Связанная серой (ЛП)

Приняв решение, я встала.
— Мы пока что будем работать вместе. Мы найдём ответственного за это сверха и свершим правосудие.
— Правосудие сверхов, — сказал Лукас.
Барнс поджала губы.
— Хорошо, — она принялась застёгивать обратно пуговицы пиджака. — Я не стану распространять подозрения относительно характера смерти детектива Брауна, пока у нас не будет доказательств. У вас двоих есть право вести расследование... но я не хочу, чтобы кому-то стало известно либо о Брауне, либо о том, что я позволяю стажёру работать без надлежащего надзора. Это чрезвычайные обстоятельства. Если пойдут слухи о том, что могло случиться на самом деле, это навредит нам всем. Нам меньше всего нужно ещё сильнее испортить отношения между полицией и сверхами или вызвать неприязнь общественности.
Она глянула на меня.
— И это молчание также должно распространяться на твоё... воскрешение. Я не понимаю, что с тобой случилось или что ты такое, но я усиленно советую тебе пока что оставить всё при себе.
— Согласна, — я показала большим пальцем на номер Тони. — Отправьте его к доктору Хоуз в «Фитцуильям Мэнор». Она знает, что делать. Ей можно доверять, — я посмотрела на часы. — Мы не знаем, как долго он был мёртв, но если он очнётся, как и я, это случится уже скоро.
— Принято к сведению, — она приподняла подбородок. — Тони Браун был одним из нас. Найдите ублюдка, который это сделал.
Лукас кивнул.
— Можете на это рассчитывать.
  
Глава 15
 
Мы с Лукасом направились к парковке ДиВейна.
— Вот, — сказал он, бросая мне что-то.
Я поймала предмет и посмотрела на него. Ключи от машины. Я резко вскинула голову.
— Это что?
— Это от Таллулы, — он неторопливо подошёл к колонне, из которой до сих пор торчал мой арбалетный болт, протянул руку и выдернул его так, будто убирал нож из масла.
— Где ты... — я хмуро уставилась на ключ. — Ты забрал его из номера Тони?
Он пожал плечами.
— Ему-то уже не нужно.
— Я же сказала тебе ничего не трогать. Я думала, мы спускаемся сюда, потому что у тебя тут припаркована своя машина.
— Припаркована, — невозмутимо сказал он. — Но Таллула лучше.
— Таллула странно пахнет, — пробормотала я.
Лукас замер и наградил меня долгим взглядом.
— Что? — спросила я.
— Что именно ты чуешь?
— Тони сказал, что это смесь вербены и волчьего аконита, но я ещё улавливаю пачули.
Лукас несколько мгновений обдумывал мои слова, затем передал мне болт с серебряным наконечником.
— Осторожнее с этим, — сказал он и пошёл дальше.
— Подожди, — я нагнала его. — А почему этот запах так важен?
Он сунул руки в карманы.
— Тони тебе сказал, почему машина так пахнет?
— Да не то чтобы. Но запах тот же, что и в здании Отряда Сверхов.
— Действительно.
Начиная раздражаться, я пихнула его.
— Ну и?
— Ну и что?
— Запах. Почему это важно?
— Я не уверен, что ты реально хочешь знать ответ, Д'Артаньян.
Я заскрежетала зубами.
— Скажи мне.
— Количество трав, сжигаемых для запаха, чрезвычайно мало. Намного меньше, чем может уловить человеческий нос.
— Фигня полная. Когда я первый раз вошла в Отряд Сверхов, запах был таким сильным, что у меня заслезились глаза.
Он бросил на меня взгляд искоса.
— Я же говорил, что ответ тебе не понравится.
— Хочешь сказать, раз я улавливаю этот запах, я сверх, — бесстрастно произнесла я.
— По сути да. Ты не вампир и не оборотень. Ты явно не гремлин и не пикси. Ты, Д'Артаньян, нечто новое.
Кожу на моём затылке стало неприятно покалывать. Я не могла притворяться, будто для меня это новости; нормальные люди не просыпаются во вспышке пламени через двенадцать часов после перерезания горла. И я ведь даже не говорила Лукасу про пламя.
— В теории, — продолжал он, — Браун использовал травы, чтобы вычислить сверхов, скрывающих свою сущность. Это техника, которую Отряд Сверхов применял десятилетиями.
— А на практике?
— Может, привычка. Но это наверняка для туристов.
Я нахмурилась.
— Чтобы произвести впечатление?
 
Лукас рассмеялся.
— Нет. Чтобы отпугнуть всех тех идиотов, которые приходят к ним на порог, убеждённые, что они сами — сверхи. Люди, которые прошли мимо вампира на улице и думают, что их обратили, потому что они подышали одним воздухом. Или люди, которые считают себя оборотнями, потому что им нравится недожаренный стейк, — он широко улыбнулся. — Люди куда безумнее любых сверхов. И если они не чуют травы, то они не сверхи, и неважно, сколько мяса с кровью они сожрали.
— Я вегетарианка, — надменно сообщила я, будто из-за этого я никак не могла быть сверхъестественным существом.
Лукас глянул на меня, всё ещё забавляясь.
— Ну молодец.
Мы дошли до Таллулы. Я изо всех сил постаралась заново закрепить чёрный полиэтилен сзади, затем села на водительское место. Лукас буквально согнулся в три погибели, чтобы поместиться рядом со мной. Я слегка хихикнула, видя его дискомфорт.
— Я думала, Таллула лучше твоей машины. Что же ты водишь? Детскую машинку-толокар?
— Я не настолько эгоистичный ублюдок, — ответил Лукас, продолжая ёрзать. — Вождение Таллулы делает тебя автоматически узнаваемой для любых сверхов. Это означает, что тебя не будут воспринимать как туристку и отнесутся серьёзнее.
— Как к Тони?
Лукас не ответил.
Я пристегнулась и завела двигатель. На мгновение я испытала искушение поехать обратно в квартиру Тони и посмотреть на её безупречное состояние, но это бессмысленная трата времени. Я уже знала. как там всё выглядит, и там ни за что не появится новых улик, которые помогли бы нам.
— Ты сказал, что лишь немногие знают о планах Отряда Сверхов стать более активными, — сказала я Лукасу. — У тебя под рукой случайно нет списка этих людей? А именно оборотней?
Он вздохнул.
— Это бесплодная затея. Тебя и Тони убили не из-за этого.
Я ждала.
Лукас цокнул языком.
— У меня нет точного списка. Но я так понимаю, все четыре главы кланов оборотней и их непосредственные заместители в курсе этих планов.
Я глянула на наручные часы. Был уже час ночи.
— Они ещё не спят?
— Наверное, — он скрестил руки на груди, показывая, что это бесполезная затея. Я его проигнорировала и сняла машину с ручного тормоза. «Оборотни, мы идём к вам».
***
Воспользовавшись примером Тони, я припарковала Таллулу прямо посреди квартала оборотней, игнорируя тот факт, что других машин не было, и улицы кишели людьми.
Лукас фыркнул.
— Здесь в такое время ночи всегда намного тише, чем в Сохо.
Я посмотрела на толпы и подумала, каким же оживлённым становился вампирский квартал.
— Четыре клана. Салливан, Макгиган, Карр и кто?
— Фэйрфакс.
— Мне нужно знать о них что-то важное?
— Они оборотни.
Я закатила глаза.
— Ты же понял, что я имела в виду.
— Я не насмехался. Неважно, какими бы дружелюбными или человечными они ни казались в своём человеческом обличье, оборотни всё равно обладают врождённой дикостью, которая может сделать их совершенно непредсказуемыми и невероятно опасными.
— В отличие от вампиров, которые все такие тёплые лапушки?
— Оборотнями правит луна, — ответил Лукас безо всякой обиды. — Они контролируют себя хуже, чем мы. А до полнолуния осталось всего несколько ночей, — он взмахнул рукой. — Чем оно ближе, тем дольше оборотни бодрствуют. Они меньше спят. С завтрашнего дня начнут подготовительный пост. К усталому и голодному животному всегда надо приближаться с осторожностью.
Принято к сведению.
— Поэтому меня и Тони убили? — спросила я. — Потому что оборотень поддался своему внутреннему животному?
— Нет, — Лукас на мгновение умолк. — Эти убийства были спланированными. Никто не ходит ночью по улицам, имея при себе острый кинжал вроде того, которым тебе перерезали горло... если только нет планов воспользоваться этим оружием. И всё, что мы видели до сих пор, указывает на то, что за Тони следили перед убийством.