Шаг второй. Охотник (СИ)
— Вы не перестаете меня удивлять, Юрий Александрович! — качая головой, сказал врач, — Невероятно. Правда, невероятно. Я многое повидал, уж поверьте. У вас есть по сути три варианта. Первый — позвонить Екатерине Георгиевне и стать иждивенцем. Второй — отправиться в государственное общежитие для малоимущих и доживать свой век там. Третий — отправиться в дом престарелых.
— Один вариант лучше другого, — невесело улыбнулся я, — По сути вариантов два. Между вторым и третьим я разницы не вижу.
— А между тем, она есть, и она огромна.
— Растолкуйте мне, доктор, в чем же разница между жалким существованием в общаге среди маргиналов и местом, где доживают свой век одинокие люди?
— Разница огромна, — уверенно ответил врач, — в уходе, окружении, питании. Да и привычных вам домов престарелых с запахом лекарств и атмосферой смерти давно уже нет. На данный момент все подобные заведения оснащены самой современной техникой и персоналом. Все обитатели находятся в капсулах длительного погружения и выходят из них только в случае неполадок или по состоянию здоровья.
— Так и вижу перед собой ряды металлических гробов с замурованными в них стариками. Бред какой-то.
— В целом конечно верно, но все не так мрачно. Капсулы следят за состоянием здоровья, кормят, поят, убирают отходы. А персонал, в большей степени, следит за состоянием капсул, а не за людьми в них обитающими.
— И куда же погружаются все эти довольные жизнью пожилые люди?
— Почему погружаются, — не понял мой собеседник.
— Ну, вы сказали, что капсулы глубокого погружения, а куда погружаются — не сказали, — объяснил свой вопрос я.
— Ну конечно, — заулыбался мой собеседник, — Они играют. Термин погружение возник на заре эпохи виртуальной реальности. Имеется в виду, что человек полностью погружается в игру. Капсулы позволяют обеспечить полный эффект присутствия. Нет никаких картинок и заставок. Вы живёте в полностью настоящем мире. Вкус, цвет, тактильные ощущения — все будет соответствовать реальности.
— О как, — только и смог сказать я, — И во что же играют люди?
— А кто во что. Кто-то рыбу ловит и охотится, а кто-то заклинания изучает. Кто-то ворует, а кто-то штурмует замки. Здесь простор для фантазии и самореализации просто огромный. Так что выбор будет только за вами. И, хочу заметить, если бы вы не прошли сегодняшний тест, то выбор состоял бы всего из двух первых вариантов.
— Вы же сказали, что тестов не будет, — уличил я Николая Петровича.
— Ну что вы, Юрий Александрович, вы же взрослый человек и должны все понимать. Мы не можем просто махнуть на все рукой и сказать пусть, мол, он делает что хочет, он хороший парень!
— А почему нельзя в дом престарелых, если не прошёл тест? — задал я вопрос. Ответ был важен. Если есть какое-то условие, значит не все так просто.
И я оказался прав.
— Людям с психическими расстройствами нельзя находиться в вирте. Они теряют связь с реальностью. Да и другим мешают, — просто ответил доктор, — а там, знаете ли, теперь треть населения живёт и нельзя выпускать к ним социально опасных личностей.
Я задумался. При таком раскладе я не стану обузой. Ни родным, ни государству. Связей у меня никаких нет. Так что вариант неплохой. Все лучше, чем шагнуть из окна. Нужно прикинуть свои возможности и предлагаемые условия по этим вариантам.
Ну и позвонить Кате. Женой я теперь избегал называть её даже в мыслях. Это для меня все прошло как один миг, а она прожила целую жизнь без меня. Да что там говорить, дочке сейчас уже должно быть 38 лет! От таких мыслей мозг начинает закипать.
— Мне нужен доступ в сеть, телефон и время на «подумать», — сказал я врачу.
— Я вас ни в коей мере не тороплю. Период реабилитации займёт ещё примерно месяц. Ответ буду ждать от вас через три недели. Все необходимое вам принесут сегодня же.
— Спасибо, доктор.
— Не стоит, это моя работа, — ответил Николай Петрович, вставая, — хорошего вам дня, Юрий Александрович, надеюсь, что вскоре мы вас выпишем.
Глава 2
Доктор ушёл, а я остался наедине со своими мыслями. И были они ох какими невеселыми. Ситуация сложилась крайне печальная. Выбора особого у меня нет. Полноценно работать я не смогу. По паспорту мне уже 65 и, не зная сегодняшних реалий, устроиться на нормальную работу шансов нет. В том, что государство обеспечит меня всем необходимым, я сильно сомневался. Лет прошло немало, но это Россия, страна больших возможностей, поэтому рассчитывать на что-то, кроме десятка квадратных метров в захолустье и пенсии на хлеб и воду, не стоит. Вариант с Катей даже рассматривать не хочу. Стыдно невероятно, если бы мог сгореть, то сейчас остался бы только пепел. Поговорить с ней обязательно нужно. Поблагодарить и придумать, как вернуть долг. Пусть это и не изменит ничего, но так у меня будет цель. А если есть цель, то человек будет идти вперед и стараться её достигнуть. Иначе конец.
Способов добыть сколько-нибудь приличные средства у меня крайне мало. Если не брать в расчёт голодовку с целью скопить средства из пенсии и откровенно криминальные схемы, то их особо и нет. Хм… Тупик.
В общих чертах цель определена. Нужно найти средства для её достижения. Если я зашёл в тупик, значит у меня мало информации. За 34 года моего отсутствия явно многое изменилось. Так что начать следует с поиска информации о текущей ситуации в стране в целом и на рынке труда для пенсионеров в частности.
Тут внезапно в голове всплыла фраза из разговора: «В вирте живёт треть населения». Люди не могут развлекаться, не тратя денег. А то, что игры это развлечение — безусловный факт. Даже во времена моей молодости кое-кто из знакомых умудрялся зарабатывать на онлайн-играх. Кто-то продавал ресурсы и предметы, а Саня вообще умудрялся персонажей продавать. Может и здесь такое возможно.
Время до вечера тянулось как патока. Бесконечные процедуры с небольшими перерывами на еду. Хотя, по правде говоря, все эти мероприятия нужны были в первую очередь мне, так что грех жаловаться.
Когда я ближе к ужину вернулся в палату, то на тумбочке обнаружил большой коммуникатор. Устроившись поудобнее, я нырнул в сеть, где надеялся отыскать часть ответов на свои вопросы.
В первый вечер я успел лишь бегло ознакомиться с глобальными событиями за время моего отсутствия. Узнал, что произошёл десяток локальных войн. Образовалось и развалилось несколько коалиций государств. Было открыто и запущено в массы новое топливо. Производить которое, кстати, начали все бывшие нефтяные гиганты. Возможно поэтому оно все же пошло в народ, в отличие от условно бесплатных аналогов. Прогремели несколько компьютерных революций, последняя из которых заключалась в открытии совершенно новых возможностей для индустрии развлечений.
Началась эпоха виртуальной реальности. Народ толпами повалил за новыми развлечениями. Глядя на все это безобразие и видя доходы игровых корпораций, правительства наложили свою тяжёлую руку на эту индустрию по всему миру. Там, где руководство проектов шло на контакт, появились совместные с правительством проекты. Если нет, то появлялись государственные игры, а все коммерческие проекты безжалостно закрывались.
Оценив все плюсы данной технологии, вожди народов начали глобальную чистку социума от балласта. Этому делу сильно помогла государственная монополия на производство капсул с системами жизнеобеспечения, благодаря ей, игрок мог находиться в вирте бесконечно долго. Обкатав технологию на заключённых, её пустили дальше в массы. Модернизировали все дома престарелых. Создали места пребывания для инвалидов и недееспособных лиц.
Даже детдомовцев запихнули в капсулы, правда, всего на 12 часов в сутки. При этом туда же перенесли все программы их обучения и развития.
Дело было поставлено с большим размахом. Правительства не только перестали тратить средства на содержание всего этого добра, но и начали неплохо зарабатывать на труде тех же заключённых, которые, как проклятые, добывали нарисованную руду.