Зверь 4 (СИ)

— Браво! Браво! — захлопал в ладоши Максик. — Какая удивительная сказка.
— Да, а ещё больше ты удивишься, когда летом увидишь тех самых таракашек — их у нас светлячками зовут. Они бесстрашно летают ночью и никого не боятся, — подмигнул я.
— Я тоже буду как этот таракашка! — убежденно произнес Максим. — И сегодня… Сегодня тоже буду спать без света! И не испугаюсь!
— Правильно, Максим, — кивнула Жанна Андреевна. — Ты же Карамазов, а Карамазовы не боятся выдуманных чудовищ. Они вообще никого не боятся.
— Обязательно расскажу эту сказку Кириллу, — улыбнулась Инга. — Вот как начнет понимать, так и расскажу.
— А вот и Светлана Николаевна! — послышался голос дворецкого.
Я обернулся и… обомлел. Вот честное слово обомлел. Из относительно серой мышки Светлана превратилась в настоящую красавицу. Синее платье с искусственными незабудками по подолу выглядело воздушным и невесомым. И в то же время оно очень выгодно подчеркивало фигуру Карамазовой.
Легкий макияж и умелая прическа открывали и украшали чистое лицо. Голубые бусы и голубые туфли заканчивали общий ансамбль.
Всё-таки Марина молодец! Сумела подобрать настоящее произведение искусства. Надо будет потом выписать благодарность.
Что-то надо было говорить. От меня ждали каких-нибудь слов, и я сказал:
— Я в ах… — всё-таки успел перехватить едва не вырывавшееся ругательство. — Я в ах каком невообразимом восторге!
  
Глава 22
 
Да, я вполне серьёзно восхитился видом Светланы. Она смущенно перебирала подол платья в руках, а у меня уже полезли мысли о том — что под этим самым платьем находится. Пришлось даже одергивать себя, чтобы слюну не пустить.
— Молодой человек, вы уж проследите, чтобы нашу дочку никто не обижал, — сказала Жанна Андреевна.
Ага, всё-таки боялась за свою дочку. Оно и понятно, после того как её муж оказался заговорщиком, жизнь понеслась вниз. И дно хоть ещё не виднелось, но его присутствие ощущалось. Все старые друзья отвернулись, чтобы не попасть под общее наказание, а новые друзья появляться не спешили. Кредиторы стали в этом доме частыми гостями…
Поэтому то Жанна Андреевна и боялась, что её дочь светские насмешники примут за легкую добычу. Им-то это развлечение, а вот девчонке душевная травма на всю жизнь. Одна из многих…
— Не переживайте, Жанна Андреевна, я никому не позволю даже допустить дурных мыслей по отношению к Светлане, — с твердой уверенностью в голосе произнес я.
— Да? — с надеждой в голосе произнесла вдова Карамазова. — Тогда ступайте, дети мои. Ступайте и веселитесь. Господин Южский, я полагаюсь на вашу порядочность и честность.
На мою честность? На мою порядочность? Ох, как бы сейчас ржала Чопля, услышь она эти слова…
— Я не подведу вас! Всего доброго, рад был познакомиться, — поклонился я в ответ и повернулся к Светлане. — Карета подана, госпожа Карамазова. Извольте проследовать за мной?
Да, последняя фраза была сказана несколько официально, но это можно списать на моё восхищение. Светлана кивнула в ответ и присела в небольшом реверансе.
Дворецкий помог Светлане накинуть шубку на плечи, я же сам надел куртку. Вскоре мы оказались внутри теплого салона «Лады Гаранты».
— К императорскому дворцу, — произнес я слегка пафосно.
Водитель и так знал маршрут, но должен же я был немного распушить хвост?
По пути мы болтали обо всём на свете и ни о чем серьёзном. Лишь бы не ехать в тишине. Да, неловкость со стороны Светланы ощущалась, поэтому я и старался развеять её как мог. Анекдоты, смешные истории, шутки выше пояса…
Вскоре мы приехали к императорскому дворцу…
Да, пришлось даже постоять немного, такая пробка образовалась на подъезде из дорогих машин. В дань традиции, когда люди приезжали на бал в каретах, все были на машинах, а не на летающих лодках. Поэтому пока подскочит упредительный служка, пока поможет выбраться сидящим внутри, пока встанет новая машина… Это всё занимает время.
А этого времени нам хватило, чтобы посмотреть на освещённый разноцветными огнями дворец и прилегающую территорию. Света было столько, что, не поверишь, будто на дворе зимний вечер. Он лился со всех сторон. Над самим дворцом парили мощные огненные шары, подчеркивающие колонны, террасы, балюстрады, скульптуры, рельефы.
 
Зеленовато-белый дворец словно был выточен из одного огромного куска светло-зеленого аквамарина и украшен мраморными вставками. Во всех окнах виднелся теплый свет, приглашающий зайти и присоединиться к задорному вальсу или зажигательной мазурке.
Вскоре подошла и очередь нашей машины быть обласканной вниманием служек. Я вышел из машины, не обратив никакого внимания не протянутую руку, а вот Светлане помог выбраться сам. Вежливый слуга остался не у дел, но я ему подмигнул, мол, не падай духом, поможешь другим выйти.
Наш водитель тут же поехал прочь, освобождая место для новой машины. Мы же неторопливо двинулись ко входу по красной ковровой дорожке. Вспышки щелкающих аппаратов попытались ослепить роговицу глаз — журналисты нескольких газет толпились неподалёку от входа, пытаясь поймать в свой объектив приглашенных гостей. Светлана улыбнулась им смущённо, я же остался с каменной мордой — слава и довольство не для меня.
Я же серьёзный и представительный молодой человек, а не какая-то околосветская звездюлина! И эти балы для меня вовсе не праздник, а нудная обязанность. Так что я не должен прыгать молоденьким козликом, а должен сохранять серьёзное выражение лица. Всё-таки как-никак дворянин!
— Ох, сколько света, сколько людей, — прошептала Светлана, когда мы взошли по мраморным ступеням.
— А внутри ещё больше, — проговорил я. — Не страшно?
— Страшно, — честно призналась она. — Не оставляйте меня одну, господин Южский, а не то я могу и убежать…
— Нет, не для того я вас приглашал, чтобы одну оставлять, — улыбнулся я ободряюще.
— А для чего вы меня пригласили? — без тени усмешки и кокетства спросила она. — Какую цель вы преследуете, господин Южский?
— Хотел, чтобы вы немного развеялись. И в качестве благодарности за то, что спасли мою жизнь, — ответил я также серьёзно.
— Правда? Больше ничего? — спросила она.
— Ну, может быть мне её больше некого было приглашать, — пожал я плечами. — Я же говорил вам ранее, что вы мой амулет по защите от всяких-разных поползновений на мою руку и сердце. Чтобы меня великовозрастные мамаши не смели сватать за своих дочек…
— Ах да, помню-помню, — с улыбкой ответила она. — Просто я вас проверяла — вдруг вы измените свои показания?
Я поджал губы, а потом показал язык в ответ. Как всё-таки хорошо, что в этот момент нас не фотографировали. А то потом эта фотография могла выйти с какой-нибудь скабрезной подписью.
Сдав одежду в гардероб, мы прошли в бальную залу. На нас обращали внимание и люди, стоящие внизу, и люди, находившиеся вверху лестницы. Вернее, обращали внимание больше на Светлану, а не на меня, но я тоже получил свою порцию взглядов.
Шушуканье началось ещё в гардеробе, где две размалеванные красотки в возрасте «50+» активно вертелись у большого зеркала. Они только пальцем не показывали на Светлану.
— Не бойтесь, я никому не дам вас в обиду, — проговорил я, когда мы миновали двух сплетниц.
— Я и не боюсь. Я уже привыкла к косым взглядам, — ответила Светлана. — Вот каково будет вам рядом со мной…
— Уверяю вас, что мне вполне комфортно, улыбнулся я в ответ. — А что до косых взглядов… я умею их выправлять.
Мы прошли в огромный зал, где звучал вальс и кружились пары. Наряды и костюмы словно были взяты с обложек глянцевых журналов. Блеску люстр вторил блеск украшений с женских шей, ушёл и пальцев. В зале было не меньше двух сотен человек и это ещё не все прибыли.
Собирался весь цвет Российской Империи… Это своего рода было ярмаркой тщеславия, где каждый норовил показать себя и оценить других. А также тут можно было узнать свежие сплетни, договориться о сделках, повидаться с теми, кого давно не видел.