что из-за содержания в хлорофилле магния. Джесси невольно посмотрел на Асту. Он единственный, кто молчал, только улыбался загадочно, паршивец, вызывая неконтролируемое желание съездить по его самодовольной физиономии чем-нибудь тяжелым.
— Стоп, достаточно, — Джесси поднял руку вверх, обрывая ненужную болтовню. — Святоша, — для наглядности он ткнул пальцем в рыжего пацана.— И Зазнайка, — в этот раз досталось девчонке. — Папку в зубы и за мной.
 
У выхода он притормозил, пропуская парочку в коридор. Следом за ними вышел и по-прежнему молчащий Аста, бросив на замершего у двери Джесси красноречивый взгляд, как бы говорящий: «Попробуй остановить меня». Собственные нервы Джесси были дороже, да и с Шефом он вроде как договорился. Оставшиеся студенты недовольно загомонили, требуя объяснений. Не будь он таким взбешенным с самого утра, то может даже восхитился бы такой слаженности.
— Святоша — потому что первый сориентировался, Зазнайка — потому что умная, ну Аста просто наглый засранец.
— А нам что делать? — кто-то робко спросил из толпы.
— Ждать следующего дядю с коварными вопросами, — усмехнулся Джесси и вышел.
День с отметки «отвратительный» начал медленно ползти в сторону «средней паршивости».
***
Траур Лорен был к лицу: платиновые пряди волос, продуманно уложенные в будто бы небрежную прическу, вызывающе-алая помада на губах, кровавые рубины в вычурных серьгах и перстне, чернильный узор кружева на молочно-белой коже. Девушка комкала в руках платок и время от времени подносила его к аквамариново-синим глазам, вытирая несуществующие слезы.
— Присаживайтесь, — Лорен указала рукой на диван, а сама грациозно опустилась в кресло, смутно напоминающее обитый бархатом трон. Продолжая играть роль радушной хозяйки, она негромко, манерно растягивая гласные, спросила: — Ча-ай, ко-офе? Или, может быть, хотите чего-то покрепче? От моего покойного супруга осталась неплохая коллекция.
Практиканты, как прилежные детки, расположились напротив Лорен, достали блокноты и хищно вскинули карандаши, намереваясь вытрясти из своей жертвы все интересующие их вопросы. Джесси с умилением посмотрел на эту картину, почувствовав ностальгию, и решил не вмешиваться. Оставшись стоять, он оперся руками о спинку дивана и с интересом осмотрелся по сторонам.
Эти спиногрызы умудрились его достать уже по пути сюда. И ладно, взгляды Асты, коими он прожигал его спину, Джесси еще мог понять, но вот восхищение, которое перло от других деток казалось нелогичным. И если Святоша еще пытался свое любопытство как-то замаскировать, пусть и безуспешно, то Зазнайка смотрела открыто, будто мысленно проводила исследование интересующего ее объекта, и, кажется, даже не моргала. В какой-то момент Джесси даже начал опасаться, что девчонка и впрямь достанет из сумочки скальпель, но, спасибо духам предков, пронесло! Все-таки женщины страшные создания! И даже их хорошенькие мордашки не спасают ситуацию.
— Благодарю, стакан воды, если не затруднит, — с улыбкой ответил Джесси. — И пепельницу.
На вопросительный взгляд Лорен, детки вежливо отказались, и Джесси понимающе хмыкнул. Когда-то и он был таким же, придерживаясь стереотипа, что холодность и отстраненность для следователя — лучшая характеристика. Никакого дружелюбия. Нельзя проявлять участия к возможному преступнику. Годы практики и ехидство Шефа выбили всю дурь из его головы.
— Итак, расскажите все, что произошло в ночь убийства вашего мужа. — Получив в руки долгожданную пепельницу, Джесси с наслаждением закурил, вдыхая горьковатый дым.
— В общем-то нечего рассказывать, — Лорен опустила голову, рассматривая свои руки, где на пальце тускло блеснуло обручальное кольцо. Вздохнув, она заученным тоном продолжила, повторяя это явно не в первый раз: — В тот вечер я ушла спать чуть раньше, потому что началась сильная гроза. Гром и вспышки молний меня… немного пугают. А Эрон находился у себя в кабинете.
— Что он там делал? — негромко уточнила Зазнайка, оторвавшись от блокнота.
— Не знаю, — Лорен равнодушно пожала плечами. — Пил, работал с документами или читал? Он часто запирался в своем кабинете и мог просидеть там до самого утра. Я никогда не интересовалась, что происходит за закрытыми дверями.