От ненависти в ЗАГС (СИ)

— Всё хорошо, — произнесла она, и в её голосе прозвучала нотка грусти.
— Что стряслось? Почему ты такая грустная? — взволновано спросила мама.
— Просто я хотела поехать в гости к своим родителям и вот не вовремя потеряла сознание…
— Так вот почему ты такая опечаленная? — мама положила на плечо девушки руку. — Давай, завтра поедем к твоим родителям? Заодно и познакомлюсь с прекрасными людьми, которые воспитали такую милую леди, — моя мама шутит? Познакомиться с родителями этой девчонки? Она с ума сошла. Зачем ей это? Неужто она всерьёз воспринимает наши отношения… Разве она не видит фальши в нашей гнусной и отвратительной игре.
— Правда? Вы действительно поедете со мной? — не знаю почему, но её голос был счастливым, и настроение каким-то волшебным образом стало хорошим. На лице светловолосой промелькнула искренняя улыбка, и глаза засияли несвойственным цветом. Она рада предложению моей матери? Так что же она чувствует?
— Да, если завтра у тебя будет всё хорошо, мы поедем втроем, ты, я и Антон, — кажется, у меня они забыли спросить, хочу ли я гостить у семьи этого кактуса, чьи губы манят. — Антон! — воскликнула моя мама, от чего я вздрогнул и выглянул из соседней комнаты.
— Звала? — поинтересовался я и сделал вид, что не слышал их разговор.
— Да, Антон, завтра мы едем к родителям Лилички, так что сегодня я останусь с вами на ночь. — и какого хрена я обрадовался последним словам. Всё равно — это ложь и мгновенная суета, которые кончатся очень скоро.
— Хорошо, — даже и спорить не стал со своей мамой, посмотрел на девушку и заметил удивление в её глазах.
— Вот и славненько, — хлопнула в ладоши мама и радостно воскликнула. — А теперь дуйте на улицу! — приказала мама.
— А это ещё зачем? — теперь атмосфера удивления передалась и мне.
— Как это зачем? Ты что, не слышал, что говорила медсестра? Лиличке нужен свежий воздух, а так как вы пара, значить должны гулять вдвоем. — она сложила руки на поясе. — Одевайтесь теплее только, а особенно это касается тебя, Лиля! — перевела взгляд на блондинку моя мама, после чего хитро ухмыльнулась.
— Но я… — кажется, она хотела возразить, но я, схватив её за руку, повел её в соседнюю комнату и мило говорил.
— Не спорь с мамой, она права, тебе нужно прогуляться, — мой голос на удивление стал ласковым. Даже и слова не сказав она послушно направилась за мной в свою комнату. Закрыв дверь за собой, я вздохнул и перевел на неё взгляд. — Раздевайся, — скомандовал я,
— Что? Ты сдурел? — воскликнула Лиля, и румянец на лице стал краше. Кажется, она не о том подумала. Хотя, если бы и мне так сказали, то и я бы неправильно понял собеседника.
— Я имею ввиду, переодевайся, пойдем погуляем, — отвернулся я и скрыл смущение, так как уже был не в силах смотреть на неё так, как смотрел прежде.
— А ты разве не выйдешь? — голос девушки задрожал, и я понял, что она боится. Действительно боится, нет в ней женщины-хищницы или же развратницы. Сама скромность и милота.
— Если я выйду, мама подумает, что наши отношения ненастоящие, — и что я несу, вот дурак. Признайся же, что хочешь с ней побыть наедине. Я — идиот. Невероятный болван, зачем я мучаю себя, обманывая её.
— Ты прав, но всё же, не подглядывай, ладно? — попросила меня девушка.
— Даже и не собирался… В тебе ничего нет особенного, чтобы любоваться твоими изгибами, — и хрен кто узнает, что когда я говорил это, краснел, как последний придурок. Словно я был из семейства членистоногих. Самый обычный рак. Рак-дурак…
— Тс… Мог бы просто сказать, что я неинтересна тебе, не нужно было оскорблять, — по голосу я понял, что девушка надула губки и обиженно произнесла. — И вообще, если мы будем так себя вести, то твоя мама узнает, что мы обманываем её.
— Твои проблемы. Не я же заварил эту кашу! — недовольно проворчал я.
— Ну по крайне мере ты мог бы сказать всю правду ей уже давно, — произнесла серьёзно Лиля, после чего я резко повернулся к ней. И не обращая внимание на то, что она стояла в нижнем белье, недовольно произнес.
 
— Я, между прочем, сжалился над тобой, балда, могла бы быть более благодарной! И не строй из себя самую умную здесь! — и чего я так разозлился.
— Ладно-ладно, успокойся… — спокойно произнесла Лиля и, швырнув в меня подушку, скомандовала. — И вообще, отвернись, дурак! — подушка прилетела мне прямо в лицо, после чего я отвернулся.
— И чего так реагировать, всё равно смотреть не на что, — а вот это я уже неправду сказал, на самом деле, фигура у Лили в принципе неплохая, но до Анфисы Чеховой ей, конечно, далеко.
— Придурок… — прошептала девушка, подумав, что я не услышу её. Но, к счастью, со слухом у меня всё хорошо, поэтому услышав её, я умиленно улыбнулся и сложил перед собой руки. — Всё, можешь повернуться, — и десяти минут не прошло, как она позволила мне повернуться к ней. Наверное, она единственная девушка, которая на самом деле беспокоится о своем здоровье, ведь не каждая наденет зимний свитер, поверх ещё и толстовку с пингвином на кармане, теплые темные джинсы и зимнюю шапку-ушанку. Рассмотрев её с ног до головы, я ухмыльнулся.
— Ну что же, выглядишь не плохо, только вот в забегаловки с тобой стыдно заходить будет.
— Закрой рот, — прошипела блондинка и, открыв двери, вытолкала меня из своей комнаты.
— О, вы уже готовы? — позади послышался голос мамы.
— Да, мэм, — ответила Лиля и, схватив меня за руку, повела в прихожую, где висели наши куртки. Надев их, мы обулись, Лиля с недовольной физиономией открыла дверь и вышла самой первой.
— Чего стоишь, как истукан, выходишь? — поинтересовалась девушка и от недовольства изогнула свои светлые брови.
— Выхожу, — кратко ответил я и вышел за Лилей. Мы молча спустились вниз и, выходя на улицу, даже не смотрели друг на друга. Атмосфера казалось всё напряженней и напряженней. Лиля молчала, а я не знал, что говорить, и так до самого парка. Как-то раз я хотел её разговорить, но та не поняла моего намека и, ещё больше надувшись, отвернулась в сторону, делала вид, что не знает меня. И вот на что она обижается? Вы мне скажите, пожалуйста… Что я уже успел ей сделать такого, что она теперь молчит. И даже не смотрит в мою сторону, вот уж противная девчонка, и если бы она посмотрела на меня, я бы не сдержался и повалил девчонку на снег, который выпал этой ночью и до сих пор не растаял. Лиля! Ну, почему ты такая трудная?
Каким то образом мне удалось приблизиться к девушке и схватить её за руку. Обычно в фильмах мужчина всегда брал женщину за руку, и та, растаяв, смотрела на него и мило улыбалась. Но Лиля, кажется, не смотрела фильмов и поэтому продолжала смотреть в противоположную сторону, так ещё и пыталась вырываться из моей руки. За что такой трудный характер свалился мне на плечи? Девушки всё время обижается из-за не пойми чего. И как мне с ней быть?
========== Часть 12 ==========
Её рука пыталась выскользнуть из моей, но я не позволял девчонке отдалиться от меня. Ведь та на меня как-то дурно влияла. Мне не хотелось отпускать её руку. Холодная маленькая ручка не сдавалась и была более настойчивее, ослабив немного хватку,она вырвалась и, надув губки, пошла вперед. А я, как дурак, ухмылялся ей вслед. Да, ты не такая, как все… Ты другая, Лиля. Как жаль, что, я не могу ей этого сказать. А боюсь я лишь потому, что впервые чувствую себя так странно. Хочется подойти и обнять. Стойте, я снова начинаю? Остановите меня кто-нибудь. Если так дальше пойдет, я, возможно, начну что-то чувствовать к кактусу… Так некстати. Не хочу сейчас даже думать об этом, нужно как-то отвлечь себя. Ну или хотя бы догнать блондинку, а то она сейчас убежит. И я уже не смогу её догнать. Ох же и пошутила над нами судьба, должна она была вообще нас знакомить, про бессовестное вранье я вообще молчу. Чёртов случайный случай. Если бы мама не пришла в тот момент, когда я повалил Лилю на кровать, то, возможно, девушке бы не пришла такая грандиозная идея, как пожить на халяву. Халявщица, блин…