Связанная серой (ЛП)

— Там тусят все лучшие вампиры, — её глаза раскрылись шире. — И это часто включает Лорда Хорвата.
Я выдохнула. Слава небесам.
Одна из других женщин развернулась. Она подпрыгивала вверх-вниз, хотя я не могла понять, от восторга или от холода.
— По слухам Хорват только что пришёл. Он сейчас внутри «Сердца».
— Как думаешь, он укусит одну из нас? — с нетерпением спросила моя спутница.
Я широко улыбнулась ей.
— А почему нет? Мы вкусненькая компашка.
— Сначала надо попасть в «Сердце». Они не пропускают кого попало.
Ещё больше причин держаться поближе к этим леди и проскользнуть внутрь.
— Да раз плюнуть, — сказала я ей, источая всю уверенность, которую только могла в себе отыскать. Если я что-то и узнала, так это то, что вампирский квартал — не для смущённых и застенчивых.
Мы свернули за угол. Высоко над улицей сияла неоновая вывеска в форме сердца. Не обычного сердечка; это было анатомически правильное сердце. Я сглотнула и посмотрела на длинную очередь снаружи. Может, пробираться украдкой было ошибкой. Может, стоит изобразить то, что я сделала в заведении Фэйрфакса, промаршировать вперед и потребовать, чтобы впустили. Мне меньше всего хотелось ждать несколько часов и потом получить отказ.
Мне не пришлось беспокоиться. Моя группа женщин оказалась достаточно гламурной и шумной, чтобы привлечь внимание одного из вышибал. Он был более худым, чем волк, но обладал ещё более опасной аурой, когда вальяжно подошёл и смерил нас взглядом.
Блондинка рядом со мной сложила ладони в притворно умоляющем жесте, а одна из её подружек дерзко подмигнула.
— Тогда вперёд, — сказал он. — Вы можете заходить.
В группе раздались визги, сопровождавшиеся стонами других ждущих людей. Я выдохнула с облегчением и старалась не отставать, пока мы миновали очередь и направились внутрь.
— Все телефоны и камеры должны быть сданы, — ровно произнёс второй вамп. Он показал на стол, за которым располагалось ошеломительное количество запирающихся шкафчиков. Хорошо, что я не захватила арбалет; если они настолько придирчивы в отношении телефонов, то смертоносное оружие им определённо не понравится.
Я показала вампу, что при мне ничего нет. Он подозрительно посмотрел на меня, будто думал, что я вру. Не желая отступать, когда зашла уже так далеко, я показала на своё тело и понадеялась, что ухмылка показалась сексуальной.
— Можешь обыскать меня, если хочешь.
Он хмыкнул.
— Я на работе. Может, в другую ночь.
Стараясь не выдавать облегчения, я подмигнула ему. Затем проскользнула мимо своих новых подружек и толкнула вращающиеся двери, ведущие в клуб.
Лукас упоминал, что у вампиров отличные пиарщики, рекламирующие миру, что они всего лишь гедонисты, любящие повеселиться. С моего места открывался прекрасный обзор, и казалось, что это не просто пиар. Вид перед моими глазами не мог тягаться со всем, что я видела прежде. Неудивительно, что люди выстраивались в очередь перед входом.
Помещение было просторным, и все хорошо проводили время. Официанты в кроваво-красных одеждах петляли между столиками и передвигались по краям огромного, битком набитого танцпола. Большинство из них поднимало руки в воздух и покачивалось под музыку, которая была не оглушительно громкой, но определённо бодрой.
Такое чувство, будто я вошла в Диснейленд для взрослых. Я заметила, что непроизвольно притопываю ногой в такт, и нахмурилась. Я здесь не ради хорошего времяпровождения; у меня имелось серьёзное дело. Но тело пронзало странно приятным ощущением, и я гадала, не выпускали ли вампы в воздух какие-то химикаты счастья. Меня бы это не удивило.
Я встряхнулась и собралась. Слева имелась отгороженная бархатными канатами зона и приподнятый мезонин. Если Лорд Хорват здесь, то он наверняка обосновался там.
Я двинулась вперёд, проталкиваясь через толпу. Ко мне приблизилась официантка, вопросительно приподнявшая брови. Я не хотела выпивать, так что покачала головой и пошла дальше. Я оценю обстановку, затем подойду непосредственно к Хорвату. Это не лучшее место для допроса, но придется довольствоваться этим. Я смогу адаптироваться.
 
Я проскользнула мимо толпы типов лет двадцати, которые собрались вокруг одного из своих друзей; судя по обстановке, у него был мальчишник. Я старалась не пялиться на вампиршу, чьи клыки глубоко погрузились в его шею. Судя по экстазу в его остекленевших глазах, он не возражал.
Я облизнула пересохшие губы и привстала на цыпочки, чтобы получше осмотреть ВИП-зону. Я изучала вампиров, собравшихся на балконе мезонина. Некоторые склонили головы, погрузившись в разговор, некоторые смотрели наружу с задумчивыми выражениями на лицах. Я задрожала, гадая, не ищут ли они компанию на ночь.
На приподнятом помосте в центре зоны стоял позолоченный трон. Я могла различить лишь голову сидевшего там мужчины: сам Хорват, несомненно. Его лицо и тело скрывалось из виду двумя скудно одетыми женщинами перед ним, одна из которых ласкала его лицо длинными когтями, накрашенными алым лаком. Другая танцевала, и её ладони приглашающими движениями скользили по её телу. Я метнулась вправо, чтобы посмотреть получше, и танцующая женщина тоже сдвинулась в этот самый момент.
Я громко ахнула. Это должен быть Лорд Хорват — язык его тела определённо говорил о власти и авторитете. Он откинулся назад, лениво закинув одну ногу на подлокотник трона. Несмотря на внимание женщин, он выглядел слегка скучающим. Но не это шокировало меня, а тот факт, что лицо Лорда Хорвата принадлежало Лукасу.
Я отошла за колонну на случай, если он глянет на море танцующих голов и заметит меня. Я готова была отвесить себе пощёчину за то, что не догадалась раньше. Внезапно всё обрело смысл, от странной вежливости детектива Барнс, несмотря на её антивампирские воззрения, и до того, как вели себя оборотни, когда мы вошли в клуб Фэйрфакса. Когда все уставились на нас, это было не из-за Таллулы, а потому что я бродила по улицам с самим Лордом вампиров. Неудивительно, что вампирша перед магазином внезапно решила быть со мной милой. Должно быть, он замолвил словечко... а его слово, несомненно, было священным.
Я стиснула зубы. Его вовлечённость и в моё убийство, и в смерть Тони тоже обретала смысл. Он был лидером вампиров, так что любые проявления агрессии на его пороге входили в сферу его ответственности. Я покачала головой, поражаясь собственной тупости. Он всё это время посмеивался надо мной? Вот и оценила его реакцию на смерть Тони, называется; он знал не меньше моего... а то и больше.
Я опустила голову и отодвинулась от колонны. Мне надо убираться отсюда. Позор из-за того, что я не увидела факты прямо под своим носом, был невыносимым. А ещё возомнила себя детективом.
Затем начала зарождаться злость. Для него это, может, и шутка, но для меня это настоящая жизнь. И настоящая смерть.
Передо мной скользнул силуэт, перегородивший дорогу. Я пробормотала извинение и двинулась в сторону. Он потянулся и схватил меня за руку. Я вскинула голову.
— Эмма, ты где была?
Я уставилась на Джереми. Его глаза бродили по мне, будто он не верил в то, что я реальна. Он привлёк меня к себе, крепко обнял. От него пахло так тепло и знакомо, что я не могла не обнять его в ответ.
— Что ты здесь делаешь? — спросила я, и мои слова приглушались его грудью.
— Тебя ищу, естественно! Я получаю от тебя загадочное сообщение, и ты не приходишь домой. Никто в полиции не знает, что происходит, а когда я пошёл в Отряд Сверхов, здание пустовало.
Я запрокинула голову и посмотрела ему в глаза. Он глядел на меня в ответ. У меня возникло сильное ощущение, что он отчаянно хотел что-то спросить, но боялся ответа.
— Прости, Джереми. Мне очень жаль. В последнее время творится настоящее безумие, — я переплела наши пальцы. — Мы можем уйти отсюда и поговорить?
Он кивнул. Крепко сжав мою ладонь, будто боялся отпускать, он вывел меня из клуба.
  
Глава 17
 
Не зная, куда ещё пойти, и отчаянно желая тишины и спокойствия, я отвела Джереми в Отряд Сверхов. Он неодобрительно посмотрел на Таллулу, но ничего не сказал, даже когда мне пришлось переложить арбалет, чтобы он смог сесть на пассажирское сиденье.