Игрушка для дракона 2 (СИ)
Анька безмятежно сопела на моей груди, прикрытая краешком крыла. Солнце потихоньку начало склоняться к горизонту, но времени до вечера у меня было достаточно, чтобы как следует подготовиться к веселью.
В общем-то мне особо и готовиться не нужно, так, по мелочи подсуетиться. Я скосил глаза на валяющегося рядом менталиста, снова лениво подтянул его когтями вплотную к прутьям и взялся свободными от Аньки лапами за его голову по ту сторону клетки. Слава богу (или дьяволу) — менталист-гипнотизер был еще жив.
Затуманенное сознание не позволило ему сопротивляться, и я буднично воспользовался его знаниями (словно пролистал ту самую газету), превратив гада в «овощ». Потом, подавляя приступы тошноты, поуговаривал себя закусить «овощем», пока Анька не видит, но так и не смог. Отвращение победило голод.
Все мои предположения подтвердились добытой из черномундирника информацией, а еще я узнал, что революцию подавили, и что массивная трость таит страшную смертельную опасность. Какую именно опасность, я выяснить, к сожалению, не успел, и решил не трогать опасную дрянь и тем более подтаскивать ее поближе к ребенку. Ребенки — они чистоту любят!..
* * *Со стороны казалось, что дракон то дремлет, то нянчится с маленькой девчонкой вместо того, чтобы наконец ее сожрать. Толпа вокруг огромной клетки, было изрядно поредевшая, снова сгущалась в ожидании важного вечернего события. Дракон улавливал возбуждение от нетерпеливого ожидания толпы, и с не меньшим нетерпением дожидался вечера и сам. Люди боялись подходить к нему близко, разглядывая черную кучу тряпья, бывшую когда-то инквизитором, издали. Они не знали, что драконьей клетки уже нет, а вместо нее на дракона бросала тень иллюзия клетки. Настоящая клетка после допроса инквизитора — полученными от него же умениями — была обращена в пыль и давно унесена ветром.
У дракона появилось, наконец-то, время и на спокойное продумывание планов спасения, и на отточку полученных магических способностей. Время от времени он выхватывал чей-нибудь взгляд из толпы и развлекался гипнозом. Одни, встретившись с драконьим взглядом, пугались и упирались изо всех сил, не желая выполнять его приказы, другие со всех ног бежали выполнять его поручения.
* * *А вообще забавно, конечно. Сначала я был игрушкой для дракона, теперь игрушками для меня — дракона — стали люди. То, что не все люди подчинялись гипнозу, было в порядке вещей, — даже у сильнейших гипнотизеров моего старого мира сильные личности успешно сопротивлялись чужому воздействию, а слабых нельзя было заставить сделать что-то, что идет вразрез с их убеждениями, — например, совершить убийство. Взять хотя бы меня: тогда, в 90-х, на одном из модных сборищ в каком-то из домов культуры, я ради хохмы попросился на сцену для демонстрации возможностей гипноза. И, к неудовольствию гипнотизера, на все его манипуляции только ржал — в то время, как другие действительно бессознательно выполняли его команды. Подумал и помрачнел: так почему же в этом мире, обладая магией, я практически молниеносно подчинился врагу? Может, вражеский гипноз был усилен магией?
Первой я успешно загипнотизировал немолодую аборигенку и послал ее в шатер девчонок, приказав взять с собой воду и еду. В шатре женщина должна была оставить подношение, и не спеша удалиться, громко напевая внушенную ей тарабарщину. Марина же должна была услышать: «Робург Костин жив, он рядом в виде рубинового дракона с желтыми глазами, он охраняет живую и здоровую Анни, он скоро всех спасет». Женщина торопливо засеменила искать еду, и я с удовлетворением убедился, что она зашла в шатер.
Несколько аборигенов я разослал во все концы оазиса как беспилотников для сбора информации, приказав им после этого собраться возле драконьей клетки и громко обсудить увиденное: сколько всего караванов прибыло в деревню, как хорошо они охраняются, как усилена охрана деревни, готовится ли угощение на праздник для гостей и другие подробности. Выяснилось, что угощение для гостей никто и не думал готовить, что подтвердило подготовку не к большому празднику, а к грандиозному аукциону наподобие Сотбис.
Практикуясь в гипнозе, я совершенно точно несколько раз заглянул в глаза Непримиримым. Да, тем самым драконам — полукровкам, которым я для чего-то был нужен и человеком, и драконом.
Что за лажа с этими Непримиримыми! Уже давно нет запрета на драконью магию, она осталась лишь в сказках и старых указах, где за магию земли предписывалось сжигать на кострах. Нынешний Император официально отменил наказание за магию земли, — наверняка под влиянием этих Непримиримых, обосновавшихся возле императорского трона. Но было уже поздно, — в Империи уничтожили всех магов земли, — всех, до единого.
И тут появляюсь я, самый настоящий маг земли. Понятно, что я им нужен: меня не убили, позволили разбогатеть на супероружии (где вы, мои честно заработанные мильоны?) и даже дали понять, что если что — помогут. Да, я им нужен. Но для чего? (Любят ли они поросят и КАК они их любят?..) Обучать магии земли? Но без способностей ей не научишься, а Непримиримые за тысячи лет уже так разбавили свою кровь, что стали обычными людьми, не способными магичить даже на уровне цыган. А самому служить сильным мира сего — это не про меня. Слышал я про эти бесконечные заговоры и подковерные интриги при императорском дворе! — Одни меня будут заставлять служить своим интересам (даже под угрозой расправы с близкими), другие устроят на меня охоту, чтобы не служил никому. Терпеть не могу, когда на меня давят или пытаются лишить жизни! Значит, Непримиримых — в сад!
Что еще у меня есть такого ценного, на что у всех разгорелись глаза и зубы?.. Кроме знаний, полученных от обоих менталистов, у меня еще была модифицированная кровь, ценная чешуя и усиленная регенерация, которая, похоже, начала уже замедляться. (Ура! Со вступлением меня в пору зрелости!) Слишком уж долго я восстанавливался после трансформации, когда каким-то образом вызвал свое драконье тело. Я наверняка смогу трансформироваться обратно в человека, если потренируюсь на досуге, но сейчас мне нужна вся сила и неуязвимость дракона. Или двух-трех драконов, если уж начистоту.
Ну, и еще у меня есть довольно скверно освоенная мыслесвязь, которая требует практики, чтобы мгновенно ставить блоки против врагов и находить своих на любом расстоянии. Я попытался установить мыслесвязь с Мариной, но снова безуспешно. Наверное, мое умение пока еще гаже, чем у близнецов, транслировавших свои мысли на пятьдесят метров, потому что до шатра было метров двадцать.
А в остальном я делал все правильно, как учила Мать — драконица: «…если ты хочешь, чтобы тебя слышал только кто-то один — представляешь, что говоришь только с ним. Если представить сразу несколько собеседников — тогда они будут слышать тебя тоже. А если ты отпустишь сознание, представишь, что твой мысленный голос расходится в стороны — услышат все, кто есть рядом на большом расстоянии. Я, например, могу транслировать свои мысли на расстояние ста метров. Мой муж — до трехсот. Ребята… метров пятьдесят». Эх, метров пятьдесят… И, самое главное, — драконица сказала, что с годами умение растет. Нужно мне как-нибудь на досуге попробовать применить магию и к мыслесвязи, чтобы не ждать много лет.
До вечера, когда меня обещали накормить, ждать оставалось недолго. Нас с Анькой с утра не кормили. Она сама была едой, а я, — как все могли видеть, — еще не сильно проголодался.
Я скармливал Аньке остаток лепешки и рассказывал по мыслесвязи, что скоро мы все вместе, с мамой и друзьями, будем жить в чудесной стране!
— Там стоит гора, а в горе есть пещера, такая огромная, что в нее спокойно входит взрослый дракон, даже не цепляя гребнем потолок. Стены, потолок и пол пещеры — будто выплавленные в скале. Все внутри освещено яркими фонариками, каменный пол украшен узорами, светившимися и менявшими цвет, а все стены — в ярких картинах. Лес, драконы, парящие в небесах, закат над морем, поле цветов…