Дорогой Солнца. Книга третья (СИ)

— На основной волне тихо, — прокомментировал он свои действия. — На которой, как оговорено, должно работать экстренное оповещение.
— Посмотри, может, какие-то частные переговоры? — попросил я.
Колтон запустил сканирующий режим. Несколько раз рация ловила шифрованные переговоры, но и только. В открытом эфире ничего полезного не было.
— Странно… — сказал он.
— Норма, — ответил я. — Операция, значит, ещё продолжается. Объявили молчание. Гражданских, наверно, кого могут, оповещают другими путями.
— Ну да…. Наверное, — Колтон пожал плечами.
Рацию выключили.
Фермер на правах хозяина взял на себя первое дежурство. Мы скинулись с оставшимися парнями. Мне досталась вторая смена, Фернандо (так звали второго работника) третья, Рубину — четвёртая. Под утро должен был стоять Дэвид.
Умываться пришлось, черпая воду из резервуара ковшиком. Совсем как в деревенской бане. Генератор запускать мы не рискнули — специального фильтра, маскирующего выхлоп, у Колтона не было. А вывод отработанных газов находился не так уж далеко от фермы.
Кое-как ополоснувшись, я занял одну из коек и попытался уснуть. Однако мне это не удалось: минут через пятнадцать появился Колтон и потряс меня за плечо. «Ты должен это видеть», — сказал он шёпотом, стараясь не разбудить мальчишек.
Я нехотя поднялся, оделся и вернулся в комнату наблюдений.
На центральный монитор было выведено изображение главной гостиной внутри дома. На полу лежали два модификанта, поджав под себя конечности на кошачий манер. Они сложили головы на бок и закрыли глаза. Возможно, спали.
Рядом с ними, на большом кожаном диване, сидели два человека в камуфлированных комбинезонах незнакомой мне конструкции. Выглядели они вполне нормально: мужчины, немолодые, с короткими стрижками. Один что-то потягивал из жестянки в правой руке.
— Мне кажется, ты излишне остро реагируешь. Ну уехали — и что? Далеко всё равно не скроются. Утром найдутся, — произнёс тот, который что-то пил.
— Старый Колт не так прост, — ответил другой.
Я поднял бровь.
— Ты их знаешь? — спросил я фермера.
Тот молча кивнул и поднёс палец ко рту.
— Тс-с-с! — выдохнул он.
— А это не важно, — мужик с жестянкой пожал плечами.
— Его видели в компании русских. Источники говорят, он их с аэродрома вытащил, — ответил его компаньон.
— И что? Вытащил — и ладно. Он вроде не дурак, значит, будет держаться от них подальше.
— Ты вроде как его защищаешь? — спросил мужик и сделал очередной глоток.
— Вот ещё! — фыркнул его собеседник. — Просто уверен, что они в городе. Иначе и быть не может. Их держат поближе к центру.
— Посмотрим… но лично мне кажется, что они где-то здесь. Ближе к горам. Нутром чую.
— Не важно. Мы их в любом случае поймаем.
— У нас нет другого выхода.
  
Глава 15
 
В эфир выходить никак нельзя. А парней надо предупредить: демы расположились в главном доме, организовав патрули и охрану из модификантов. Конечно, можно понадеяться на то, что Пуля увидит опасность и не полезет на рожон. Но вдруг он решит, что нам нужна помощь?.. в общем, лучше бы кому-то выйти навстречу и попытаться парней перехватить.
Рубина я отправить не мог. Собственно, меня до сих пор удивляло решение командования отправить такого ценного кадра на эту миссию. Если для первой вылазки в Подмосковье предположительно нужны были его уникальные возможности, если бы пришлось угонять захваченный противником самолёт — то в нынешнем случае мотивация выглядела откровенно слабой.
Да, оперативная доставка — это хорошо, но ведь наверняка же можно было найти и альтернативные способы? Обычный бомбардировщик с дозаправкой, десант… и ведь исправные машины остались — я сам видел на подземном аэродроме.
Значит, для такого решения могли быть и другие, скрытые мотивы. Думая об этом, я чувствовал, как начинает болеть голова. Комбинация внутри комбинации, внутри ещё одной комбинации… плюс огромное количество неизвестных факторов.
Уверен, что и сам Рубин недоумевал по этому поводу, хоть и рад был выбраться из отнюдь не золотой клетки, где его держали.
 
Будто уловив, что я думаю о нём, Рубин зашёл в кухонный отсек. Сел рядом и сказал:
— Пуля не полезет на рожон. Можешь не беспокоиться. Они имеют ввиду возможность такого развития ситуации.
— Скорее всего, — согласился я, кивнув. — Но мне было бы спокойнее, если бы он знал.
— Хотел пойти навстречу?
— Ага, — кивнул я.
— Плохая идея, — ответил Рубин.
— Ничего лучше не могу придумать.
— А я могу.
— И что же? — я вопросительно поднял бровь.
Рубин посмотрел на меня серьёзно, чуть наклонив голову. Потом сел, положил локти на стол и сказал:
— Смотри, их не так уж много. Те двое, что в доме — так понял, какие-то «шишки». Плюс отделение охраны здесь, у входа, — он начертил на столешнице воображаемую линию, обозначавшую стену дома. — Внутри два модификанта. Ещё трое во дворе — здесь и здесь.
— Точно трое? — спросил я.
— Точно. Наблюдал по камерам.
— Как-то маловато.
— Мне кажется, у них не так много боевых модификантов, успешно прошедших трансформацию, — сказал Рубин. — Что-то там идёт непросто, это очевидно. Иначе они бы их было куда больше, и конфедераты не загнали бы их в угол.
— Ладно, — кивнул я. — Допустим. Итого: пять модификантов, десять человек охраны на постах, дежурят по пять, так? Ещё двое в доме… тебе не кажется, что у нас людей маловато?
— Модификантов я на себя беру, — осклабился Рубин.
Я тихонько присвистнул.
— С чего ты вообще взял, что я разрешу тебе идти?
— Потому что я справлюсь.
— Слушай… ты должен был нас доставить сюда и, по возможности, обратно. А я должен доставить тебя и сдать на руки твоему руководству. Ты хотя бы приблизительно представляешь, что со мной сделают, если я припрусь обратно без тебя?
— Что? — притворно удивился Рубин. Он старался не улыбаться, но в его глазах плясали бесенята.
И правда — что? Прямых указаний как-то особенно беречь лётчика у меня не было.
— Ну точно по голове не погладят, — ответил я. — Не знаю. Переведут куда-нибудь. Понизят. А меня, знаешь ли, устраивает моя теперешняя жизнь. У меня семья.
— Ладно, — сказал Рубин. — Ничего тебе не будет. У меня полный карт-бланш на любые действия от моего руководства.
Я прищурился, изображая сомнение.
— С чего бы?
— Вот с чего бы — это уже другой вопрос, — ответил Рубин.
Я промолчал, продолжая выжидательно глядеть на лётчика.
— Слушай, правда, есть причины, — добавил он после паузы. — Мог бы — сказал бы.
Я кивнул. Что ж, даже отсутствие информации уже есть информация. Значит, как я и предполагал, не всё так просто в этом мире.
— Хорошо, — кивнул я, — допустим. Но с чего ты взял, что справишься с модификантами?
Рубин вздохнул.
— Понимаешь, какая фишка… я ведь говорил, что импланты позволяют ускорить восприятие времени во время пилотирования, да?
Я кивнул.
— Так вот, технически я могу входить в этот режим и без непосредственного контакта с кораблём. Понимаешь, как я понял, у этих модификантов ключевое преимущество — скорость реакции. То, что у них осталось от сознания, способно гораздо быстрее обрабатывать вводные, чем мозг обычного человека. Когда я в лётном режиме — у них такого преимущества нет.
— Это… безопасно? — спросил я.
— Ну как сказать… не слишком полезно для здоровья. И голова потом раскалывается. В самолётах-то есть специальная система, которая позволяет контролировать все параметры режима. Тут придётся обойтись только тем, что есть, так сказать, на борту… но вообще у нас даже в рекомендациях предусмотрена возможность использования этого преимущества, например, при угрозе попадания в плен.
— А ты раньше при мне когда-то что-то подобное делал? — спросил я.
Рубин вздохнул.
— Однажды пытался… когда меня захватили, там, возле Егорьевска, — признался он.