Игрушка для дракона 2 (СИ)
И вот я уже сходу бью ногой в пах первому, кто оказался рядом. Самый эффективный удар в любой драке. Главное — попасть, и я — попал. Мужчина повалился на землю без сознания и остальные набросились на меня. Меня охватило такое бешенство, что я уже не думаю о чем, кроме убийства. Когда же вы наконец от меня все отстанете, мрази!
…Хрусть! Шея черномундирника ломается, я в ярости не отпускаю голову и отрываю ее с треском. Бросаюсь на оставшихся двоих, валю их и, ухватив за головы, расшибаю их вдребезги, голову об голову, как переспелые арбузы.
В гостиный двор Крома я прибыл на извозчике в своем привычном облике, прикрыв иллюзией только окровавленную одежду. Извозчичья лошадь испуганно косила глазом и хрипела всю дорогу, почуяв кровь. Я послал извозчика узнать, в каких комнатах сейчас Агер, и получить с него же плату. Можно уже не шифроваться и не заметать следы. Я не собирался жить, любить и работать ни в этой империи, ни в какой другой.
В номерах мои девчонки с плачем кинулись ко мне, не отпуская меня даже на пять минут — отмыться от засохшей крови. Я боялся спрашивать про Аньку, и с удивлением отметил, что Марина не выглядит опечаленной ее гибелью.
— Как же ты Аньку-то не уберегла? — горестно вырвалось у меня.
— А вот и уберегла! — счастливо засмеялась женщина. — Анни! Анни!
У одной из рабынь соскользнула с плеч пышная накидка и бросилась мне на шею:
— Дядя Роб! Ты нашел нас!..
Я ошеломленно обнял живую Аньку и крепко–накрепко прижал к груди.
— А кто же умер в пути?
— Одна тетя маленького роста, она все время болела и умерла! — грустно сказала Анька.
Я был наконец-то счастлив, в отличие от мрачного Агера. Тот явно скорбил по своей исчезнувшей армии, а может, — по предательнице Гибе, а скорее всего — по своей привычной жизни, где его все любили и подчинялись беспрекословно.
— Агер, я тебе еще много должен? — решил я поднять ему настроение.
— Нет, остатка денег с торгов хватило полностью покрыть твой долг. Осталось еще на оплату мест для твоего гарема в караване — до соседнего города, и на один прощальный ужин за твой счет. Караван выдвигается в путь через два часа, с этого же постоялого двора, я уже отдал задаток.
— Я не голоден. Вместо ужина разыщи, пожалуйста, по мыслесвязи Кайля, и решите с ним, как и где нам встретиться, чтобы лететь на плато к Айе. Ты давно живешь под этим небом, летаешь по звездам куда угодно. Скажи ему, что мы можем освободить его в любой момент и любым способом, не оглядываясь ни на что и ни на кого.
Агер надолго замолчал, и когда я уже занервничал — нужно было отправляться в путь, объявил, что Кайль на свободе, носится с украденным маленьким Непримиримым, не знает, как от него избавиться и чем его кормить, а молоко из козы гаденыш не пьет.
— Скажи ему, пусть оставит его при себе до нашей встречи, я загляну в первый попавшийся город и попрошу какую-нибудь женщину отвести мальчишку в имперский банк за вознаграждение.
— Передал — буркнул Агер. — Армию мою жалко, когда и где я еще таких героев наберу?
— Слушай, Агер, один мудрый человек утверждал, что героев в наемниках нет, один сброд, — или молодые дурачки, или всякая шпана, по которым плачет виселица. А самая главная доблесть наемника — взять деньги, и ни хрена не участвовать в битве. А то еще и перебежать на сторону противника, взяв плату и с преданного, и с нового хозяина.
— Да знаю я — усмехнулся Агер — Просто нет денег — не наймешь в армию воинов, нет воинов — не заработаешь денег. И как жить?
— Я знаю место, где можно жить без денег, армий и продажных девиц.
— И как же жить без денег? И без девиц?
— Свободно. Честно. Искренне. Без предательств. Развивать свою магию, помогать развивать магию другим. Близнецы из моей приемной семьи, Айя и Кайль, по драконьим меркам — еще дети, у них и магия-то до сих пор как следует не развилась. Родители их даже еще не начали обучать боевым приемам, когда чужаки напали на Логово. Я должен их научить всему, что уже знаю. И ты их можешь учить всему, что знаешь и умеешь, — магии, тем же боевым приемам и всяким военным хитростям. И любовь, и семья у тебя будет настоящая, а не придуманная. И я знаю место, где все это возможно, Агер.
* * *Мы летели на плато плотным строем облаков — я, Кайль и Агер. В замаскированных облаками сетях неслась с нами — вместо агеровых наемников — армия моих друзей.
Я посмотрел на мчавшегося на встречу с сестрой Кайля и вспомнил свой последний разговор с его отцом:
— Ты готов отправиться к людям, и присматривать за близнецами?
— Вначале я должен отправиться к людям один. Пристроиться куда-нибудь, понять, как жить и чем жить, и потом принять у себя ребят… И у меня такой вопрос: вы нам денег на обзаведение дадите? Чтобы не с пустого места начинать.
— Дадим. Но надеюсь, ты не будешь бросать их направо и налево, чем привлечешь к себе внимание. Ты не должен выделяться…
Теперь мне не нужны деньги. Теперь мне не нужно бояться выделиться среди людей. Теперь нам всем можно жить, как захочется, — свободно, без оглядки, без страха проснуться в плену и стать чьей-нибудь игрушкой. Я обещал приглядеть за близнецами, — ну и заодно за всеми оказавшимися на моем плато, — и я сдержу свое обещание.
И если у них будут неприятности — а они у них обязательно будут, или я не знаю свою Айю, — я всегда буду рядом.