Игрушка для дракона 2 (СИ)
Тишина.
Ни девчонок, ни Кайля, ни караванов — как будто никогда и не существовало.
Глава 17
ГЛАВА 17
Айя проголодалась. Она всё ещё лежала с закрытыми глазами, делая вид, что не слышит легкие шаги мамы, которая явно не хотела её будить. Но у голода были свои планы.
— Маам! А что у нас на завтрак, я страшно хочу есть! — Айя потянулась, сладко зажмурившись, и… внезапно всё ее тело пронзила невыносимая боль.
— Мам? Я заболела? Мам⁈
Айя в ужасе распахнула глаза. Со стоном она приподняла голову и огляделась. Судя по всему, она всё еще была в теле дракона, в углу темной пещеры. Мамы нигде не было, зато на нее немигая смотрели чьи-то испуганные глаза. Мальчик! По возрасту — каким был Роб через два месяца после того, как они его с Кайлем нашли.
— Ты кто? — выдавила она. От боли и долгого молчания удалось лишь прохрипеть.
Мальчишка как будто вышел из ступора. Подпрыгнув на месте, он попытался улизнуть прочь, но Айя успела ухватить его за ногу. Она осторожно прижала пойманного мальчишку к груди, как когда-то Роба, и задохнулась сразу и от боли, и от воспоминаний. Воспоминания оказались страшнее боли. Вот мама и папа, сцепившись каждый со своим врагом, кувыркаясь, медленно падают к подножию плато… Вот Кайль, которого родители вырвали из когтей чужаков, кружится над их изломанными телами, и его горестный вой осыпает камни с плато… Вот последний из чужих драконов вцепляется в нее, Айю, изо всех сил швыряет ее в Кайля и несется за клубком из их тел, больно обжигая зеленым огнем…
— Кайль! Может, он выжил? Может, мама и папа тоже выжили? — Айя с безумной надеждой звала всех по мыслесвязи.
В ответ — лишь мертвая тишина. Никто не откликнулся. Никого у нее больше нет. Никого. И она закричала, вложив в свой крик всю боль мира:
— Нееееееееет!!!
— Нееет! — внезапно ответило ей эхо.
В пещеру ворвалась женщина с копьем наперевес. Лицо ее было испуганным до смерти, но полным решимости защитить… но кого?
— Мама! — крикнул мальчишка скорее удивленно.
Айя предупреждающе оскалилась, а потом глухо расхохоталась вперемешку со стонами от боли. Видимо, эта женщина отправилась сюда в поисках своего сына и нашла его уже в лапах дракона, который выл от радости, что ему попалась добыча.
Женщина метнула копье в чудовище и тоже закричала:
— Отпусти его!!!
Копье отскочило от драконьей брони и упало на камни, жалко звякнув.
Дракон попытался встать, но не смог, и просто подтолкнул мальчишку к матери.
Женщина сгребла сына в охапку и бросилась к выходу.
До слуха Айи донесся удаляющийся топот и приглушенный яростный шепот:
— ААААА! Как ты посмел! Ты, жалкий непослушный щенок! Тебе же запретили ходить к пещере драконов! Даже смотреть в эту сторону запретили! А ты пришел сюда, и обнаружил наше присутствие на плато! Папа будет в ярости! Ты больше вообще не выйдешь из дома! И папа тебя выпорет! И не жди от меня защиты, поделом тебе!
Все мамы одинаковы… Вздохнула Айя. Она вспомнила, как ее с Кайлем точно так же ругала мама за Роба, и на глаза ее снова навернулись слезы.
— Мам… не кричи так, ладно? Он был весь израненный, когда я его нашел, ну я и лечил, как мог… И еще кормил как мог… Я думал, он умрет! — голоса постепенно затихли вдалеке.
— Лучше бы я и правда умерла, — подумала Айя.
И осталась одна наедине со своим горем.
* * *Обшарив всю деревню мыслесвязью, я устало присел на платформу, на которой прикатили Кайля. Интересно, его обездвижили магией, или рассчитали снотворное для питья, чтобы он проснулся точно к началу «праздника» и успел притвориться дохлятиной?
Голова гудела, как с похмелья. Я вспомнил, как выбрался из сети, которой они меня поймали. Вот только кто они и куда исчезли? Превратившись в человека, я растянул одну из ячеек руками и по-пластунски выполз из неё. Скомканная сеть так и лежала на земле, как шкура убитого зверя.
Хмм, возможно, это Непримиримые пытались меня поймать и, не обнаружив дракона в сети, решили, что случайно поймали одного из зевак? Или враги до сих пор рядом, не сводят с меня глаз? Я с опаской огляделся по сторонам, но вокруг все так же никого. Что ж, продолжим свои поиски…
Во время поисков девчонок в деревне я сначала присматривался ко всем предметам, которые могли быть артефактами, но потом бросил это бессмысленное занятие — замагичить можно было все, что угодно. Яйцо от купола и растоптанные трупы уже кто-то подобрал, нашлась только почти занесенная песком массивная трость утреннего визитера. Я не стал ее изучать, чтобы не подвергнуться какой-то опасности, о которой знал лишь менталист.
Мне нужна была моя жизнь, потому что никто, кроме меня, не спасет девчонок. Проверить разве что, не перестал ли я быть магом земли. Я легким усилием размягчил камни, — их было предостаточно, — создал из них условного «человека» и приказал ему уничтожить трость. Существо, покачиваясь, неспешно побрело к трости. Ноги его заплетались и спотыкались, как у алкаша в одном из кабаков из моей прошлой жизни. Мм-да, верхом на таком скакуне пустыню не пересечешь!..
Наконец мой шустрый сапер поднял трость и взлетел в небо.
— Бах! — песчаный человек и трость в один миг разлетелись от взрыва, оставив в воздухе лишь облачко из пыли и камней. Из земли ты пришел, и без шума и гари в землю возвратился, аминь…
Ночь. Тишина. Зябкий ветер холодит тонкую небронированную шкуру. Создать, что ли, себе настоящую, а не иллюзорную одежду? И намагичить настоящий парус, приделать его к примитивному сноуборду, чтобы помчаться по барханам? Но в каком направлении мчаться? У меня нет времени на долгие поиски. И на недолгие — тоже нет.
Чужие звезды равнодушно мерцали с чужого неба. Аборигены попрятались от драконов по своим щелям, друзей увезли в неизвестном направлении, и я теперь не дракон. Вместо меня, — надеюсь, в комфортных условиях, — Непримиримые везут сейчас Кайля через чертову пустыню, ставшую для меня западней. Наверняка, караваны — все три десятка — передвигаются по ночам, по прохладе, и привалов с кострами, видными в ночи издалека, не делают. Как же найти девчонок и брата? Эхх…
— Эй!
Я подскочил и завертелся в поисках хозяина голоса. Рядом никого не было.
— Эй, ты! Не убивай меня, давай поговорим!
— Давай поговорим, — согласился я с невидимкой. — А чего мне терять?
Пространство рядом со мной замерцало, и в нем проявился высокий худой парень.
В темноте его почти не было видно, только глаза его странно выделялись на темном лице. Он шагнул ко мне ближе, и уставился на меня. Светящиеся ярко-синие глаза с рубиновыми сполохами, с вертикальными, твою мать, зрачками.
— Дай угадаю, — устало сказал я. — Ты — дракон и тебе кое-что от меня нужно.
— Я — дракон, и это тебе кое-что от меня нужно! — внезапно расхохотался он. — Приятно познакомиться, меня зовут Агер.
— Ну, здравствуй, Агер, — отозвался я. — Ты тут один?
— Да как сказать, со мной мое небольшое, но хорошо обученное войско! Маленькая такая армия…
— Ну, спасибо, хоть со всеми знакомиться не заставил, — проворчал я. — Чего тебе надо?
— Я прибыл сюда, чтобы увидеть живого дракона и заодно заработать. Наемникам, знаешь ли, неплохо платят…
— И зачем же тебе смотреть на живого дракона, если ты и сам — живой дракон? — искренне удивился я.
Он замялся. Синие глаза мерцали в темноте и мне показалось, что я увидел в них невыносимую грусть.
— Я думал, что таких, как я больше нет, — наконец проговорил он. — И тут я увидел тебя…
— Ну, увидел? Смотри, сколько хочешь! Только я уже не дракон, и не могу по щелчку пальцев превратиться в него. И прямо сейчас мне нечем заплатить за твою помощь. Да и зачем мне наемники?
— Ну, в одиночку ты дальше клетки не уехал, — ухмыльнулся Агер. — И я знаю, что у всех драконов есть свои запасы, о которых многие могут только мечтать…
— Много ты знаешь, я погляжу! И где же твое хваленое войско, что-то я никого не вижу, или я ослеп?