Зверь 4 (СИ)

Меня и в самом деле может забрать Марина. Может быть даже примчится вместе с Чоплей. Той вряд ли захочется быть дома одной, пока секретарь повезет меня из гимназии. Ведь в это время Марина может столько рассказать про Чоплю…
Врач выдала мне упаковку «Гемобина» и велела принимать для профилактики. Сказала, что подобное лекарство выдается донорам после сдачи крови. Я не стал ей перечить. Не буду же я говорить о том, что дома до вечера смогу восстановить свой кровяной дисбаланс. Всё-таки то дома, а не здесь…
После этого я отправился в раздевалку. Оттуда вызвал Марину, в общих чертах сказал об отравлении, после чего обмылся, переоделся и начал ждать прибытия секретаря.
Преподаватель физкультуры выдал мне освобождение от остальных уроков с расплывчатой формулировкой: «Незначительная травма на уроке, предписывающая отдых и восстановление».
Незначительная травма… Хм… А ведь если бы не Карамазова, то вряд ли бы вы читали эти строки. Моя оплошность состояла в том, что я не предусмотрел всего, хотя и был обязан. Расслабился, рассупонился! Надо собраться, взять яйца в кулак и показать в очередной раз ворогам!
Нет, не яйца показать, а то, что я не лыком шит!
Машина примчалась через двадцать две минуты после вызова.
Лодка с бело-желтыми бортами остановилась неподалёку от входа. Прозрачная кабина из оргстекла приоткрыла пассажирское отделение. Внутри были насупленные суккубка и пикси. Угрюмая ведьма за рулем буркнула что-то своё в ответ на приветствие. Могу её понять — она ехала вместе с Мариной и Чоплей. Ух, чего же она успела наслушаться-а-а…
— Господин Южский, что произошло? — спросила Марина, когда я уместил сидалище на удобной скамейке. — Любезная, обратно, пожалуйста!
Угрюмая ведьма вздохнула и кивнула. Лодка поднялась в воздух и взяла курс на дом. Да уж, перевозчикам-летунам не такое порой приходится видеть и слушать.
Я тоже вздохнул и посмотрел на своих служанок. Они взирали на меня с интересом. На их памяти это был первый раз, когда начальника приходилось забирать из гимназии. Да, из пивного бара было пару раз, но чтобы из гимназии…
— У меня много новостей, — ровным голосом сказал я. — Начнем с того, что меня порезали на спортивной дуэли…
— И что? Ты испугался какой-то ранки? Может зеленкой помазать? — подняла брови Чопля.
— Я вот смотрю на тебя и порой думаю — если сжать тебя в руке и выдавить в баночку, то это будет самой ядовитой жидкостью на свете? — устало проговорил я.
— Чо, пля? Меня? Сжать в кулаке? И это вся благодарность за то, что я сломя голову летела, что торопила эту растеряшу? — Чопля взвыла от негодования и даже задергала ножкой.
— Торопила? Да мы раньше бы примчались, если бы кое-кто не потерял свою маленькую расчесочку! — не осталась в долгу Марина.
— Так, женщины, цыть! А не то выброшу на ходу, а госпожа водитель такси подтвердит, что вы сами спрыгнули! — рявкнул я на своих подчиненных.
— Ещё как подтвержу! Даже помогу выпнуть, — буркнула ведьма за рулём. — Достали донельзя!
— А я тебе единичку в приложении поставлю! — тут же среагировала Чопля.
— А я успею плохой отзыв написать! — добавила Марина.
Ведьма возвела очи к потолку и только покачала головой. Она уже успела понять, что встревать будет себе дороже. Я же не хотел бурчания и перепалки, поэтому вытащил из кармана наушники фирмы какого-то тюменского гения и отгородился от девок звуковой волной.
Они перестали препираться между собой голосом, зато начали показывать знаками отношение друг к другу. Пришлось ещё и закрыть глаза, чтобы не видеть, как Чопля проводит пальцем у себя под подбородком, а Марина делает вид, что повязывает галстук и затягивает его потуже.
Вот и чего им спокойно не живется? Вроде бы никто ни у кого кусок изо рта не вырывает. Места в доме хватает всем, так нет же — собачатся и собачатся между собой. А кто встрянет — тому тоже достанется.
Порой даже возникали мысли: а не отдать ли эту парочку на воспитание к старому ведьмаку Велизару? А что, если уж он справляется с молодыми хулиганами и делает из них ведьмаков, то уж эту парочку точно сможет приструнить. Пошлю их вроде как с поручением, а сам тайной вязью дам знак Велизару. Тот знак прочитает, да и пустит их в оборот.
 
А что? У него в старом тереме не только пацаны живут, но и девки обретаются. Которые на ведьмачью стезю вступают, тем похуже приходится, но есть и те, кто просто делает работу по дому, по хозяйству, по огороду. Работа всегда найдется. А если не получится найти работу самой, то Велизар завсегда сыщет. Поговаривают, что он как-то взял на вооружение случай из сказки, где злая мачеха ссыпала вместе горох и чечевицу, после чего заставила падчерицу отделять одно от другого. Только Велизар был жёстче и ссыпал вместе соль и сахарный песок…
Пусть они и девки, но будут пахать так, что на ссоры и треп языком времени категорически не будет хватать. Велизар считал, что если ты дополз до кровати в конце дня, то значит ленился и отлынивал от работы. Этим двум красоткам будет не лишним узнать почем фунт ведьмачьего перца. Велизар насыпет им от души.
Я даже улыбнулся своим мыслям. Как представил своих двух тетёх на работе в тереме у Велизара, так сразу на душе веселее стало. Из этого терема убежать и улететь не получится — Велизар мастер расставлять ловушки на бегунов.
Мы как-то с Радибором Черновым попытались смыться из этого терема, так нас на утро нашли висящими вниз головами на двух дубах. До сих пор помню, как щиколотку обхватила незаметный шелковый шнурок, а в следующую секунду земля ушла из-под ног.
Эх, а сколько раз нам с Радибором попадало… Где теперь носит этого засранца?
Бах! Бабах!
Я бы мог и задремать под звуки звучащего в ушах рока, но в этот момент летящую лодку дернуло. Причем дернуло не так, как при остановке, а по-другому, как при аварии. Сквозь гитарные переборы просочился треск.
Авария!
Глаза невольно открылись. Нос лодки вонзился в невесть откуда взявшийся бок баржи. Причем вонзился так резко, что пробил боковину и оказался внутри.
Треск, крики, шум — всё это ударило по ушам, когда наушники сами собой выпали. Сквозь трещины в стекле было видно большое пустое помещение. Света сквозь пролом хватало, чтобы разглядеть грязный трюм. Ведьма-водитель лежала на рулевом колесе, а из её затылка выпирало четырехгранное остриё арбалетной стрелы. В лобовом стекле зияло аккуратное отверстие, с разбегающимися в стороны трещинами.
Летающие баржи заменили фуры на дорогах — они оказались практичнее и удобнее, так как могли перевезти гораздо больше груза. Вот только им было запрещено въезжать в Москву!
А эта баржа…
Как она оказалась внутри Садового кольца? И что это за гибкие провода устремились к нам, пробив треснутые стёкла?
— Не визжать! — скомандовал я резко своим девкам. — Бейте в двери! Это ловушка! Мы должны выбраться!
Надо отдать должное моим служанкам. В трудную секунду они сразу подобрались, среагировали так, как нужно и дружно ударили в двери. Те не поддавались, а сквозь отверстия в гибких проводах повалил зеленый дым.
— На пол и набрали воздуха! — скомандовал я и показал пример.
Дальше на двери снова обрушились наши удары, но… Снаружи в трюме торчали металлические штыри, которые не позволили дверям открыться.
От дыма щипало в глазах. Стук сердца в ушах начал становиться всё сильнее. Я видел, как на сиденье без сил рухнула Маринка, а сверху на неё упала Чопля. Прикорнула так, как будто спящий ребенок к родной матери.
Я же перебрался на переднее сиденье и из последних сил ударил по лобовому стеклу в том месте, где оно было поражено арбалетной стрелой. Рука вляпалась в красное, натекшее с головы мертвой ведьмы. Ещё удар! Ещё!
  
Глава 12
 
Стекло треснуло, затем ещё и ещё, а после рассыпалось мелким зеленоватым крошевом, давая мне свободу. Правда, свободы мне хватило только на то, чтобы вывалиться на нос лодки. Дальше стук сердца оглушил меня и в глазах потемнело…